Заседание дискуссионного клуба Алтайского государственного университета обсуждало управление имиджем и репутацией Алтайского края, акцентируя внимание на его позитивном восприятии в СМИ и предложениях по продвижению туризма. Эксперты отметили необходимость учета мнения местных жителей и создания проектов, таких как 'Welcome to Altay', для улучшения информирования и сотрудничества в социальной сети. Поднимались вопросы о различиях в восприятии региона между СМИ и его населением, а также о возможностях международного сотрудничества с Монголией.

1. УПРАВЛЕНИЕ ИМИДЖЕМ И РЕПУТАЦИЕЙ АЛТАЙСКОГО КРАЯ
НА ТЕРРИТОРИИ БОЛЬШОГО АЛТАЯ
Стенограмма заседания дискуссионного клуба Алтайского
государственного университета в рамках межрегионального фестиваля
«Дни PR и рекламы на Алтае» (19 апреля 2012 г.)1
Опубликована в сборнике: PR и реклама в изменяющемся мире:
Региональный аспект : сборник статей/ под ред. М.В. Гундарина,
А. Г. Сидоровой, Ю. В. Явинской. – Вып. 10. – Барнаул: Изд-во Алт.
ун-та, 2012. - С. 30-50.
С.А. Мансков, начальник отдела по связям с общественностью
Алтайского государственного университета: Прежде всего, стоит отметить,
что после появления в СМИ информации о том, что пройдет заседание
дискуссионного клуба АлтГУ, появилось много желающих выступить в
качестве эксперта. Это очень приятно. Тема сегодняшнего дискуссионного
клуба: «Управление имиджем и репутацией Алтайского края на территории
Большого Алтая». Экспертами выступят: Елена Васильевна Лукашевич –
доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой теории и
практики массовой коммуникации; Елена Владимировна Макарова –
кандидат филологических наук, доцент кафедры связей с общественностью и
рекламы; Наталья Алексеевна Кузнецова – заведующая кафедрой связей с
общественностью и рекламы; Владимир Сергеевич Бойко - кандидат
исторических наук, ведущий сотрудник лаборатории «Запад-Восток»
АлтГПА, он же независимый исследователь; Анастасия Андреевна Павлова,
консультант управления Алтайского края по печати и информации; Роман
Николаевич Романов, президент всероссийской ассоциации парков «Сапир»;
Александр Владимирович Старцев, наш постоянный эксперт, доктор
1
Стенограмму подготовили студенты отделения связей с общественностью Алтайского государственного
университета Д. Капустина и К. Ленкова.

2. исторических наук, заведующий кафедрой востоковедения АГУ; Александр
Германович Редькин, кандидат географических наук, заведующий кафедрой
рекреационной географии туризма и регионального маркетинга; столичный
эксперт Татьяна Сергеевна Красникова, исполнительный директор центра
стратегических исследований «Точка ру»; Елена Александровна Антипина,
директор креативной лаборатории «Presentация»; Ирина Николаевна
Ротанова, первый проректор по учебной работе, научный эксперт
международного координационного совета «Наш общий дом Алтай». Начнем
с небольшой презентации, которую подготовили коллеги под руководством
Елены Васильевны Лукашевич.
Е.В. Лукашевич, доктор филологических наук, профессор,
заведующая кафедрой теории и практики массовой коммуникации: Я
предлагаю вам краткие результаты пилотного исследовательского проекта,
который выполнялся на отделении связей с общественностью студентами 3
курса. Основным аспектом нашего исследования мы выбрали
коммуникационный аспект и базировались на анализе материалов
информационных порталов, СМИ, различных сайтов, на опросах жителей
Алтайского края, бизнесменов и заинтересованных лиц. Обратите внимание, в
качестве основного термина мы заявляем термин «управление» и
предполагаем, что все заинтересованные лица в рамках отделения связей с
общественностью, факультета журналистики могли бы помочь нашему
сообществу продвигать позитивный имидж Алтайского края и создавать
возможность для того, чтобы мы осознавали себя как часть сообщества,
которым мы гордимся. Однако мы со студентами не ставили своей задачей
однозначно охарактеризовать ситуацию как позитивную или негативную. Мы
пытались представить достаточно объективный образ органов власти,
бизнеса, экологических и туристических организаций, который может
сложиться у определенной группы населения на основе знакомства с
материалами обозначенных мною информационных порталов и СМИ.

3. Конечно, в СМИ и на информационных порталах имидж Алтайского края
однозначно заявлен как имидж позитивный. И репутация Алтайского края
достаточно устойчиво позитивная. Сегодня во многих ситуациях имидж
региона ассоциируется с имиджем губернатора. Доверие к действующему
губернатору со стороны образовательных учреждений растет. Я думаю, что
все, кто имеет отношение к АГУ, видят это в событийном ряду, который мы с
вами отмечаем в последние годы.
Однако в качестве проблемы мы фиксируем важность учета того, что
имиджевый и репутационный посыл, который осуществляется со страниц
СМИ, адресуется большей частью такой целевой аудитории, как сама власть.
Иногда он направлен на бизнес-сообщество. Но достаточно редко на жителей
Алтайского края.
Если говорить о бизнесе, то в этой сфере наблюдается гораздо больше
проблем, затруднений, ситуаций, которые требуют достаточно эффективного
и активного вмешательства различных структур, чем в отношении органов
власти. Немного существует проектов, нацеленных на помощь молодежи
найти свое место в структуре Алтайского края. При рассмотрении
экологических проблем я сделаю упор на опрос, которые провели наши
студенты. Они обнаружили, что грязь и свалки мусора недостаточно
соотносятся с нашим видением территории, которой мы хотим гордиться. В
этой сфере реализуется очень много проектов, и очень много проектов
заявлены, они ждут времени для своего решения.
Общие рекомендации в отношении развития сферы туризма на
территории Большого Алтая
Главная проблема – отсутствие систематизированного, согласованного
информирования о процессах в сфере туризма.
Мы предлагаем запустить проект «Welcome to Altay» (Добро пожаловать на
Алтай).
В рамках это проекта:
 создать информационный ресурс, на котором будут объединены все

4. существующие зоны отдыха, собрана полная информация о них, с
возможность оставлять отзывы и комментарии, а также бронировать туры.
 На этом же ресурсе разместить несколько вариантов тура по Алтаю и
приграничным территориям (аналог популярного Евротура) (например, тур
для тех, кто любит активный отдых, для людей с детьми, для тех, кто хочет
улучшить свое здоровье).
 Для продвижения туристических услуг предлагаем использовать социальные
сети: создание аккаунтов «Welcome to Altay» в ВКонтакте, Твиттере,
Facebook.
 Создать канал на YouYube, где любой желающий сможет посмотреть видео
с разных места края и разных туристических баз.
 В рамках запуска проекта «Welcome to Altay» предлагаем проводить пресс-
туры для журналистов и блогеров из других регионов России и, возможно,
из-за рубежа.
Большая часть публикаций по всем проблемам - это пресс-релизы,
новостные заметки; аналитических материалов намного меньше.
К сожалению, нет возможности останавливаться на том, что идеальный
имидж Алтайского края не совпадает с результатами анализа спонтанного
имиджа, потому что спонтанный имидж как раз регистрирует те
обстоятельства, которые попадали в зону внимания людей пишущих об этих
проблемах. Благодарю за внимание!
С.А. Мансков: Елена Васильевна, в качестве источника вы брали только
официальные СМИ или были и оппозиционные, такие, как «Газета №1»?
Е.В. Лукашевич: Мы большей частью базировались на достаточно
широко распространенных материалах. Конечно, важно было бы обозначить
разные типы СМИ, разные порталы и выявлять имидж и репутацию на основе
не «усредненной температуры по больнице», как шутят студенты по этому
поводу. Но согласно опыту других исследований, как только мы начинаем

5. частные имиджи сводить в единый букет, идет потеря, т.е. как только
типизируем, идет потеря, и нам стоит обратить на это внимание. Спасибо.
А.В. Старцев, доктор исторических наук, заведующий кафедрой
востоковедения АлтГУ: Насколько я понял, это данные СМИ и мнение
журналистов. Не собирали ли вы срез общественного мнения? Насколько
видение имиджа журналистов и простых людей совпадает, есть ли разница?
Е.В. Лукашевич: Я намеренно не стала акцентировать внимание на
материалах опросов, поскольку они как раз свидетельствуют не о такой
позитивной ситуации. Я посчитала, что наша задача - обратить внимание на
то, что у нас есть хорошего, что мы можем сегодня взять за основу, точку
отсчета. А вот дальше разные группы исследователей с помощью разных
методов должны, конечно, к разным целевым аудиториям обращаться.
Т.С. Красникова, исполнительный директор центра стратегических
исследований «Точка ру»: Мне бы хотелось добавить по поводу
рекомендаций, которые студенты сформулировали для продвижения Алтая
как туристического региона. Рекомендации очень удачны, так как они
соответствуют некоторым базовым брендам, которые существуют в
изменении поведения туристов: туристы начинают предпочитать
самостоятельный туризм, а не организацию через турагентства, а
соответственно, интернет становится основным источником, причем большее
доверие вызывают социальные сети. Поэтому хочется отметить, что
акцентирование внимания именно на социальных сетях крайне удачно. Такие
простые вещи, как создание соответствующих необходимых страничек,
блогов, очень важны. И поскольку они пока не существуют, очень хорошо,
что на это обратили внимание.
Е.В. Лукашевич: Спасибо. Я думаю, что сидящие в этом зале авторы
материалов очень рады, что эксперты видят позитивное в этом.
А.А. Павлова, консультант управления Алтайского края по печати и
информации: Я бы хотела продолжить про социальные сети. Сейчас в
администрации края подошли к тому, что выход в социальные сети

6. необходим, нужно так называемое SMM-продвижение региона. Но
продвижение в социальных сетях уникально тем, что продвигать должны не
люди, которые стоят над участниками социальных сетей, а люди, которые в
этих социальных сетях работают. Елена Васильевна, вы не обсуждали с теми
студентами, которые проводили данное исследование, насколько они сами
готовы включиться в этот интегрированный процесс продвижения в
социальных сетях?
Е.В. Лукашевич: Спасибо. Как раз студенты даже настаивали на том,
что они и есть то самое молодое поколение, которое хотело бы видеть край в
несколько другом ракурсе. Это не значит, что они не довольны всем,
напротив, они готовы предлагать, как улучшить, как изменить. И поэтому я
думаю, что очень удачно заявить всему Алтайскому краю, что у нас в АГУ
есть очень хорошие кадры, которые скоро получат дипломы и могли бы
помочь в этом отношении. Во всяком случае, те, кто принимал участие, без
сомнения.
А.Г. Редькин, кандидат географических наук, заведующий кафедрой
рекреационной географии туризма и регионального маркетинга: Елена
Васильевна, а можно выразить количественно, насколько внешнее восприятие
имиджа отличается от восприятия Алтайского края его жителями?
Е.В. Лукашевич: Конечно мы же себя больше критикуем, и это
нормально, потому что федеральные средства массовой информации,
порталы, которые работают на всю Россию, все-таки нас видят как какой-то
вариант рекламный. Давайте оставим этот вопрос для дальнейших
исследований. Хотя я думаю, что в этой аудитории сидят эксперты, которые
что-то могут сказать.
С.А. Мансков: Мы затронули тему, которая должна быть нашей
следующей ступенью. Елена Владимировна Макарова, представит, как
Алтайский край выглядит из Монголии.
Е.В. Макарова, кандидат филологических наук, доцент кафедры
связей с общественностью и рекламы АлтГУ: Я действительно

7. представляю здесь, с одной стороны, человека, который разбирался с
коммуникационными потоками и коммуникационным пространством на
территории Монголии и Алтайского края; а, с другой стороны, человека,
который работал в Монголии и как преподаватель русского языка как
иностранного, и как член проектов, связанных с экологической тематикой, и
как участник проектов бизнес-направления. В общем, есть некий опыт,
которым бы хотелось поделиться.
Надо сказать, что и в коммуникационном пространстве, и в СМИ, и в
межличностной коммуникации Алтайский край предстает с точки зрения
монголов в качестве региона, который имеет потенциал самостоятельного
сотрудничества, самостоятельного решения своих собственных задач с
федеральным центром, а также региона, самостоятельно выходившего с
инициативами на международную арену.
Но мы должны понимать, что Алтайский край среди других регионов
России - лишь один из партнеров Монголии. В частности мы прекрасно
знаем, что такими же равноправными участниками этого сотрудничества
является и Иркутская область, и Республика Бурятия, и Калмыкия. Это только
те регионы, которые наиболее активно работают и с Западной, и с
Центральной Монголией и т.д. Поэтому нам нужно рассматривать себя в
контексте, если можно так сказать, конкуренции с другими регионами.
И второй этаж этой конкуренции - это конкуренция России с другими
странами, претендующими на активную дружбу и сотрудничество с
Монголией. Социологические исследования, проведенные в Монголии при
сотрудничестве с Сибирским отделением Российской Академии наук,
выявили, что в первой пятерке приоритетного сотрудничества для монголов
находятся Россия, США, Германия, Южная Корея.
Я бы хотела вам показать результаты социологических исследований,
которые позволяют говорить о том, что российско-монгольское
сотрудничество имеет определенные четкие заданные векторы и ожидания.
Речь идет о ценностных ориентациях. Так, исследования выявляют, что

8. национальная принадлежность, знание языка и культуры одинаково важно и
для нас, и для монгольского народа. Кроме того, мы сходимся также в
приоритете коллективизма: совместное действие, сотрудничество на благо
коллектива оказывается в приоритете. Дальше:
 Человек – хозяин своей судьбы (мы ответственны за то, что мы делаем,
а это дает хорошую базу для роста предпринимательства, активности и
инициативности людей).
 В жизни важнее всего сотрудничество, а не соперничество, а также
общий порядок, а не личная свобода.
 Нужно сохранять традиции. В контексте культурной, экономической
или прочей глобализации культурные вопросы ни в коем случае нельзя
опускать, потому что они одинаково важны.
 Интересы народа и этноса важнее личных интересов человека, считают
россияне и монголы. Под россиянами имеется в виду Алтайский край и
Сибирь.
 Правопорядок оказывается важным для жителей регионов, но и мораль
не остается не у дел.
 Несмотря на то, что монголы имеют достаточно слабый
промышленный потенциал, они ставят в приоритет именно промышленное
развитие, а не сельскохозяйственное. В то время как для нас сельское
хозяйство – одно из приоритетных направлений.
 Стабильность или перемены? Монгольский народ готов к переменам,
готов к активному сотрудничеству.
 Отношение к земле, природе. Это непременно выражается в проектах
охраны особых природных территорий, в экологических проектах. Это одна
из ключевых ценностей как нашего региона, так и Монголии.
 Главной целью сотрудничества народов Большого Алтая должно быть
развитие экономики и повышение благосостояния. Здоровая среда и
культурное развитие народов региона - это хорошо, но, тем не менее, народ

9. активно настроен на экономическое развитие, на рост благосостояния. Это мы
уже не можем игнорировать в нынешних условиях.
Эти же социологические результаты поддерживаются культурными
константами, которые были и в коммуникации, и в памятниках литературы и
архитектуры, и философии и т.д.
Рассмотрим взгляд монголов на Алтайский край с точки зрения
социокультурного, научно-образовательного, экономического и
дипломатического ракурсов. Если мы возьмем взгляд социокультурный, в
целом отношение к россиянам наблюдается дружественное. Но теперь, когда
за Монголией «ухаживает» столько «кавалеров», она сразу задает вопрос, а
что вы нам предложите? И это устойчиво транслируется во всех СМИ. Мы не
рассматриваем отношения личные, неформальные, отношения безграничного
гостеприимства и радушия, которые мы встречаем всякий раз, когда попадаем
в Монголию. Речь идет о масштабном, официальном сотрудничестве двух
стран, и самое важное здесь - показать, во-первых, твердость намерений,
последовательность действий, инициативность нашей страны и выгоду для
монголов. Это те «киты», без которых сотрудничество с монгольской
стороной фактически невозможно, потому что монголы воспринимают
Россию как страну, победившую фашизм, как страну, долгое время
сотрудничавшую с их страной. Но в 90-е годы в силу своих социально-
экономических и исторических Россия резко отказалась от этого
сотрудничества, и Монголия оказалась в неком вакууме, и до сих пор эта
рискованность взаимоотношений присутствует. Поэтому нужно показать
именно надежность и абсолютно точное намерение, что мы хотим и что мы
реально делаем.
Что касается культуры. Сохранение национальной культуры для
монголов важно, впрочем, как и уважение к русской культуре и традициям
Алтая. В крупных городах Монголии проводятся Дни культуры. В них надо
участвовать, приглашать на подобные мероприятия в наш край. Так, в Улан-
Баторе они проводятся постоянно, в Западной Монголии возобновили эту

10. традицию с 2006-2007 годов, и теперь на территории Алтайского края мы
принимаем вновь гостей из Монголии на Дни монгольской культуры в
России. Что касается такого института, как центр русской культуры, такие
центры существуют, но это единичные случаи, и они нам нужны в гораздо
большем объеме. Там должны присутствовать секции русской культуры,
демонстрация фильмов, видеопрограмм, музеев, театров с последующим
обсуждением, работа библиотек и медиатек на русском языке, организация
краткосрочных тематических курсов русского языка для разных групп
населения и т.д. Организация выставок, фестивалей, обмен телепрограммами
между нашими СМИ и монгольскими. Организационно-техническая и
информационная помощь гражданам Монголии, которые выезжают в Россию
для обучения, для налаживания бизнес-коммуникаций. Нужна поддержка,
организационно-техническая и информационная помощь российским
делегациям, приезжающим в Монголию.
Если взять взгляд научно-образовательный, то Алтайский край находится
среди конкурентов: Иркутск, Калмыкия, Новосибирск, Томск, Санкт-
Петербург, Москва, Екатеринбург. Конечно, мы территориально близки, но
встает вопрос о стоимости обучения. Для Западной Монголии эта стоимость
порой слишком высока. У монголов будут больше всего востребованы
следующие специальности: архитектура и строительство, информационные
технологии, языки, коммуникационные специальности, экономика и финансы,
история, археология, география, геодезия.
Взгляд экономический: монголы видят Алтайский край как импортера
мяса и мясной продукции, временного скота, кашемира, партнера по
программам ветеринарии, поставщика туристического потока, хотя здесь мы
тоже начинаем сильно конкурировать с Иркутской областью. С другой
стороны, Алтайский край в глазах монголов выглядит экспортером муки,
зерна, кормов для скота, сахара, поставщика электроэнергии (вот здесь
поставщик электроэнергии - не Алтайский край, а Россия в целом),
поставщика электротехнического оборудования, пожалуй, потому что

11. китайское оборудование монголам не всегда подходит. Надо сказать, что
первый в Монголии горнолыжный курорт оборудован барнаульским
электротехническим оборудованием. Кроме того, есть возможность поставки
вагонов (в 2011 году монголы купили в Казахстане железнодорожные
локомотивы, увеличивающие железнодорожный парк, почему бы нам не
продавать вагоны). А также им требуются селекционные культуры, продукты
растениеводства, те устойчивые культуры, которые приживаются в суровых
условиях Монголии.
И наконец, наши возможности. Есть Монголо-Российский совет
бизнесменов, о котором мало кто знает. Он создан в декабре 2010 года, там
присутствуют представители посольств РФ, Монголии, руководители органов
власти и компаний. Алтайский край там представлен достаточно слабо.
Необходимо участие в региональных форумах инвесторов, которые там
постоянно проходят, в регулярных биржах-контактах (когда собираются
делегации, их проводят по предприятиям, дальше экскурсионные
мероприятия, заканчиваются круглыми столами, заключением договоров о
сотрудничестве) и сотрудничество в сфере инновационно-коммуникационных
технологий, потому что это сферу сейчас активно занимают французы, как ни
странно. И, конечно же, сотрудничество в сфере информации, как массовой,
так и обмена статистическими данными. Вот, например, Иркутская область и
Бурятия - молодцы, подписали протокол о сотрудничестве с национальной
статистической службой Монголии, и данные, которые необходимы
(монгольские и областные), идут в обмен и помогают сотрудничеству на
региональном экономическом уровне для мониторинга и усиления объема
рынка.
Что касается дипломатических взглядов, я думаю, что представители
Международного координационного совета, присутствующие здесь, помогут
разобраться, потому что есть серьезные дипломатические связи и вопросы,
которые уже не решаются много лет. Спасибо.

12. И.Н. Ротанова, первый проректор АлтГУ по учебной работе,
научный эксперт международного координационного совета «Наш
общий дом Алтай»: А почему среди конкурентов не звучит Республика
Алтай? Потому что они, видимо, созвучны, и границы близки?
Е.В. Макарова: По республике Алтай речь идет о транзитных
туристических потоках, о серьезных образовательных проектах нет речи. Но,
кстати говоря, есть достаточно серьезное совместное научное исследование,
это я упустила.
И.Н. Ротанова: Хочу добавить по поводу Республики Алтай. 92%
продуктов, в том числе муку, зерно, сахар, экспортирует в Монголию
Республика Алтай. Поэтому там очень развито приграничное сотрудничество,
приграничная торговля, и поскольку население очень тесно связано
родственными узами, то, именно эти связи наиболее тесны. Я думаю, они
просто не рассматривались.
Е.В. Макарова: Не рассматривались. Кроме того, что в Республике
Алтай, особенно у приграничных районов, есть квотный безвизовый режим,
что существенно облегчает предпринимательскую активность в этом районе.
В.С. Бойко, кандидат исторических наук, ведущий сотрудник
лаборатории «Запад-Восток» АлтГПА, независимый исследователь: Мне
кажется, что место Республики Алтай в качестве главного экспортера
объясняется низкими амбициями монгольской стороны. Они претендуют
только на третьесортную продукцию, насколько мне известно. И не хотят
покупать более дорогую и качественную у Алтайского края.
Е.В. Макарова: Вопрос ценовой политики, конечно же, есть.
Несколькими годами ранее была совершенно нелепая ситуация, когда в
Монголии была бескормица, падеж скота из-за очень суровой зимы,
монгольский народ голодал и нечем было кормить ни себя, ни скот. Это при
том, что в Алтайском крае было гигантское количество зерна, овса и других
кормовых культур, которые на рынке не были востребованы. Тем не менее мы
как-то «прижали» это дело и не помогли в достаточном объеме соседней

13. стране, которая очень сильно на нас надеялась в данной ситуации. А помогли
им совершенно другие страны, в том числе и Китай, с которым у них
достаточно сложные отношения.
А.В. Старцев: У меня такой вопрос: Ирина Николаевна назвала цифру
92% экспорта Республики Алтай, а в Республике Алтай эти товары
появляются не из Алтайского края?
Е. В. Макарова: В том числе.
А.В. Старцев: Республика Алтай - это просто транзитная территория, так
что надо говорить всё-таки об Алтайском крае.
Е.В. Макарова: Поэтому мы называем Алтайский край всё-таки в
приоритете. И если мы говорим об образовательных услугах в
непосредственно приграничных с нами районах Западной Монголии, то мы
должны понимать, что речь идет о промышленно-строительном поле. Нужны
специальности строительные, архитектурные, инженерные,
телекоммуникационные. Нужно объединять связи университетов всего
региона для того, чтобы не было перекосов вроде «мы предлагаем «Финансы
и кредит», а все остальное, ребята, делайте сами». Хотя «Финансы и кредит» -
одна из наиболее востребованных специальностей с монгольской стороны.
С.А. Мансков: Елена Владимировна, так всё-таки суммируя, образ
Алтайского края в Монголии позитивный, негативный? И отличается ли он от
общероссийского?
Е.В. Макарова: Алтайский край от России в глазах Монголии
отличается. Потому что есть персонификация. Монголия с Алтайским краем
работает непосредственно. Т.е. есть образ России, который появляется в
ситуации визитов первых лиц страны. С окончанием активных визитов,
фестивалей Россия вообще перестает каким-то образом существовать в
информационном пространстве Монголии. А те регионы, которые работают,
которые реально сотрудничают каждый день, продолжают там
присутствовать. Поэтому Алтайский край среди регионов РФ, конечно же, по
сравнению с Россией в приоритете.

14. Что касается общего образа, то он, конечно, положительный, но опять же
есть некая осторожность. Если компания или организация, выходящая на
рынок Монголии, стремится к долгосрочному сотрудничеству, она должна
всеми силами показать это долгосрочное намерение. Если компания это не
делает, монголы очень быстро охладевают к ней, они понимают, что
перспектив нет. Вот такая ситуация.
С.А. Мансков: Владимир Сергеевич, возьмете слово? Вы как
специалист, у которого есть богатейший эмпирический опыт в отношении
того, как видится Алтайский край в тех странах, которые вы посещаете и
подробно изучаете.
В.С. Бойко: Я немного в другом ключе выступлю. Я только что вернулся
из Индии и считал, что только в Индии самые глубокомысленные лица. Но в
этой аудитории их больше, и это пугает. А Чехов говорил, бойтесь серьезных
людей, и поэтому я с чувством некоторого опасения попытаюсь изложить
свои краткие соображения.
Во-первых, отмечу, что я являюсь соавтором концепции Большого Алтая.
Вместе с Сергеем Юрьевичем Блошкиным в начале 2000-х годов мы очень
тщательно работали над этим понятием, этим проектом. И летом 2000 года
мы закрепили его на сайте лаборатории «Россия и Восток», а также
материалы конференции, которая называлась «Сибирь в трансазиатских
связях: проблемы приграничной торговли и межрегионального
взаимодействия». Мы вложили это понятие в уста многим выступающим,
включая самых первых лиц нашего региона – губернатора, председателя
законодательного собрания. Но все давалось с большим трудом. Были
конкурентные подходы, причем высокопрофессиональные, со стороны
географов, например, экологов и т.д. И вы знаете, здесь играли роль не
амбиции, а собственное искреннее понимание задач данного процесса.
По сути дела Большой Алтай – это не концепция, не термин, а проект, как
принято сейчас говорить. Допускающий, в том числе, определенные
географические условности и неправильности. Этот проект зарождался в

15. экономической плоскости в 90-е годы. Его основной замысел, мне кажется,
вполне соответствует тенденциям развития современного мира. Со временем
этот проект приобрел, особенно его научно-аналитическое сопровождение,
черты корпоративности. Группа наших коллег-гуманитариев различного
профиля подвязалась в качестве официальных научных экспертов, а это было
нормально, они предложили собственную основу развития Алтая и нашего
региона в целом, включая его имидж, который содержал набор традиционных
и обновленных идей так называемого евразийства. Именно это
обстоятельство, я считаю, вот эта идеологическая научная основа, которая
эксплицитна, является, мне кажется, препятствием развитию проекта
Большого Алтая, поскольку не учитывает обстоятельства развития каждого из
этих регионов.
Мне кажется, что надо исходить из того, что Большой Алтай – это часть
так называемой Центральной Азии. В этом смысле все его части, в том числе
российский Алтай, это тоже часть центральная. На самом деле быть
Центральной Азией - это большой бонус в смысле пригодности, потому что
есть очень много программ международного и регионального сотрудничества,
в которых принадлежность к Центральной Азии - это обязательное условие. И
здесь при разработке имиджа нужно по возможности избегать
ассоциирования с Сибирью, это бренд не наш. Но я считаю, что полностью
избежать этого нельзя ни в имидже, ни в каких-то элементах – символах и т.д.
При этом нужно подчеркивать многонациональность. Нужно учитывать, что
Алтай – территория, на которой нет определенных строгих рамок в
отношении религии, но она пестрая. Ну и, наконец, надо иметь в виду
динамику этносоциального развития, у нас миграции не так много, но этот
процесс неизбежен.
Все говорят, что это евразийская страна с двумя лигами, но на самом деле
говорят, вы виновны. Мне кажется, что этот комплекс вины и колонизации
совершенно неоправдан. И это исторически доказано многими нашими
коллегами. Шерстова прекрасную работу по этому поводу написала. Мне

16. кажется, что Россия и Алтай должны именно в этом плане утверждаться, но
на равной конкурсной основе без всяких претензий на мессианство и
российского Алтая в пределах большого Алтая, и России в целом в пределах
большой Евразии. Как получится. Спасибо большое.
А.А. Павлова: Скажу несколько слов в продолжение темы. На мой
взгляд, Барнаул должен презентовать большую, целостную систему «Большой
Алтай». Сейчас для большинства приезжих: и европейцев, и жителей
Российской Федерации цивилизация заканчивается в Новосибирске. Они
приезжают на Алтай, и оператором Алтая тоже становится Новосибирск. Мы
должны геополитически закрепить роль Барнаула как центра, который, по
сути, является воротами в этот Большой Алтай. И при этом, с одной стороны,
не потерять свою идентичность русскую, и через русскую идентичность быть
этими «воротами», а с другой стороны, показать, что это глобальный регион,
и у него тоже есть интересный город. Если мы будем развивать здесь деловой,
«конгрессный» туризм, учитывая все те наработки, которые Елена
Владимировна презентовала для Монголии, для Китая, для Казахстана, мы
будем проводниками в этот регион для наших же сограждан, и это будет
правильно. Мы будем не культурной столицей Юга Сибири или очередным
центром Евразии. Мы будем именно проводником и репрезентатором этого
большого региона. И тогда будет все логично: Новосибирск – это Сибирь,
столица Сибирского федерального округа, Барнаул – это деловой,
культурный, административный центр региона Большой Алтай.
Т.С. Красникова: Владимир Сергеевич, я с большим интересом и
симпатией отношусь к идее Большого Алтая и считаю, что она перспективна
и конструктивна, прежде всего, с экономической точки зрения. Вопрос
следующий. У меня складывалось такое впечатление, что с 2000 по 2007-2008
год идея Большого Алтая шла по нарастающей, она приобретала больший
интерес со стороны и общественности, и различных государственных
структур. А ориентировочно в 2008-2009 годах происходит спад в данной

17. теме и идее. Скажите, с чем это связано и насколько мои ощущения
адекватны?
В.С. Бойко: Наверное, на данный вопрос не я должен отвечать, есть и
более знающие люди, непосредственно вовлеченные в эти процессы на
уровне фасилитаторов, менеджеров и т.д. У меня то же самое ощущение, и я
не вижу в этом ничего страшного. Это реалии процесса, его динамика. Это
связано с кадровым обеспечением, с определенной группой, с динамическими
реалиями тоже. Этот проект был одобрен официально, более того: в 2005 году
в последние недели жизни Михаила Евдокимова (он присутствовал на этой
конференции) были гости из Еврокомиссии, и они изучали наш опыт.
Нараставшие сложности в Евросоюзе заставляли их. У нас в каком-то смысле
все было более гармонично. Много было недоработано, недоделано и
остается в таком виде. Но есть и интересный опыт тоже. Я просто хочу еще
раз подчеркнуть, что ничего удивительного в таком алгоритме развития
проекта нет. Очень много обстоятельств играет роль: это все-таки новый
проект, у него слишком много одновременных измерений. Это
неинституциализированный проект, который поддерживается на уровне
губернаторов, у него сама инфраструктура достаточно слаба, разреженна.
Мне кажется, он должен иметь свою биографию, естественный ход развития.
Т.С. Красникова: С моей точки зрения, трансграничное сотрудничество
тесно связано с институционализацией региональных взаимодействий, и
благодаря институционализации фактически возникает некоторый владелец
проекта, автор действия. Ведь проект без некоторого активного субъекта
этого проекта фактически нежизнеспособен. Как с этой стороны обстоит
дело?
В.С. Бойко: Понимаете, институционализация – это одновременно
бюрократизация, и не все участники в ней заинтересованы. Та же китайская
сторона, которая не просто осторожна, она даже понизила масштаб своего
участия. Но это еще не означает крах проекта в целом. Он может
видоизмениться, деформироваться. Поэтому я не за институционализацию.

18. При наличии государственной границы бюрократия не будет решающим
механизмом, потому что есть серьезные правовые вопросы. Она не должна
опережать реальное состояние межгосударственных отношений, в том числе
регионального сотрудничества.
А.В. Старцев: Уважаемые коллеги, несколько слов по поводу
обсуждаемой проблемы. Я бы, говоря об этой проблеме, обязательно обратил
бы внимание не только на сегодняшний день. Я напомню, бытие определяет
сознание. Мы как-то забываем про историю нашего края, про историю
взаимоотношений с Монголией, которая очень глубока. Во второй половине
XIX века – начале XX века алтайские предприниматели и сам Алтай в глазах
монголов выглядели, безусловно, очень привлекательно, потому что была
торговля, были экономические взаимоотношения, мы ездили по тому же
Чуйскому тракту в Монголию (я имею в виду Северо-Западную Монголию), и
все было хорошо. Сейчас ситуация немного другая. Сейчас мы
позиционируем Алтай как сельскохозяйственный регион. Развитие любого
сельскохозяйственного региона означает недостаток продукции с высокой
добавленной стоимостью. Это бедный регион по определению. А у нас на
Алтае туризм, услуги и сельское хозяйство. Но мне кажется, это не совсем
так.
Если опять же посмотреть историю, в советское время Барнаул был еще и
крупный промышленный центр. А сейчас мы промышленностью не
занимаемся, мы позиционируем свой регион как рекреационный центр с
экологией. Кстати по поводу экологии. Дело в том, что мы, благодаря
некоторым, в том числе идеологическим заклинаниям, сами себе подрезаем
свою экономику. Давайте все перейдем в шалаши, давайте не будем коптить
небо и т.д. А если мы будем только охранять природу, откуда тогда появится
здесь что-то. Тогда должна быть дотация из федерального центра, чтобы
поддерживать определенный уровень жизни, но нужно у федерального центра
спрашивать, согласен ли он на такое. Другими словами, территория должна
сама себя экономически обслуживать и получать прибыль. Алтайский край,

19. насколько я понимаю, этим пока похвастаться не может. Таким образом, мне
представляется, что, если под имиджем не будут стоять реальные процессы,
реальное экономическое обоснование, тогда, что бы ни делали, какие бы
картинки ни рисовали, толку от этого будет очень немного. Помимо имиджа
нужно заниматься еще содержательной стороной развития Алтая, прежде
всего экономического, образовательного. Я не говорю, что у нас все совсем не
хорошо. Но я думаю, потенциал далеко еще не исчерпан. И что касается
Монголии, Алтай для них является визитной карточкой России. И в
зависимости от того, какая это будет визитная карточка, будут развиваться
наши связи с этой страной.
С.А. Мансков: То, что экология у нас находится во главе угла,
демонстрирует и наблюдение коллеги Елены Васильевны: там самая большая
экологическая проблема – не загазованность, не наличие атомной
электростанции в регионе, не плохая вода, а количество мусора и свалок.
Поэтому и говорить нужно, наверное, об этом.
В.С. Бойко: Александр Владимирович, вы сказали про потенциал, как
его развить, но почему монголы все больше выбирают английский язык, а
монголки мечтают об американских женихах?
А.В. Старцев: Я попытаюсь ответить, рассказав один случай. Будучи
однажды в Монголии, я вышел покурить и стою на улице. И вот ко мне
подходит монгол, разговорились. И он, узнав, что я из России, взял меня за
грудки и начал трясти. Говорит: «Вот ты мне скажи, почему вы нас бросили,
почему вы нас американцам продали?» На этот вопрос я не мог ответить. А
это именно потому, что в 90-е годы многие процессы и экономическая
помощь у нас закончились. Мы действительно к монголам отнеслись никак. И
поэтому, когда я приехал в Монголию, я увидел там американцев, шведов,
японцев, там только наших не было. Американцы там класс компьютерный
привезли, библиотеку бесплатную, а мы опять ничего. Я понимаю, что для
чего-то денег не хватает. Но, может, дело то не только в деньгах, может, эти
деньги стоит найти потому что, как справедливо говорил Владимир

20. Сергеевич, есть политические, геополитические, стратегические вопросы.
Нельзя все считать «выгодно – не выгодно». И мы зачастую на копейках
экономим, а потом удивляемся, что кто-то рубли зарабатывает, а мы
оказываемся в стороне. Т.е. должна быть стратегия, а не просто сиюминутные
помыслы.
Е.В. Макарова: У меня комментарий по поводу американцев и прочего.
Действительно в Монголии существует многоступенчатая система
образования кластерного типа. Детский сад, школа начальная, школа средняя,
колледж, университет, эмиграция. Это 100%-й путь. У нас такой системы нет,
там мы не представлены в образовательной системе настолько сильно. Кроме
того, в 2011 году правительство США представило безвозмездную помощь в
размере 10 млн долларов, и местная корпорация «Вызов тысячелетия»
выделила почти 130 млн долларов на финансирование инфраструктурных,
экологических проектов. Наш федеральный центр никогда не будет вваливать
столько денег во взаимоотношения с приграничными территориями. Поэтому
мы надеемся только на регионы, на их инициативу, на наших
предпринимателей, которые будут ежедневно, постоянно сами что-то делать.
Такого федерального ресурса у нас нет.
Р.Н. Романов, президент Всероссийской ассоциации парков «Сапир»:
Мне очень интересно это слушать, поскольку я занимаюсь бизнесом. Я
пытаюсь понять, что можно сделать своими руками. Мне тоже приходится
много ездить по миру, смотреть. Я являюсь президентом Ассоциации
партнеров индустрии развлечений: у нас парки развлечений, развлекательные
комплексы, открытые, закрытые, которые в сказке пытаются донести людям,
как надо жить хорошо и как надо веселиться.
Имидж Алтайского края - тема действительно очень хорошая:
задумываешься, где ты живешь, что интересного, как пригласить гостей, как
принять. Мы проводили ряд мероприятий в Барнауле, в Новосибирске, в
Красноярске, в Москве, и всегда очень интересен вопрос, какой же имидж. С
точки зрения России, Алтай - это житница, это мед, это все знают.

21. Я человек практических шагов, поэтому я считаю, что на Алтае должно
проходить больше мероприятий, мы должны приглашать сюда больше умных
людей, которые будут помогать нам его развивать. И способов на самом деле
очень много. Буквально три дня назад совместно с председателем комитета по
культуре мы поехали в пионерский лагерь «Дружных». Замечательное место,
в лесу, 10 гектаров, прекрасно. Работает 3 месяца в году. Вот шикарное место
для проведения тех же фестивалей. Оказалось, что 10 лет назад такой проект
уже прорабатывался, причем с привлечением ЮНЕСКО и уважаемых людей
нашего города. Но почему он не осуществлен? Давайте делать. Придать
какую-либо концепцию – это не сложно.
Если говорить о продвижении, то чтобы нас лучше узнали, нужно делать
какие-то проекты, которые будут самофинансироваться. Как-то 5 лет назад
приезжает ко мне заместитель мера города Бийска и говорит: «Ой, как
замечательно, мы тут денег нашли и построили фонтан». Через год встречаю
и спрашиваю: «Ну что фонтан работает?». Ответ: «Нет, представляешь, там
мусорят, его надо убирать, а денег в бюджете на это не предусмотрели». А
надо было этот фонтан кому-нибудь дать, и он бы за ним ухаживал. Вот такие
проекты продвижения интересны, их можно делать на законодательном
уровне. И проект Большого Алтая мне очень нравится. Эту идею можно
продвигать везде: в Москве, в Лондоне, в Нью-Йорке. Была бы инициативная
группа и желание, а деньги найти можно. Вы же видели, когда в «Гайд-парке»
установили памятник Великому Монголу. Если бы по всему миру стояли
памятники Алтаю, мы с вами жили бы лучше.
Р.Н. Ротанова: Когда только зазвучала эта тема, у меня сразу возникли
вопросы, связанные с тем, почему не слишком распространенный термин
«Большой Алтай» опять появился на слуху. Хочу сказать, что понятие
Большого Алтая – это все-таки геополитическое понятие, поскольку в
географическом смысле такого понятия нет. Есть территория Алтай, Алтай
как горная система, которая относится к горам Южной Сибири. И понятие
Большого Алтая было собирательным. Нужно было объединить государства,

22. которые находятся на территории этой горной страны. В Казахстане есть
рудный Алтай, наша территория называется Русский Алтай, существует
Монгольский Алтай и в Синьцзяне тоже есть фрагмент Алтая, который
относится к нашей горной стране. Само понятие Большого Алтая необходимо
было для того, чтобы сделать первые шаги на пути к объединению. И я
считаю, что термин и концепция, которые были вложены в проект, сыграли
свою роль очень положительно.
Нельзя сказать о том, что сейчас территория Большого Алтая уступает
свои позиции и не развивается, а мы не позиционируем себя. В этом году
будет 11 лет, как был создан Международный координационный совет «Наш
общий дом - Алтай». Это четыре государства, это шесть административных
территорий: два аймака в Монголии, автономный район в Китае, две
территории в России и Восточный Казахстан. Сейчас можно меньше слышать
об этом координационном совете, потому что время формирования имиджа,
время позиционирования за 10 лет прошло.
Сейчас на этих территориях началась нормальная ежедневная работа. Я
знаю многих бизнесменов, которые благодаря работе координационного
совета наладили свои взаимоотношения с приграничными и заграничными
партнерами. Благодаря работе координационного совета, были значительно
улучшены таможенные правила, были введены различные льготы для
бизнеса, было инициировано строительство дорог к границам. Мы имеем
одну хорошую государственную трассу через Республику Алтай, которая в
принципе доходит до границы, но там она и заканчивается. В Монголии
начинается тысяча тропинок, любую выбирай. То же самое на границе с
Казахстаном, там тоже отношение к дорогам было не первостепенное.
Сначала была сделана большая работа по налаживанию отношений
общественных организаций, которые это все подняли. Затем была проведена
работа, чтобы объединить законодательные органы, затем исполнительные
органы приграничных территорий, чтобы все заработало. И инфраструктура
тоже создана. В прошлом году в Барнауле было подписано соглашение между

23. ректорами ВУЗов приграничных территорий: из Казахстана, Республики
Алтай, Алтайского края, Синьцзян-Уйгурского автономного района. Был
создан совет ректоров Большого Алтая. И благодаря созданию этого совета,
мы имеем возможность осуществлять академический обмен преподавателями
и студентами.
В 2012 году летом на базе Красилово будет проводиться десятая
Международная школа студентов Алтайского региона под таким же
названием «Наш общий дом - Алтай». За 10 лет работы этой школы мы
посчитали, что более 250 студентов из приграничных ВУЗов Алтайского
региона работали в этой школе. Каждая школа собирает 25-30 студентов, по
2-3 студента от каждого ВУЗа. Основной целью работы данной школы
является формирование молодежной элиты Алтайского региона, которая бы
могла проводить в жизнь идею Большого Алтая.
Т.е. сказать о том, что произошло какое-то замирание работы, абсолютно
нельзя. Можно сказать, что когда имидж региона звучал в СМИ, тогда
большую роль играли общественные организации. Сейчас это перешло на
уровень административных структур, на уровень ежедневной работы.
Поэтому информация, которая требует обсуждения, создания имиджа, она
просто тихо растворилась. Но деятельность и то, что было создано за эти
годы, никуда не ушло, оно наоборот дало импульс работе в регионе.
По поводу китайцев тоже нельзя сказать, что они «охладели». Например,
в прошлом году они привезли очень большие проекты для сотрудничества,
причем они готовы вкладывать достаточно большие деньги для того, чтобы
происходило развитие. Но со стороны России идет такое осторожное
молчание или приостановление бурной деятельности Китая. А
конструктивных, подкрепленных, проработанных предложений от них очень
много. И на каждом координационном совете, китайцы всегда представляют
наиболее проработанные проекты, всегда готовы действию и призывают к
этому действию. Происходит это, наверное, из-за какой-то прагматичности и
желания получить конкретный результат. Китайцы мало обсуждают, они

24. настроены на действие, они четко проводят свою политику, в том числе и на
территории Алтая. Время не стоит на месте.
В прошлом году проводилось исследование, которое можно очень легко
отнести к имиджу и репутации Алтайского края и Большого Алтая. Были
просмотрены сайты более 70 туристических фирм европейской и азиатской
части России. Европейская часть России об Алтае не знает совсем ничего. Для
них нет территории Алтайского края, есть просто Алтай. Так некоторые
говорят, что Алтайский край граничит с Монголией и Китаем. Т.е. имидж,
конечно, надо формировать и нарабатывать. И необходимо более интенсивно
использовать различные социальные сети, потенциал молодежи, у которых
есть желание заниматься этим делом. А деятельность ведется, она перешла в
рабочее состояние.
Кроме того, существует большая работа, связанная с сохранением
экологии в Алтайском регионе. Уже более 13 здесь лет работает большой
проект Всемирного фонда охраны дикой природы «Алтае-Саянский регион».
Алтай был признан одним из 200 территорий мира, в котором на настоящее
время биоразнообразие очень богато и сохранилось в достаточной степени,
чтобы воспроизводить себя и сохраняться. Этот проект большой огласки не
получает, но работа по развитию и совершенствованию сети особо
охраняемых территорий, по совершенствованию природоохранной
деятельности постоянно развивается. Мало того, развиваются новые
концепции, например, концепции непрерывного адаптационного подхода.
Большие работы ведутся и в заповедниках Алтайского региона: по
климатическому мониторингу, по адаптации территории к изменениям
климата. Т.е. если смотреть на содержание, то деятельность в Алтайском
регионе достаточно большая. Я думаю, ее нужно видеть и хотеть видеть,
чтобы показать потом в более широком круге.
Т.С. Красникова: Спасибо за описание деятельности. Но все-таки
хотелось бы эту деятельность видеть в средствах массовой информации,

25. потому что мы через СМИ, в основном, узнаем о реальных телодвижениях в
подобных направлениях.
Ю.Г. Чернышев: Меня эта тема давно интересует, мы уже лет 10 с
коллегами обсуждаем, как улучшить имидж Алтайского края, что у нас есть и
чего не хватает. И важная опасность при обсуждении данной темы
заключается в возможности бесконечно расплыться по ее разным аспектам и
ни о чем конкретно не договориться. Здесь тема обозначена достаточно
конкретно. Мы должны были говорить, о том, как воспринимают Алтайский
край на территории сопредельных государств, которые к нам примыкают.
Действительно, идея Большого Алтая очень интересна, и надо сказать
большое спасибо тем людям, которые ее продвинули. Это интеллектуальное
изобретение, по сути. Мы жили рядом, но не понимали, что живем рядом и
что можно что-то такое создать.
А проблема этого проекта, мне кажется, заключается в том, что он не
приобрел широкого общественного резонанса. Он пошел больше по
кабинетно-служебному пути. Это труд нескольких людей, которые
разработали этот проект, но для многих граждан это мало что дает.
Кроме того, я бы не согласился с выбранным термином «управление».
Репутацией нельзя управлять, репутация, во многом, формируется со
стороны. Можно влиять на формирование имиджа, так было бы корректнее,
на мой взгляд. И главный фактор формирования имиджа – это реальное
состояние экономики, политики, культуры в регионе.
В современном мире никого не обманешь пиаром. Информация о регионе
все равно перетекает через интернет, социальные сети; всегда найдутся
критики и негативная информация. Поэтому люди, заинтересованные в
межрегиональном сотрудничестве, будут смотреть на реальную ситуацию, а
не на то, как кто-то кого-то пиарит. Поэтому интересно смотреть на
информацию официальных сайтов Алтайского края. Конечно, администрация
каждого региона должна давать позитивную информацию, но нужно

26. учитывать и то, что параллельно идет в новостях, в комментариях, даже очень
негативных зачастую. Ведь это все в открытом доступе.
Кроме того, всегда важно учитывать, на какую адресную группу
направлен имидж, потому что не может быть единого имиджа для всех. Для
европейской части России мы родина В.М. Шукшина и М. Евдокимова, и это
понятно. А для Китая это ничего не значит. Для Казахстана, может быть, все
важнее становится отношение к исламу – терпимо оно в Алтайском крае или
нет. А для других стран это вообще не важно. Поэтому нужно изучать
востребованность определенного имиджа на определенной территории и
тогда искать положительные черты, продвигать их. Это и будет
способствовать формированию положительного имиджа.
С.А. Мансков: Сразу вспоминается Всероссийский студенческий форум,
который был огромным медийным мероприятием, когда все СМИ
разделились на две группы, и я как пресс-секретарь был на линии огня. Все
официальные СМИ говорили: ура Медведев, ура Фурсенко, ура университету,
- а независимые СМИ в лице телевидения «Дождь», радио «Эхо Москвы»,
«Новой газеты» звонили и говорили: а правда, что у вас все двери забили
гвоздями и студенты распяты на стенах, а на улице минус 10. Но самый
большой информационный выплеск сделали сами участники форума, которые
во время пребывания в театре Драмы, куда пришел президент, на своих
айфонах рифмовали двустишия «Медведев в Барнауле». Этих двустиший
появилось в социальных сетях не менее сотни. И оказалось, что имидж
формировала не официальная пресса, не альтернативная пресса, которая
искала скандалы, а те, кто в интернете создавали эти двустишия.
Е.В. Лукашевич: Когда появлялась идея этого проекта, мы как раз
задумывались над тем, что больше 10 лет тому назад замечательные люди
создали прекрасные метафоры «Наш дом Алтай», «Большой Алтай». Но в
последнее время пишут, что жизнеспособность репутации и имиджа в
цивилизованных странах начинают просчитывать едва ли не каждый год. 10
лет – это очень значительный срок. Пришла наша очередь что-то сделать для

27. имиджа Алтайского края. Мне кажется, замечательно, что мы начали этот
разговор. Наша аудитория очень посвящена в идеи имиджа. Но когда
говорили, что под имиджем должны стоять реальные дела, как раз и имели в
виду репутацию, потому что репутация и базируется на реальных делах.
Поэтому я думаю, мы сегодня начали этот разговор и есть смысл его
продолжить в любом ракурсе.