« Алые паруса надежды »
Грин, всю жизнь мечтал о море и
путешествиях. И вот трехпалубный речной
пассажирский теплоход под его именем
весело гуляет по голубым просторам.
4 музея Грина всегда готовы принять посетителей,
чтоб рассказать им о писателе.
Кировоградский музей А.Грина.
Музей Грина в Феодосии
За этим столом он писал свои
лучшие рассказы
Улица и приморский спуск им.
Александра Грина
Домик в Старом Крыму который писатель
приобрел лишь в конце своей жизни.
В 1960 году к 80 летию со дня рождения жена
А. Грина – Нина Николаевна открыла в нем
Дом – музей писателя.
Критики
называли
писателя
Капитаном
всех своих
кораблей
Карта придуманных Грином городов в
которых происходят удивительные события
описанные в его книгах.
А стоит ли читать Грина в наше время, он же
не современный писатель?
«Если бы Грин умер , оставив нам только
одну свою поэму в прозе «Алые паруса», то
и этого было бы довольно, чтобы поставить
его в ряды замечательных писателей,
тревожащих человеческое сердце
призывом к совершенству.»
Константин Паустовский «Золотая роза»
Так
выглядит
первое
издание
всемирно
известной
книги
«…Одна такая
новинка была
миниатюрной
гоночной яхтой;
белое суденышко
это несло алые
паруса сделанные
из обрезков
шелка…Пламенный
веселый цвет так
ярко горел в ее
руке, как будто она
держала в руке
огонь…»
«Ассоль, слушай
меня внимательно.
Я был в той
деревне, откуда ты,
должно быть идешь;
словом в
Каперне…Но у вас
не рассказывают
сказок. У вас не
поют песен… - Не
знаю , сколько
пройдет лет, - только
в Каперне
расцветет одна
сказка, памятная
надолго….»
« Ему шел уже двенадцатый
год, когда все намеки его
души соединились в
одном...и стали неукротимым
желанием. Это случилось в
библиотеке… В маленьком
мальчике постепенно
укладывалось огромное
море. Он сжился с ним,
роясь в библиотеке,
выискивая и жадно читая те
книги, за золотой дверью
которых открывалось синее
сияние океана… В этом
мире, естественно
возвышалась над всем
фигура капитана. Он был
судьбой, душой и разумом
корабля.
«… В ней две девушки, две
Ассоль. Одна была дочь
матроса, мастерившая
игрушки, другая – живое
стихотворение. Она умела
и любила читать, но и в
книге читала
преимущественно между
строк, как жила. Не раз,
волнуясь и робея, она
уходила ночью на морской
берег, где, выждав рассвет,
совершенно серьезно
высматривала корабль с
Алыми Парусами. Эти
минуты были для нее
счастьем; нам трудно так
уйти в сказку, ей было бы
не менее трудно выйти из
ее власти и обаяния.»
«Он тихо отвел рукой ветку и остановился с чувством опасной
находки. Не далее как в пяти шагах, свернувшись, подобрав
одну ножку под себя и вытянув вторую спала Ассоль…
Быть может, при других обстоятельствах эта девушка была бы
замечена им только глазами, но тут он иначе увидел ее. Все
стронулось, все усмехнулось в нем.»
Не помня, как оставила дом, Ассоль бежала уже к морю. Пока ее не было,
ее имя перелетало среди людей с нервной и угрюмой тревогой, с злобным
испугом.Как только появилась Ассоль,все смолкли, все со страхом отошли от
нее, и она осталась одна средь пустоты знойного песка, растерянная,
пристыженная, счастливая, с лицом не менее алым, чем ее чудо,
беспомощно протянув руки к высокому кораблю.
Вот, я пришел. Узнала ли ты меня? Она кивнула с зажмуренными глазами.
Когда Ассоль решилась открыть глаза, покачивание шлюпки, блеск волн,
приближающийся борт Секрета показались ей сном….Бережно, сам
потрясенный и удивленный тем, что наступила невыразимая, недоступная
никому драгоценная минута, Грей поднял за подбородок вверх это давно
– давно пригрезившееся лицо и глаза девушки, наконец ,ясно
раскрылись.
В них было все лучшее человека…»
«в большинстве своем произведения А. Грина – это
поэтически и психологически утонченные сказки,
новеллы и этюды, в которых рассказывается о
радости сбывающихся фантазий, о праве человека на
большее, чем простое проживание на земле, и о том,
что земля и море полны чудес – чудес любви, мысли и
природы, -отрадных встреч, подвигов и легенд…
В романтике Грина «покоя нет, уюта нет», она
происходит от нестерпимой жажды увидеть мир , и
потому душа совершеннее, возвышеннее, и потому
душа художника столь болезненно реагирует на все
мрачное, скорбное, приниженное, обижающее
гуманность»
Ю. Олеша
«- Поговорим, молодой друг! – сказал старший, которого звали Дюрок.
– Как ты можешь заметить, мы не мошенники. Неотложное дело
требует нас на мыс Гардена. Сухопутная дорога отнимет два дня, ветер
для лодки силен, а быть нам надо к утру. Скажу прямо, чем раньше,
тем лучше…и ты повезешь нас на мыс Гардена, если хочешь
заработать.»
«Вглядываясь, чтобы угадать кто сказал «подойдите» я обрадовался
увидев Дюрока с Эстампом, они делали мне знаки приблизиться.
- Ну, скажи, что ты сделал с моими друзьями? Они приехали на твоем
корабле. так не перестают восхищаться твоей особой. Меня зовут
Ганувер. Садись, Санди, ко мне поближе. Итак, ты любишь море и
ветер!.. Не правда ли, Диге, какая сила в этих простых словах. Они
встречаются как две волны…»
«
- Хочешь отправиться в экспедицию, Санди ?...Не так далеко, как ты, может быть
хочешь, но – в «страну человеческого сердца»…Скажи мне сколько времени надо
плыть к Сигнальному Пустырю?...
…- Молли - это я , - сказала она недоверчиво.
- Так вы догадались, - сказал Дюрок, садясь, как сели мы все. – Я могу считать
себя действительным другом человека, которого назовем сразу: Ганувер. Ваш
роман, Молли,должен иметь хороший конец. Но происходят тяжелые и непонятные
вещи.
Я знаю о золотой цепи…
-Лучше бы ее не было! – вскричала Молли. Вот уж ,именно, тяжесть; я
уверенна, что от нее - все!... Брат перехватил письма Ганувера и задумал
после нашего брака тянуть деньги с меня, много денег, как от рабыни, иначе
убьет моего мужа! »
«Если любовь велика, все должно умолкнуть. Пусть другие судят о наших
поступках, как хотят…Ни разница положений, ни состояние не должны стоять
на пути и мешать. Надо верить тому, кого любишь. – сказал Дюрок. – Если
даже вы принесете ему несчастье, как уверенны в том, - не бойтесь ничего,
даже несчастья, потому, что это будет ваше общее горе, и это горе любовь…»
Молли, - сегодня… в 12 часов… вы дали слово…
Молли как бы очнулась в ее глазах заиграл свет…»
«- Вот я – сказал капитан Орсула –слушайте какая была история.У нас завелась
фея…Она была босиком, а туфли ее стояли рядом. Я не успел влюбиться,
потому, что она грациозно присев, собрала свои вещи и исчезла…
Ганувер и до того почти не проронивший ни слова, теперь молчал со
странным взглядом и побледневшим лицом. Затем вздохнул и рассмеялся
очень громко. – Я не вижу здесь пока дугой феи, кроме Диге Альвавиз, но и
та не может исчезнуть, я думаю…
«- Молли!-заговорил он ведя рукой вокруг, - вот все то, как вы строили на берегу
моря, как это все представлялось вам тогда…
- Кто , например, объяснит мне кое – что непонятное в деле моей сестры, Дигэ
Альвавиз? –вскричал Галуэй.
- Август Тренк – сказал Дюрок Галуэю – Ваш товарищ, Джек Гаррисон, и ваша
любовница Этель Мейер должны понять мой намек…
-Что это значит? Спросил Ганувер?
- Это финал! – вскричал, выступая вперед, Эстамп – Эти три человека, под чужим
именем пытались ограбить вас.
- Дигэ, что это? Правда? Она пожала плечами и отвернулась.
«Благодарю вас , - очень серьезно сказал Ганувер – за то мужество с которым вы
открыли себя. Сейчас я был, как ребенок, испугавшийся темного угла, но
знающий, что сзади него, в другой комнате светло. Там голоса, смех и отдых. Я
расстаюсь с вами, как с гостьей и женщиной. Бен Дрек, оденьте наручники.
…Гнев мой улегся. Сегодня никто не должен пострадать, даже враги. Дон Эстебан
выпишите этим людям чек на 500тысяч, и чтоб больше я их не видел. Диге
выступила вперед,, медленно подняла руку и, смотря прямо в глаза Эстебану
выхватила чек… Они были убиты выстрелом из чековой книжки…»
После пятилетнего отсутствия я, будучи уже штурманом парохода «Валькирия»
вновь оказался в Лиссе, где встретил Паркера и Дюрока. Мы провели славный
вечер и обо всем, что здесь рассказано, вспомнили и поговорили со всеми
подробностями. После встречи я долго размышлял о словах Дюрока про
Ганувера: »Его ум требовал живой сказки а душа просила
покоя»
мечта
«Особенно тяжело далось начало «Бегущей по волнам».
Начал было около сорока. Это был единственный его
роман, где начало рождалось в таких муках…
Несбывшееся и сбывшееся реяло над ним. Он
говорил: « Понимаешь, как важно в романе, да и в
рассказе – начало, хорошее начало, продуманное и
строгое. Оно не зримо для читателя определяет конец,
без скрежета недодуманности. Так как я пишу вещи
необычные, то тем строже, глубже, внимательнее и
логичнее я должен продумывать внутренний ход всего.
Фантазия требует строгости и логики…»
Н.Н. Грин
Из записок об А.С.Грине.
« Я заметил ее лицо, когда оно появилось над бортом…Она сошла
медленно, с задумчивым интересом к происходящему вокруг нее. Я
думал, что ее существо, может быть , отмечено особым законом,
перебирающим жизнь с властью сознательного процесса, и что, став в
тень подобной судьбы, я, наконец, мог бы увидеть НЕСБЫВШЕЕСЯ.
…Она записалась Биче Сениэль. «
Мне так понравилось это красивое судно, что я представил его своим.
Я мысленно вошел по его трапу к себе в свою каюту, и я был - с той
девушкой… Желая узнать название корабля, я обошел его, став против
кормы, и, всмотревшись, прочел полукруг рельефных золотых букв:
бегущая по волнам Я вздрогнул – так стукнула в виске кровь.
- Не бойтесь,- сказала она. Голос ее изменился, он стал мне знаком, и я вспомнил,
когда слышал его. – Я вас оставлю, а вы слушайте, что скажу. Как станет светать,
держите на юг и гребите так скоро, как хватит сил. С восходом солнца встретится
вам парусное судно, и оно возьмет вас на борт. Судно идет в Гель – Гью, и, как вы
туда прибудете, мы там увидимся. Никто не должен знать, что я была с вами,
кроме одной, которая пока скрыта. Вы очень хотите увидеть Биче Сениэль, и вы
встретите ее, но помните, что ей нельзя сказать обо мне…
- Хотя это не вежливо,- сказала Дези,- но меня почему – то заботит, что не все вы
рассказали нам о себе... С вами в море что- то случилось?…Имею ли я право
знать?... А вы верите, что была Фрези Грант?
- Я думаю, что это могло быть, - сказал я.
- Я верю потому, что от этой истории хочется что- то сделать. Например, стукнуть
кулаком по столу и сказать: «Да, человека не понимают».
- Кто не понимает?
-Все. И он сам не понимает себя.
- Ночь так темна, сказал я, с трудом поднимая взгляд – волны, одни волны
кругом! - Для меня там , - был тихий ответ- одни волны, и среди них остров; он
сияет все дальше, все ярче. Я тороплюсь, я спешу; я увижу его с рассветом.
Прощайте! В то время как она говорила это, я поднял глаза. – Фрези Гранд! –
Вскричал я с тоской – Назад!...Она была на воде…Она отступала, полуоборотясь
ко мне. Уже не совсем ясно видел я, как быстро и легко она бежит прочь. Я был
один; покачивался среди волн и смотрел на догорающий фонарь.
-Что они делают?- вскричала Дези – Это кто же такие? Я обьяснил ей , что
такое маскарадные выезды и как их устраивают на юге Европы.
– Подумать только, какие деньги брошены на пустяки – Это не пустяки,
Тобаган, - живо отозвалась девушка. – Это праздник. Людям нужен праздник
хоть изредка. – Желаю вам веселиться, - сказал моряк – Ну, идем Дези. И я
почти сразу потерял их из виду… затем осмотрелся, с волнением ожидания и с
именем, впервые после трех дней проведенных на « Нырке», снова
зазвучавшим «Биче Сениэль» . И я увидел ее лицо…
Памятник
фрези
• Я был на широкой, залитой
асфальтом улице. Через
головы, перемещавшиеся
впереди меня я увидел
статую… Это была мраморная
фигура женщины …Наконец я
подошел близко, так, что
прочитал надпись. Она
состояла из трех слов:
Бегущая по волнам. Ее лицо
было не тем, какое я знал, - не
вполне тем, но уже то, что я
сразу узнал его, показывало,
как приблизил тему художник
и как, среди множества
представляющихся ему лиц,
сказал: «Вот это должно быть
тем лицом, какое единственно
может быть высечено» Эта
статуя была центр – главное
слово всех впечатлений.
- Гарвей, - сказала она –Гарвей, скажите мне всю правду!
- Я не лгал вам, но я умолчал. Да, я не был один, Биче, я был свидетелем вещей,
которые вас поразят. В лодку, неизвестно как появившись, села Фрези Грант,
«Бегущая по волнам». Я рассказал Биче о том, что сказала мне Фрези Грант.
– С вами раньше никогда не случалось таких вещей?..- спросила девушка… - Я вас
очень мало знаю, Гарвей, я вижу даже, что совсем не знаю.
Не давая мне заговорить, она подошла к трапу и крикнула вниз: Ботвель! Мы едем!
У каждого человека – не часто, не искусственно, но само собой, наступает
потребность оглянуться, даже побыть тем, каким был когда – то. Она сродни
перебиранию старых писем…
Когда мне хотелось отдохнуть, остановить внимание на чем – то отрадном и
легком, я вспоминал Дези…
В противоположность Биче, образ которой постепенно становился прозрачен,
начиная утрачивать власть.
Дези была реальна, как рукопожатие, сопровождаемое улыбкой и приветом.
Памятник
Александру
Степановичу
Грину в
Кирове.
В Ханты
Мансийске
юная Ассоль ,
как и прежде
встречает
проходящие
корабли,
мечтая и
надеясь на
чудо.

Алые паруса надежды

  • 1.
    « Алые парусанадежды »
  • 2.
    Грин, всю жизньмечтал о море и путешествиях. И вот трехпалубный речной пассажирский теплоход под его именем весело гуляет по голубым просторам.
  • 3.
    4 музея Гринавсегда готовы принять посетителей, чтоб рассказать им о писателе. Кировоградский музей А.Грина.
  • 4.
    Музей Грина вФеодосии
  • 6.
    За этим столомон писал свои лучшие рассказы
  • 7.
    Улица и приморскийспуск им. Александра Грина
  • 8.
    Домик в СтаромКрыму который писатель приобрел лишь в конце своей жизни.
  • 9.
    В 1960 годук 80 летию со дня рождения жена А. Грина – Нина Николаевна открыла в нем Дом – музей писателя.
  • 10.
  • 11.
    Карта придуманных Гриномгородов в которых происходят удивительные события описанные в его книгах.
  • 12.
    А стоит личитать Грина в наше время, он же не современный писатель? «Если бы Грин умер , оставив нам только одну свою поэму в прозе «Алые паруса», то и этого было бы довольно, чтобы поставить его в ряды замечательных писателей, тревожащих человеческое сердце призывом к совершенству.» Константин Паустовский «Золотая роза»
  • 13.
  • 15.
    «…Одна такая новинка была миниатюрной гоночнойяхтой; белое суденышко это несло алые паруса сделанные из обрезков шелка…Пламенный веселый цвет так ярко горел в ее руке, как будто она держала в руке огонь…»
  • 16.
    «Ассоль, слушай меня внимательно. Ябыл в той деревне, откуда ты, должно быть идешь; словом в Каперне…Но у вас не рассказывают сказок. У вас не поют песен… - Не знаю , сколько пройдет лет, - только в Каперне расцветет одна сказка, памятная надолго….»
  • 17.
    « Ему шелуже двенадцатый год, когда все намеки его души соединились в одном...и стали неукротимым желанием. Это случилось в библиотеке… В маленьком мальчике постепенно укладывалось огромное море. Он сжился с ним, роясь в библиотеке, выискивая и жадно читая те книги, за золотой дверью которых открывалось синее сияние океана… В этом мире, естественно возвышалась над всем фигура капитана. Он был судьбой, душой и разумом корабля.
  • 19.
    «… В нейдве девушки, две Ассоль. Одна была дочь матроса, мастерившая игрушки, другая – живое стихотворение. Она умела и любила читать, но и в книге читала преимущественно между строк, как жила. Не раз, волнуясь и робея, она уходила ночью на морской берег, где, выждав рассвет, совершенно серьезно высматривала корабль с Алыми Парусами. Эти минуты были для нее счастьем; нам трудно так уйти в сказку, ей было бы не менее трудно выйти из ее власти и обаяния.»
  • 20.
    «Он тихо отвелрукой ветку и остановился с чувством опасной находки. Не далее как в пяти шагах, свернувшись, подобрав одну ножку под себя и вытянув вторую спала Ассоль… Быть может, при других обстоятельствах эта девушка была бы замечена им только глазами, но тут он иначе увидел ее. Все стронулось, все усмехнулось в нем.»
  • 22.
    Не помня, какоставила дом, Ассоль бежала уже к морю. Пока ее не было, ее имя перелетало среди людей с нервной и угрюмой тревогой, с злобным испугом.Как только появилась Ассоль,все смолкли, все со страхом отошли от нее, и она осталась одна средь пустоты знойного песка, растерянная, пристыженная, счастливая, с лицом не менее алым, чем ее чудо, беспомощно протянув руки к высокому кораблю.
  • 23.
    Вот, я пришел.Узнала ли ты меня? Она кивнула с зажмуренными глазами. Когда Ассоль решилась открыть глаза, покачивание шлюпки, блеск волн, приближающийся борт Секрета показались ей сном….Бережно, сам потрясенный и удивленный тем, что наступила невыразимая, недоступная никому драгоценная минута, Грей поднял за подбородок вверх это давно – давно пригрезившееся лицо и глаза девушки, наконец ,ясно раскрылись. В них было все лучшее человека…»
  • 25.
    «в большинстве своемпроизведения А. Грина – это поэтически и психологически утонченные сказки, новеллы и этюды, в которых рассказывается о радости сбывающихся фантазий, о праве человека на большее, чем простое проживание на земле, и о том, что земля и море полны чудес – чудес любви, мысли и природы, -отрадных встреч, подвигов и легенд… В романтике Грина «покоя нет, уюта нет», она происходит от нестерпимой жажды увидеть мир , и потому душа совершеннее, возвышеннее, и потому душа художника столь болезненно реагирует на все мрачное, скорбное, приниженное, обижающее гуманность» Ю. Олеша
  • 27.
    «- Поговорим, молодойдруг! – сказал старший, которого звали Дюрок. – Как ты можешь заметить, мы не мошенники. Неотложное дело требует нас на мыс Гардена. Сухопутная дорога отнимет два дня, ветер для лодки силен, а быть нам надо к утру. Скажу прямо, чем раньше, тем лучше…и ты повезешь нас на мыс Гардена, если хочешь заработать.»
  • 28.
    «Вглядываясь, чтобы угадатькто сказал «подойдите» я обрадовался увидев Дюрока с Эстампом, они делали мне знаки приблизиться. - Ну, скажи, что ты сделал с моими друзьями? Они приехали на твоем корабле. так не перестают восхищаться твоей особой. Меня зовут Ганувер. Садись, Санди, ко мне поближе. Итак, ты любишь море и ветер!.. Не правда ли, Диге, какая сила в этих простых словах. Они встречаются как две волны…»
  • 29.
    « - Хочешь отправитьсяв экспедицию, Санди ?...Не так далеко, как ты, может быть хочешь, но – в «страну человеческого сердца»…Скажи мне сколько времени надо плыть к Сигнальному Пустырю?... …- Молли - это я , - сказала она недоверчиво. - Так вы догадались, - сказал Дюрок, садясь, как сели мы все. – Я могу считать себя действительным другом человека, которого назовем сразу: Ганувер. Ваш роман, Молли,должен иметь хороший конец. Но происходят тяжелые и непонятные вещи.
  • 30.
    Я знаю озолотой цепи… -Лучше бы ее не было! – вскричала Молли. Вот уж ,именно, тяжесть; я уверенна, что от нее - все!... Брат перехватил письма Ганувера и задумал после нашего брака тянуть деньги с меня, много денег, как от рабыни, иначе убьет моего мужа! »
  • 31.
    «Если любовь велика,все должно умолкнуть. Пусть другие судят о наших поступках, как хотят…Ни разница положений, ни состояние не должны стоять на пути и мешать. Надо верить тому, кого любишь. – сказал Дюрок. – Если даже вы принесете ему несчастье, как уверенны в том, - не бойтесь ничего, даже несчастья, потому, что это будет ваше общее горе, и это горе любовь…» Молли, - сегодня… в 12 часов… вы дали слово… Молли как бы очнулась в ее глазах заиграл свет…»
  • 32.
    «- Вот я– сказал капитан Орсула –слушайте какая была история.У нас завелась фея…Она была босиком, а туфли ее стояли рядом. Я не успел влюбиться, потому, что она грациозно присев, собрала свои вещи и исчезла… Ганувер и до того почти не проронивший ни слова, теперь молчал со странным взглядом и побледневшим лицом. Затем вздохнул и рассмеялся очень громко. – Я не вижу здесь пока дугой феи, кроме Диге Альвавиз, но и та не может исчезнуть, я думаю…
  • 33.
    «- Молли!-заговорил онведя рукой вокруг, - вот все то, как вы строили на берегу моря, как это все представлялось вам тогда… - Кто , например, объяснит мне кое – что непонятное в деле моей сестры, Дигэ Альвавиз? –вскричал Галуэй. - Август Тренк – сказал Дюрок Галуэю – Ваш товарищ, Джек Гаррисон, и ваша любовница Этель Мейер должны понять мой намек… -Что это значит? Спросил Ганувер? - Это финал! – вскричал, выступая вперед, Эстамп – Эти три человека, под чужим именем пытались ограбить вас. - Дигэ, что это? Правда? Она пожала плечами и отвернулась.
  • 34.
    «Благодарю вас ,- очень серьезно сказал Ганувер – за то мужество с которым вы открыли себя. Сейчас я был, как ребенок, испугавшийся темного угла, но знающий, что сзади него, в другой комнате светло. Там голоса, смех и отдых. Я расстаюсь с вами, как с гостьей и женщиной. Бен Дрек, оденьте наручники. …Гнев мой улегся. Сегодня никто не должен пострадать, даже враги. Дон Эстебан выпишите этим людям чек на 500тысяч, и чтоб больше я их не видел. Диге выступила вперед,, медленно подняла руку и, смотря прямо в глаза Эстебану выхватила чек… Они были убиты выстрелом из чековой книжки…»
  • 35.
    После пятилетнего отсутствияя, будучи уже штурманом парохода «Валькирия» вновь оказался в Лиссе, где встретил Паркера и Дюрока. Мы провели славный вечер и обо всем, что здесь рассказано, вспомнили и поговорили со всеми подробностями. После встречи я долго размышлял о словах Дюрока про Ганувера: »Его ум требовал живой сказки а душа просила покоя»
  • 36.
  • 37.
    «Особенно тяжело далосьначало «Бегущей по волнам». Начал было около сорока. Это был единственный его роман, где начало рождалось в таких муках… Несбывшееся и сбывшееся реяло над ним. Он говорил: « Понимаешь, как важно в романе, да и в рассказе – начало, хорошее начало, продуманное и строгое. Оно не зримо для читателя определяет конец, без скрежета недодуманности. Так как я пишу вещи необычные, то тем строже, глубже, внимательнее и логичнее я должен продумывать внутренний ход всего. Фантазия требует строгости и логики…» Н.Н. Грин Из записок об А.С.Грине.
  • 39.
    « Я заметилее лицо, когда оно появилось над бортом…Она сошла медленно, с задумчивым интересом к происходящему вокруг нее. Я думал, что ее существо, может быть , отмечено особым законом, перебирающим жизнь с властью сознательного процесса, и что, став в тень подобной судьбы, я, наконец, мог бы увидеть НЕСБЫВШЕЕСЯ. …Она записалась Биче Сениэль. «
  • 40.
    Мне так понравилосьэто красивое судно, что я представил его своим. Я мысленно вошел по его трапу к себе в свою каюту, и я был - с той девушкой… Желая узнать название корабля, я обошел его, став против кормы, и, всмотревшись, прочел полукруг рельефных золотых букв: бегущая по волнам Я вздрогнул – так стукнула в виске кровь.
  • 41.
    - Не бойтесь,-сказала она. Голос ее изменился, он стал мне знаком, и я вспомнил, когда слышал его. – Я вас оставлю, а вы слушайте, что скажу. Как станет светать, держите на юг и гребите так скоро, как хватит сил. С восходом солнца встретится вам парусное судно, и оно возьмет вас на борт. Судно идет в Гель – Гью, и, как вы туда прибудете, мы там увидимся. Никто не должен знать, что я была с вами, кроме одной, которая пока скрыта. Вы очень хотите увидеть Биче Сениэль, и вы встретите ее, но помните, что ей нельзя сказать обо мне…
  • 42.
    - Хотя этоне вежливо,- сказала Дези,- но меня почему – то заботит, что не все вы рассказали нам о себе... С вами в море что- то случилось?…Имею ли я право знать?... А вы верите, что была Фрези Грант? - Я думаю, что это могло быть, - сказал я. - Я верю потому, что от этой истории хочется что- то сделать. Например, стукнуть кулаком по столу и сказать: «Да, человека не понимают». - Кто не понимает? -Все. И он сам не понимает себя.
  • 43.
    - Ночь тактемна, сказал я, с трудом поднимая взгляд – волны, одни волны кругом! - Для меня там , - был тихий ответ- одни волны, и среди них остров; он сияет все дальше, все ярче. Я тороплюсь, я спешу; я увижу его с рассветом. Прощайте! В то время как она говорила это, я поднял глаза. – Фрези Гранд! – Вскричал я с тоской – Назад!...Она была на воде…Она отступала, полуоборотясь ко мне. Уже не совсем ясно видел я, как быстро и легко она бежит прочь. Я был один; покачивался среди волн и смотрел на догорающий фонарь.
  • 44.
    -Что они делают?-вскричала Дези – Это кто же такие? Я обьяснил ей , что такое маскарадные выезды и как их устраивают на юге Европы. – Подумать только, какие деньги брошены на пустяки – Это не пустяки, Тобаган, - живо отозвалась девушка. – Это праздник. Людям нужен праздник хоть изредка. – Желаю вам веселиться, - сказал моряк – Ну, идем Дези. И я почти сразу потерял их из виду… затем осмотрелся, с волнением ожидания и с именем, впервые после трех дней проведенных на « Нырке», снова зазвучавшим «Биче Сениэль» . И я увидел ее лицо…
  • 45.
    Памятник фрези • Я былна широкой, залитой асфальтом улице. Через головы, перемещавшиеся впереди меня я увидел статую… Это была мраморная фигура женщины …Наконец я подошел близко, так, что прочитал надпись. Она состояла из трех слов: Бегущая по волнам. Ее лицо было не тем, какое я знал, - не вполне тем, но уже то, что я сразу узнал его, показывало, как приблизил тему художник и как, среди множества представляющихся ему лиц, сказал: «Вот это должно быть тем лицом, какое единственно может быть высечено» Эта статуя была центр – главное слово всех впечатлений.
  • 46.
    - Гарвей, -сказала она –Гарвей, скажите мне всю правду! - Я не лгал вам, но я умолчал. Да, я не был один, Биче, я был свидетелем вещей, которые вас поразят. В лодку, неизвестно как появившись, села Фрези Грант, «Бегущая по волнам». Я рассказал Биче о том, что сказала мне Фрези Грант. – С вами раньше никогда не случалось таких вещей?..- спросила девушка… - Я вас очень мало знаю, Гарвей, я вижу даже, что совсем не знаю. Не давая мне заговорить, она подошла к трапу и крикнула вниз: Ботвель! Мы едем!
  • 47.
    У каждого человека– не часто, не искусственно, но само собой, наступает потребность оглянуться, даже побыть тем, каким был когда – то. Она сродни перебиранию старых писем… Когда мне хотелось отдохнуть, остановить внимание на чем – то отрадном и легком, я вспоминал Дези… В противоположность Биче, образ которой постепенно становился прозрачен, начиная утрачивать власть. Дези была реальна, как рукопожатие, сопровождаемое улыбкой и приветом.
  • 55.
  • 56.
    В Ханты Мансийске юная Ассоль, как и прежде встречает проходящие корабли, мечтая и надеясь на чудо.