Rafael Usmanov. Statement 3102 dated February 14, 2019.

1
Dans ses rapports réglementaires et mécaniques avec un individu, il ne faut, à un juge,
pour priver un innocent de tous ses droits et l’envoyer aux travaux forcés, qu’une chose : le
temps ; le temps d’observer les formalités au moyen desquelles les juges gagnent leurs
appointements, et tout est fini. Ensuite, va chercher justice et protection... Et n’est -il pas risible
de songer à la justice quand toute violence paraît à la société une nécessité raisonnable, tandis
que tout acte de douceur comme, par exemple, une sentence d’acquittement provoque une
véritable explosion de mécontentement et de méfiance ?
A.P. Tchékhov (Salle 6, chapitre III)
При формальном же, бездушном отношении к личности, для того чтобы невинного
человека лишить всех прав состояния и присудить к каторге, судье нужно только одно:
время. Только время на соблюдение кое-каких формальностей, за которые судье платят
жалованье, а затем – все кончено. Ищи потом справедливости и защиты … Да и смешно ли
помышлять о справедливости, когда всякое насилие встречается обществом, как разумная и
целесообразная необходимость, и всякий акт милосердия, например, оправдательный
приговор, вызывает целый взрыв неудовлетворенного, мстительного чувства?
А.П. Чехов («Палата № 6», глава III)
Les accusations du requérant à l’encontre du juge constituaient pour l’essentiel des
déclarations de fait. Outre la mise en cause de son éthique professionnelle, et plus
particulièrement son devoir d’impartialité, le requérant accusait le juge du crime de corruption
passive. En ce qui concerne l’allégation de manque d’impartialité du juge, le requérant s’est
fondé sur la manière dont ce dernier avait tranché la cause. (§ 65 de la Аrrêt du 12.02.2019
dans l’affaire Pais Pires de Lima c. Portugal). Обвинения заявителя против судьи были, по
сути, заявлениями о фактах. Помимо того, что заявитель подверг сомнению его
профессиональную этику и, в частности, его обязанность беспристрастности, заявитель
обвинил судью в преступлении пассивного подкупа. Что касается утверждения об
отсутствии беспристрастности судьи, заявитель полагался на то, каким образом последний
принял решение по делу.
Президенту Французской Республики
Эммануэлю Макрону
Tribunal de Grande instance
Истец: жертва организованного в России
преступного сообщества
Усманов Рафаэль Раисович
15.03.56 г. рождения, правозащитник,
без определенного места жительства во
Франции,
E-mail: usmanov.rafael.2015@mail.ru
+ 370 677 84 323
+ 33 773 50 10 59
личные адвокаты иличные
представители
Эдаси Альберто Унович
г. Москва, Батайский проезд, д. 59, кв. 51
тел.: 920 325 58 44,
E-mail:pravodelo777@gmail.com
Фёдорова Светлана Дмитриевна
проживающая по адресу: 03039, Украина, г.
Киев, пр-т. Лобановского, 152-А, кв. 67
тел. +380 (96) – 42 99 978,
E-mail: ametista7777@ukr.net

2
Григорьева Ирина Гургеновна
350058, г. Краснодар, ул. Стасова д. 141,
кв. 42,
тел.: 952 825 81 64,
E-mail: irini0603@mail.ru
Ответчики:
1. действующий под видом президента РФ,
профессиональный Вор, Бандит и Убийца,
Мафиози Путин Владимир Владимирович
101000, г. Москва, Кремль
Интернет-приемная: http://letters.kremlin.ru
(«Волшебный голос Джельсомино»:
https://youtu.be/PJV9fzmJb9k)
2. действующие под видом членов совета
Федерации РФ элитные Жулики и Воры
103426, Москва, ул. Д. Дмитровка, д. 26.
3. преступная и террористическая
организация, действующая под видом
Генеральной прокуратурыРФ,
возглавляемая профессиональным
Взяточником и Бандитом
Чайкой Юрием Яковлевичем
http://genproc.gov.ru/management/
125993, г. Москва, ул. Б. Дмитровка, д. 15 а.
Интернет-приемная:
https://ipriem.genproc.gov.ru/contacts/ipriem/
Следственного комитета РФ, возглавляемая
профессиональным Взяточником и
Головорезом
Бастрыкиным Александром Ивановичем
105005, г. Москва, Технический пер. д. 2.
организация, действующая под видом ФСБ
РФ, возглавляемая профессиональным
Взяточником и Убийцей
Бортниковым Александром Васильевичем
107031, г. Москва, Лубянская пл., д. 2.
Верховного Суда РФ, возглавляемая
профессиональным Вором, Взяточником,
Коррупционером и Мошенником
Лебедевым Вячеславом Михайловичем
121260, г. Москва, ул. Поварская, д. 15.

3
Высшей квалификационной коллегии РФ,
возглавляемая профессиональным
Взяточником
Тимошиным Николаем Викторовичем
123995, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 8,
стр. 4.
тел.: (495) 609-55-22, 609-55-17.
Совета судей РФ, фактически возглавляемая
Кущевским режиссером, профессиональным
Вором, Бандитом, Убийцей и Взяточником
Бондар Анатолием Владимировичем
(Бондар Анатолием Владимировичем
- будущий Председатель Верховного Суда
России и грязный коррупционер:
https://youtu.be/k_QuAXK_kUs)
123995, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 8,
стр. 4,
Тел.: 8 (495) 609-55-01, 609-55-03 (06),
E-mail: ssrf@ssrf.ru
9. Литва, как не правовое государство.
10. La Préfecture
Bâtiment Haussmann
Impasse des Écossais
86000 POITIERS
Téléphone : 05 49 55 70 00
et serveur vocal : 05 49 55 70 70
Adresse postale : 7 place Aristide BRIAND, CS
30589, 86021 POITIERS
courriel : pref-courrier@vienne.gouv.fr
11. COALLIA PADA
27 Boulevard Solferino, Rez de Chaussée,
86000 POITIERS
12. Mairie de Poitiers
CS 10569, 86021, Poitiers Cedex, Aquitaine
Limousin Poitou-Charentes
Tél.: 05 49 52 35 35
https://www.poitiers.fr/c_v_contact_Contact.h
tml
13. Police Municipale
15 pl Mar Leclerc, 86000 Poitiers
Tél.: 05 49 41 92 85
14. Tribunal administratif de Poitiers
Hôtel Gilbert
15, rue de Blossac - CS 80541
86020 Poitiers Cedex
Téléphone : 05 49 60 79 19

4
Télécopie : 05 49 60 68 09
Courriel : greffe.ta-poiiers@juradm.fr
15. Европейский якобысуд по якобы правам
человека
The Registrar European Court of Human
Rights Council of Europe
F-67075, Strasbourg Cedex
France – Франция.
Исковое заявление № 3102.
ОПРЕДЕЛЕНИЯ.
Всеобщая декларация прав человека – далее Всеобщая декларация.
Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и
злоупотребления властью – далее Декларация.
Основные принципы и руководящие положения, касающиеся права на правовую
защиту и возмещение ущерба для жертв грубых нарушений международных норм в
области прав человека и серьезных нарушений международного гуманитарного права –
далее Принципы о компенсации.
Международный пакт о гражданских и политических правах – далее Пакт.
Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах – далее
Пакт об экономических правах.
Декларация о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества
поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы – далее
Декларация о праве.
Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод – далее
Конвенция.
Хартия Европейского Союза об основных правах — далее Хартия.
Директива № 2012/29/ЕС Европейского парламента и Совета ЕС об установлении
минимальных стандартов в отношении прав, поддержки и защиты жертв преступлений,
а также замене рамочного решения № 2001/220/ПВД Совета ЕС от 25.10.12 г. – далее
Директива.
Заключение № 11 КСЕС «О качестве судебных решений» (CCJE (2008) Op. № 5),
принятого в Страсбурге 18.12.08 г. – далее Заключение.
1. 07.01.19 г. я прибыл в г. Пуатье как беженец по политическим мотивам (ст.
14 Всеобщей декларации, п. А 2) ст. 1 Конвенции ООН «О статусе беженцев», абзац 4
преамбулы к Конституции Французской Республики 1946 г., ст. 18 Хартии).
1.1 С этого времени я подвергаюсь бесчеловечному и унижающему достоинство
обращению, поскольку незаконно лишен элементарных условий для проживания и
питания, что само по себе переходит в реальные Пытки (Заяв.№3040БесчелОбращ2
(https://goo.gl/kusD7d)) и что мной было объяснено в заявлениях № 3090, №3091, № 3094,
3095, 3098 (папка «Суд» (https://goo.gl/SSRAD1)), поданных в административный суд г.
Пуатье и Префектуру г. Пуатье.
Ни одно из перечисленных заявлений в установленном п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14 Пакта,
п.п. 1 – 3 ст. 9 Декларации о праве, п. 1 ст. 6, ст. 13 Конвенции, ст.ст. 41, 47 Хартии
порядке рассмотрено не было, в связи с чем я был вынужден (§§ 86, 101 Постановления от
07.11.17 г. по делу «Zubkov and Others v. Russia») обратиться 25.01.19 г. с жалобой (§ 87
Zubkov) в ЕСПЧ (1К 026 250 4250 2), а также 07.02.19 г. (1К 026 271 0155 9).
1.2 Так как со времени моего рандеву в Префектуре 04.02.19 г. моё положение
никак вообще не изменилось, поэтому я напоминаю, что предшествовало этому рандеву и
что произошло после.
1.2.1 То, какими откровенно преступными способами профессиональный Вор,
Бандит и Убийца Путин В.В., действующий под видом Президента РФ и члены его Банды,
подвергали меня уголовным преследованиям, а также лишили всего имущества, пенсии и
документов, то есть всейсобственности и средств к существованию мной объяснено в
исковом заявлении № 3090.

5
Также следует иметь ввиду, что помимо того, что Путин В.В. и его Банда присвоили все
мое имущество, так они меня еще обворовывают каждый день как гражданина России,
похищая откровенно преступными способами принадлежащие мне по факту
гражданства доходы, извлекаемые из недр России, что также должно быть предметом
искового производства, поскольку доставление Путиным В.В. и его Бандой моего
имущества не должно обходиться Франции, куда меня изгнали Мафиози, по
расценкам Банды. Стоимость моего имущества должен определять я сам, но никак
не Мафиози, крадущие у меня его.
1.2.2 В п. 1.1.4 заявления № 3090 я напомнил: «Совершенных преступлений
Путину В.В. и членам его Банды показалось мало и поэтому в апреле 2002 г. в
администрации Магаданской области решался вопрос о моем убийстве в условиях
психиатрического стационара, о чем мне стало известно и о чем я написал в заявлении
от 15.07.02 г., находясь в Магаданском СИЗО. Копию этого заявления я разослал в
разные адреса, но добиться проверки по этому заявлению я не могу до сих пор,
поскольку все прекрасно понимают, что воровать и грабить – это одно, а убивать – это
совершенно иное. Тем более, когда речь идет об организованном преступном
сообществе, куда входит практически все руководство целого субъекта
Российской Федерации… »
1.2.3 Там же объяснено и то, какими откровенно преступными способами меня
в Литве лишили не только доступа к Правосудию, но и как Путин В.В. со своей Бандой,
жилья и всех средств к существованию, что запрещено 7 Пакта, ст. 3 Конвенции, § 279
Постановления от 28.06.11 г. по делу «Sufi and Elmi v. United Kingdom».
1.3 В этом же заявлении объяснено и то, как беженцы в Пуатье оказываются на
улице и без средств к существованию, а должностные лица не выполняют
возложенные на них функции по разрешению проблем. Вместо этого они проблемы
не решают, а только множат, в результате чего Жертвынаходятся за гранью выживаемости,
что необходимо рассматривать как покушение на право на жизнь, что запрещено ст. 6
Пакта, ст. 2 Конвенции.
1.3.1 Поскольку нарушались мои права, защищаемые п. 3 ст. 2, статьями 7, 14, 16,
17, 19, 26 Пакта, статьями 3, 6, 8, 10, 13, 14, 18 Конвенции, ст. 1 Протокола № 1 к
Конвенции, статьями 1, 4, 7, 11, 15, 17, 18, 20, 21, 25, 34, 41, 47 49 Хартии, поэтому я
обратился в административный суд г. Пуатье, а также Префектуру г. Пуатье с исковыми
заявлениями № 3090, № 3091, № 3095, № 3098 и заявлением № 3094 (папка «Суд»
(https://goo.gl/SSRAD1)) с целью прекращения противоправной деятельности и
нарушения моих фундаментальных прав. Добиться рассмотрения этих заявлений в г. Пуатье
- невозможно, поскольку здесь, как и на подконтрольной Банде Путина В.В. территории,
отменены все нормы права, которые должны регулировать спорные правоотношения.
1.3.2 В дополнение к перечисленной преступной деятельности я 24.01.19 г. в
COALLIA был незаконно задержан сотрудниками полиции, что мной достаточно подробно
объяснено в исковом заявлении № 3095. Однако добиться рассмотрения дел в суде
практически невозможно, так как в г. Пуатье считают, что совершение преступлений
должностными лицами должно быть нормой и они за совершенные действия и принимаемые
решения отвечать не должны. Мало того, в г. Пуатье считают, что должностные лица
наделены правом отменить законодательство о противодействии коррупции и правом
препятствовать Жертвам собирать доказательств их преступной деятельности. То есть
должностные лица г. Пуатье считают, что Жертвыне имеют права фиксировать публичные
правоотношения, которые представляют повышенный общественный интерес ,
посредством аудио- и видеозаписей. Естественно, что доказательства, находящиеся в их
распоряжении они скрывают и уничтожают, что является идеальной и благодатной
почвой для деградации органов власти в целом, Беззакония, Произвола и Коррупции.
1.3.3 04.02.19 г. у меня в Префектуре г. Пуатье наконец-таки взяли отпечатки
пальцев и оформили нужные для властей документы. Добиться того, чтоб власти к
собираемым ими материалам приобщили мои документы практически
невозможно. То есть невозможно добиться реализации права быть заслушанным,
которое защищено п. 1 ст. 6, ст. 13 Конвенции, п. 2 "а" ст. 41 Хартии. Естественно, что
право на мотивированный ответ, защищаемое ст. 13 Конвенции, п. 2 "с" Хартии, в г. Пуатье
властями отменено. Естественно, что в отношении причинителей вреда невозможно
добиться начала проведения проверки, а поэтому безнаказанное причинение вреда
должностными лицами стало абсолютной нормой, что способствует деградации
органов власти и управления в целом.
1.3.4 После сдачи отпечатков пальцев и оформления документов, нужных
властям Пуатье, меня направили в OFII, которое должно решать вопросыпособий и жилья.

6
Процедура здесь такая же формальная и в нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции, (§ 68
Постановления от 29.12.16 г. по делу «Shioshvili and Others v. Russia») не учитывает
индивидуальные особенности личности, а поэтому эта процедура не имеет никакого
отношения к законности, но имеет прямое отношение к чрезмерному формализму,
который является барьером для реализации и осуществления Жертвами своих прав (§ 39
Постановления от 02.12.14 г. по делу "Urechean and Pavlicenco v. Republic of Moldova").
1.3.5 Когда сотрудник OFII стала предоставлять мне заведомо ложную
информацию относительно моей правоспособности, то я включил диктофон с целью
зафиксировать эту информацию. Однако сотрудник OFII незаконно запретила мне в
осуществлении моего фундаментального права, защищаемого ст. 19 Пакта, ст. 10
Конвенции, ст. 11 Хартии. Так как она стала незаконно угрожать, что если я буду
продолжать аудиозапись, то она прекратит прием, поэтому я вынужден был выключить
диктофон.
1.3.6 Когда речь зашла о предоставлении жилья, то сотрудник OFII стала
утверждать, что этим вопросом должна заниматься служба "115", хотя эта служба в
некоторых случаях предоставляет возможность только переночевать и это место нельзя
отнести к понятию "жилье", так как с этим местом Жертв ничего не связывает (§ 36
Постановления от 18.11.04 г. по делу "Prokopovich v. Russia"). Но так как служба "115"
поиском жилья не занимается, поэтому мы в очередной раз получили ситуацию правовой
неопределенности, когда Жертва оказывается в порочном кругу, где органы власти
перекладывают ответственность друг на друга и, как следствие, Жертва без какой-либо
вины с её стороныостается в правовом вакууме (§ 33 Постановления от 22.12.09 г. по делу
"Bezymyannaya v. Russia"). Это является явным признаком Произвола
(Заяв.№3040Произвол6 (https://goo.gl/ymkQyf)), когда даже если действия органов
власти полностью соответствуют "... национальному законодательству, имело место
проявление недобросовестности или обмана со стороны властей (...) или когда
национальные органы власти не предпринимали усилий для надлежащего применения
соответствующего законодательства (…)» (§ 78 Постановления от 09.07.09 г. по делу
«Mooren v. Germany»).
1.3.7 Результатом преступной деятельности сотрудников Префектуры г. Пуатье я
в очередной раз был вышвырнут на улицу, где 04.02.19 г. шел дождь со снегом, хотя
«… право на временное жилье тесно связано с правом на жизнь и играет ключевую
роль с точки зрения уважения человеческого достоинства… » (Европейский Комитет
по социальным правам по делу «Организация Международная защита детей (Defence for
Children International (DCI)) против Нидерландов» от 20.10.09 г., § 47).
1.3.8 Сколько бы раз я не звонил в службу "115", я всегда получал отказ. Мало
того, служба "115" не стала забирать меня 23.01.19 из полиции, куда она была вызвана
соответствующим должностным лицом, где я сообщил, что мне негде ночевать. В результате
я был вынужден ночевать там.
Следует сказать и о том, что служба «115» не может выполнять свои функции по
той причине, что количество беженцев и мигрантов превышают её возможности и
поэтому ночлег на улице Жертвам гарантирован: «… государственные органы
распределяли только две тысячи пятьсот порций пищи один раз в день, тогда как в
соответствии с вышеупомянутым приказом шесть тысяч человек находились на причале
в ноябре 2015 года. Это также показывает, что большинство из этих людей жили в
разнородных условиях, в палатках или во временных убежищах из дерева и
брезента, а также в очень плохих гигиенических условиях из-за отсутствия
санитарных условий, санитарии и сбора отходов, и что они имели только
ограниченный доступ к питьевой воде и уходу… » (§ 81 Постановления от 28.02.19
г. по делу «Khan v. France»). «… les autorités publiques n’assuraient la distribution que de
deux mille cinq cents repas une fois par jour, alors que, d’après l’ordonnance précitée, six
mille personnes se trouvaient sur la lande en novembre 2015. Il en ressort également que
la plupart de ces personnes vivaient dans la promiscuité, dans des tentes ou dans des abris
de fortune faits de bois et de bâches, et dans de très mauvaises conditions d’hygiène en
raison de l’insuffisance des équipements sanitaires, d’assainissement et de collecte des
déchets, et qu’elles n’avaient qu’un accès limité à l’eau potable et aux soins… » (§ 81 de la
Аrrêt du 28.02.2019 dans l’affaire Khan c. France).
1.3.9 Правда, сотрудник OFII порекомендовала сходить к врачу на прием и решить
вопросы со здоровьем.
1.3.10 Также сотрудник OFII выдала мне личную расчетную карту, куда должны
начисляться соответствующие средства. Однако, по объяснениям сотрудницы, получить я их

7
мог не ранее 05.03.19 г. То, как и где я смог бы питаться никого в Префектуре и OFII не
интересовало. То есть однозначно, что меня обрекли на смерть от голода, поскольку в г.
Пуатье не желают понимать, что «… разумное и объективное рассмотрение требует,
чтобы заинтересованное лицо имело возможность выдвинуть доводы … в
компетентных органах на индивидуальной основе (…). …» (§ 68 Постановления от
29.12.16 г. по делу «Shioshvili and Others v. Russia»).
1.4 11.02.19 г. я пришел в COALLIA с целью узнать: 1. где в ближайшее время
можно пойти на курсы французского языка? 2. разобраться с порядком поездки в
Префектуру Бордо 05.03.19 г.; 3. узнать конкретно, кто должен решать вопрос с
предоставлением жилья, поскольку информация в OFII по данному вопросу порождает
больше вопросов, чем ответов и создает полную неопределенность. Номер моего талона был
697.
1.4.1 Пропустив всех, кого можно было пропустить, мне стало понятно, что со мной
разговаривать в COALLIA никто не намерен. Тогда я взял следующий талон за № 725,
включил диктофон и спросил у сотрудницы: how long i must wait? Сотрудница COALLIA
начала незаконно требовать, чтоб я выключил диктофон. Однако, так как она явно
игнорировала свои обязанности по приему и явно подвергала меня дискриминации
по отношению к другим посетителям, поэтому я продолжил запись. Сотрудница COALLIA
куда-то позвонила и начала прием следующего посетителя, явно игнорируя меня.
1.4.2 Когда прием посетителя был закончен, я выключил диктофон, показал это
сотруднице COALLIA и задал тот же вопрос. Однако сотрудница не желала на него отвечать.
Из беседы сотрудницы COALLIA с моим знакомым я узнал, что она вызвала полицию.
Таким образом, ключевым вопросом является законность действий сотрудницы
COALLIA, которая незаконно запрещала мне осуществлять свое право на получение
информации о публичных правоотношениях способами и средствами по своему выбору
(ст. 19 Всеобщей декларации, п. 2 ст. 19 Пакта). То есть она обязана сослаться на нормы
права, которые позволяли ей осуществлять вмешательство в мое фундаментальное право, а
органы власти обязаны заставить её это сделать (§ 124 Постановление ЕСПЧ от 03.07.14
г. по делу «Georgia v. Russia (I)», §§ 318, 319 Постановления от 08.07.04 г. по делу «Ilascu
and Others v. Moldova and Russia"). Также органы власти г. Пуатье обязаны заставить
сотрудницу COALLIA привести мотивы (п. 2 «с» ст. 41 Хартии), по которым она
отказывается подчиняться тем нормам права, на которые ссылаюсь я
(Заяв.№3040п.1.4Видео7 (https://goo.gl/9VTjBx)).
1.4.3 Когда приехала полиция, то я вновь включил диктофон. Была приглашена
мадам Амелия, которая говорит на русском языке. Нет необходимости описывать весь
разговор, поскольку его можно прослушать: папка «Аудио» (https://goo.gl/ggjG9t).
Важно отметить лишь одно: требование должностных лиц о прекращении аудиозаписи
во время публичных правоотношений является незаконным и содержит
коррупциогенные признаки. Мало того, это требование говорит о некомпетентности
должностного лица, создании ими конфликта интересов и необходимости его или её
увольнения с занимаемой должности. Если бы эта сотрудница COALLIA исполняла бы по
отношению ко мне свои прямые должностные обязанности и не понуждала бы меня
фиксировать её преступные действия, то я бы и не включал диктофон. Однако она
считает, что она вправе распоряжаться моей жизнью и временем, как ей вдумается, то есть
посредством Произвола (Заяв.№3040Произвол6 (https://goo.gl/ymkQyf)). Но так как она
осуществляла Произвол, что ей запрещено ст. 5 Пакта, ст. 17 Конвенции, ст. 54 Хартии,
поэтому она должна за это платить, как ей предписано п. 3 ст. 2 Пакта, ст. 13 Конвенции.
Когда я с сотрудниками полиции вышел из COALLIA то номер талона был уже 745
(папка «Документы» (https://goo.gl/KDMBwm)).
1.5 19.02.19 г. я в очередной раз пришел в COALLIA, чтоб решить вопросы с
жильем, средствами к существованию и курсами для изучения французского языка,
однако со мной никто не желал общаться. Пропустив все мыслимые очереди, я включил
диктофон и обратился к сотрудникам COALLIA с просьбой прояснить: «Как долго я еще
должен ждать?» Однако разумного ответа на поставленный вопрос я добиться так и не
смог. Зато была приглашена та же сотрудница, которая 24.01.19 г. незаконно уже
вызывала полицию.
1.5.1 Приехавшие полицейские потребовали, чтоб я вышел из COALLIA, а через
некоторое время меня без каких-либо законных оснований, незаконно подвергли
обыску, что сотрудникам полиции запрещено ст. 8 Конвенции, Постановлением от
13.02.18 г. по делу «Ivashchenko v. Russia», где разъяснено, что «… в контексте обыска на
улице, что независимо от того, были ли обнаружены и прочитаны в каждом
отдельном случае переписка или дневники или иные частные документы либо

8
выявлены при обыске другие интимные предметы, использование полномочий по
принуждению, предусмотренных законодательством, для требования от лица
предоставить для тщательного обыска его одежду и личные вещи составляет
явное вмешательство в право на уважение личной жизни (…) (§ 64). В одном из
недавних дел Европейский Суд счел, что имело место "вмешательство" в право
заявительницы на уважение ее "личной жизни" в результате обыска ее сумки
и изъятия из нее записной книжки, поскольку считалось, что она содержит
информацию, имеющую отношение к уголовным расследованиям против нее
(…)» (§ 65 там же). Я «… не мог выбирать, хочет ли он, чтобы он или его вещи
подверглись возможному … досмотру (…)» (§ 67 там же). Тот Произвол, которому я
был сначала подвергнут сотрудниками COALLIA, а затем полицейскими на улице
свидетельствует о их коррупционных связях и это по своей природе не могло
быть «предусмотрено законом» и «необходимо в демократическом обществе» (§§ 71 –
75 Ivashchenko). «… Для обеспечения защиты отдельных лиц от произвольного
вмешательства властей в осуществление их прав, гарантированных статьей 8
Конвенции, необходимы правовые рамки и очень строгие ограничения таких
полномочий. Кроме того, Европейский Суд должен рассмотреть конкретные
обстоятельства каждого дела, чтобы определить, было ли данное
вмешательство в конкретном деле пропорциональным преследуемой цели (…)»
(§ 76 там же).
Таким образом, «… использование предусмотренных законодательством
принудительных полномочий требовать от лица подробного досмотра его личности,
одежды и личных вещей равносильно явному вмешательству в право на уважение
частной жизни (…)» (§ 69 Постановления от 17.01.17 г. по делу «Cacuci and S.C. Virra &
Cont Pad S.R.L. v. Romania»), что стоит 4 500 евро (§ 122 там же).
1.6 05.03.19 я должен был ехать в Префектуру г. Бордо, однако, когда я
04.03.19 г. пришел сначала в Префектуру, а затем в COALLIA, чтоб получить билеты,
меня традиционно сначала лишили права на помощь переводчика, а затем стали гонять в
разных направлениях, что свидетельствует о явной неспособности адекватно решать
проблемы. Рекомендации в COALLIA ждать звонка равнозначны тому, что я нужную
мне информацию не получу никогда.
2. Вывод. Чем бы ни занимались органы власти г. Пуатье, однако результат
этой деятельности будет одним и тем же: Жертв вышвырнут на улицу и лишат всех средств
к существованию. Потенциальная «опасность явлений, присущих рассматриваемой
деятельности, случайность риска, которому подвергался заявитель по причине
опасных для жизни обстоятельств, статус лиц, имеющих отношение к созданию
таких обстоятельств, а также вопрос о том, были ли действия или бездействие этих лиц
осознанными, являются факторами, которые, среди прочего, необходимо принимать во
внимание при рассмотрении конкретного дела по существу, чтобы определить
ответственность государства по … Конвенции» (§ 73 Постановления от 30.04.04 г. по делу
«Oneryildiz v. Turkey»). Когда речь идет о правильной деятельности органов власти,
которая представляет повышенный общественный интерес и которая должна
регулироваться обществом(§ 90 Oneryildiz), «… компетентные органы должны действовать
с примерной старательностью и быстротой и по собственной инициативе возбудить
расследование, способное, прежде всего, реконструировать обстоятельства, при
которых произошел рассматриваемый инцидент, и любые недостатки в системе
правового регулирования, а также установить государственные органы и должностных
лиц любого уровня, имеющих отношение к рассматриваемым событиям (§ 94 там же). …
производство по делу в целом, включая стадию судебного разбирательства, должно
соответствовать требованиям о позитивном обязательстве защищать … людей через
закон» (§ 95 там же) и «… обеспечивать проведение независимого и беспристрастного
официального расследования, соответствующего минимальным стандартам
эффективности… (§ 94 там же). … национальные суды ни при каких обстоятельствах
не должны позволять оставаться безнаказанными преступления против жизни и
здоровья людей. Это важно для поддержания общественного доверия и обеспечения
приверженности принципу верховенства права, а также для предотвращения появления
терпимости к незаконным актам либо сговора на их совершение (…). …» (§ 96 там же).
2.1 Нерассмотрение моих обращений свидетельствует «скорее о конфликте
полномочий разных органов и о применении тактики проволочек» (§ 99 Oneryildiz).
Однако давно известно, что безнаказанность представителей органов власти,
систематически нарушающих подлежащие применению нормы действующего

9
законодательства, приводит «… к появлению состояния неопределенности относительно
пределов полномочий административных органов, ответственных за принятие мер,
предусмотренных законодательством, применение которого поэтому общество не
могло предвидеть (§ 104 там же). … Превентивные меры, принятия которых требует
соответствующее позитивное обязательство, как раз входят в круг обязанностей
государственных органов и обоснованно могут считаться подходящим средством
предотвращения опасности, о которой они были информированы… » (§ 107 там же).
2.2 Лишение меня доступа к суду обусловлено отсутствием вразумительной
системы контроля, «… которая заставляла бы ответственных лиц принимать меры по
обеспечению надлежащей защиты общества, а также система сотрудничества и
координации действий между различными административными органами, которая
позволила бы не допустить усугубления опасности, о которой они были
информированы… (§ 109 Oneryildiz). … Административные органы следствия, которые
имели право возбудить уголовное дело (…), лишь частично поддержали выводы прокурора
по причинам, которые были недоступны для понимания Европейского Суда и которые
власти … не пытались объяснить. В действительности эти органы, независимость
которых уже оспаривалась в ряде дел, …, в результате сняли обвинения с Министерства … и
правительственных органов (…) и попытались ограничить обвинение "халатностью" как
таковой, исключив из дела рассмотрение вопроса об угрозе жизни. … Соответственно, … чем
выяснять, соответствовало ли предварительное расследование во всех отношениях
процессуальным требованиям, установленным для таких дел (…), было предпочтительнее
оценить, были ли судебные органы, как хранители законов, призванных охранять
жизнь граждан, решительно настроены наказать виновных» (§ 115 Oneryildiz). Судя
по результатам можно утверждать, что хранителей законов в Пуатье – не существует, как
и самих законов потому, что «… возражения, предусмотренные в статье … Закона ..., также
были лишь теоретической апелляцией ввиду многочисленных практических препятствий,
которые фактически помешали бы лицам, ищущим убежища, обращаться в
административный суд» (§ 158 Постановления от 28.02.19 г. по делу «H.A. and Others v.
Greece»). «… les objections prévues par l’article 76 de la loi 3386/2005 ne constituaient aussi
qu’un recours théorique compte tenu des nombreux obstacles pratiques qui auraient en réalité
empêché les ... les demandeurs d’asile de saisir le tribunal administratif… » (§ 158 de la Аrrêt du
28.02.2019 dans l’affaire H.A. et autres c. Grèce).
2.3 Если Жертвыприезжают в г. Пуатье и не имеют средств к существованию, то
их гарантированно вышвырнут на улицу и никого не будет интересовать, смогут ли они
выжить в таких условиях. Такое отношение властей к беженцам является средством
давления, которое должно вынудить Жертв уехать в какое-либо другое место. Для
достижения этой преступнойцели отменяются все нормы права, которые бы позволили
Жертвам защитить свои права и законные интересы. Жертвам запрещается собирать
доказательства преступной деятельности органов власти, которые являются источником
Беззакония и Произвола. Несмотря на то, что органы власти являются источником
Беззакония и Произвола, то есть систематически создают конфликты интересов (п. 3
«с» Принципа V Рекомендации № R(94)12 Комитета министров СЕ о независимости,
эффективности и роли судов, принятой 13.10.94 г.), в связи с чем подлежат
безусловному отводу и увольнению с занимаемых должностей, тем не менее заявить отвод
им практически невозможно. То есть их невозможно призвать к законности, поскольку в
нарушение п. 1 ст. 14 Пакта, п. 9 Замечаний КПЧ общего порядка № 32, п. 1 ст. 6
Конвенции, §§ 133, 134 Постановления от 04.04.18 г. по делу «Correia de Matos v. Portugal»
беженцылишены права на защиту нарушенных прав и свобод в суде. Судебная власть в г.
Пуатье вообще не действует, а это значит, что она является обслугой исполнительной
власти и не является независимой и беспристрастной. Бессмысленно говорить о судебной
власти, которая не рассматривает вопли Жертв (§§ 94 - 100 Постановления от 23.04.09 г. по
делу «Popov and Vorobyev v. Russia»).
2.4 Переводчики привлекаются не тогда, когда они привлекаться должны, а
тогда, когда пожелают представители органов власти, в связи с чем как такое общение
практически становится невозможным, поскольку «… он, вероятно, имел только
ограниченное знание французского языка… » (§ 90 Постановления от 28.02.19 г. по
делу «Khan v. France»). «… n’avait vraisemblablement qu’une connaissance limitée de la langue
française… » (§ 90 de la Аrrêt du 28.02.2019 dans l’affaire Khan c. France). «… предоставление
информации … на понятном им языке по-прежнему проблематично из-за отсутствия
переводчиков и невозможности перевода административных решений… » (§ 162
Постановления от 28.02.19 г. по делу «H.A. and Others v. Greece»). «… la communication
d’informations aux ... dans une langue qu’ils comprenaient continuait à être problématique en

10
raison du manque d’interprètes et de l’impossibilité de traduire les décisions administratives… »
(§ 162 de la Аrrêt du 28.02.2019 dans l’affaire H.A. et autres c. Grèce).
2.5 Право на юридическую помощь в г. Пуатье отменено вообще и до этой
помощи добраться практически невозможно. Но поскольку правоХоронительная практика не
имеет никакого отношения к законности, то это значит, что местные адвокаты являются
неотъемлемой частью СистемыБеззакония и Произвола, создали её и способствуют ей. А
поэтому ни о какой юридической помощи в принципе не может быть и речи. Утратившие от
безнаказанности разум чиновники не решают проблемы, а создают их. Поэтому вынужден
повторить то, что я написал в п. 3 искового заявления № 3095 с изменениями: "Таким
образом, отказываясь принимать законные, обоснованные и мотивированные (п. 2 «с» ст.
41 Хартии) решения по моим доводам, сотрудники COALLIA и Префектуры незаконно
лишили меня права на получение информации, касающейся всех моих прав и порядке их
осуществления, чем нарушили фундаментальное право на сбор и получение
информации, защищаемое п. 2 ст. 19 Пакта, п. «а» ст. 6 Декларации о праве, ст. 13
Конвенции, ст. 11 Хартии. То же относится и к незаконному запрету на осуществление
мной аудио- и видеозаписей публичных правоотношений. Мое незаконное задержание,
организованное сотрудниками COALLIA 24.01.19 г. и обыск 19.02.19 г. доказывает как
их профессиональную некомпетентность, так и то, что их место должно быть в очереди для
безработных. Тот факт, что результатом их деятельности является то, что я лишен жилья и
средств к существованию доказывает, что в них нет ничего человеческого и с ними
необходимо поступить также, как они поступают со своими Жертвами. То есть, поскольку
они незаконно получают заработную плату, поэтому она должна быть возвращена в
соответствующую казну, а они должны жить на то, что реально заработали, то есть
выполнили социально полезные действия. В данном случае они не занимаются
распределением беженцев, а они создают проблемы и беженцам, и для Франции, как
страны, которая становится не правовым государством. Их действия, результатом
которых является бесчеловечное и унижающее достоинство обращение является
безусловным основанием для начала проведения проверки (§§ 187 – 189 Постановления
от 25.04.2013 по делу «Savriddin Dzhurayev c. Russie») на предмет законности,
обоснованности и мотивированности. Как должностные лица они должны объяснять свои
действия, принимаемые решения (п. 3 «f» Принципа V Рекомендации № R(94)12 Комитета
министров СЕ о независимости, эффективности и роли судов, принятой 13.10.94 г.) и их
последствия ссылками на подлежащие применению нормы действующего
законодательства, а также обязаны разъяснить Жертвам порядок обжалования и
принимать меры к осуществлению этого порядка, то есть приему жалоб и заявлений. И
поэтому я повторяю, что надо быть реальным Сумасшедшим, чтоб боротьс я с миллионами
следствий, порождаемых несколькими причинами, поскольку, как было известно испокон
веков: сessante causa, cessat effectus – с прекращением причины, прекращается действие,
как, впрочем, и еx iniuria ius non oritur - право не возникает из несправедливости.
2.5.1 То есть, не решая проблемы самого беженства, они их только усугубляют и
создают проблемыуже всей Франции, как государству. Не имеет значения, что они этого не
сознают. Имеет значение то, что ни одна страна мира, какой бы эффективной экономика у
неё не была, физически не сможет принять всех желающих, если она не будет устранять
причины самого беженства, которые, на самом деле, решаются достаточно просто. Нужно
всего лишь применить четвертый параграф Преамбулык Конституции от 27 октября 1946 г.
(включенной в Конституцию от 4 октября 1958 г.), где Франция провозглашает право на
убежище на "территории Республики" для «всякого лица, преследуемого за свою
деятельность во имя свободы». Одна эта формулировка решает все проблемы
беженства. Необходимо всего лишь понять как правовой, так и психологический смысл
приведенной формулировки".
2.8 Но так как эта Система психологических и физических Пыток имеет
необратимые последствия, поэтому в отношении причинителей вреда должно быть начато
эффективное, незамедлительное, тщательное ибеспристрастное расследование по
фактам нарушений (п. «b» Принципа 3, Принципа 4 Принципов о компенсации) и
должны быть приняты меры к прекращению системного нарушения ст. 3 Конвенции, а
возможно, и ст. 2 Конвенции. В связи с чем напоминаю, что «… вопрос об ответственности
государства по статье 3 может возникнуть в отношении обращения в случае, если
заявитель, полностью зависящий от государственной поддержки, столкнулся с
официальным безразличием в ситуации серьезных лишений или нужды,
несовместимой с человеческим достоинством (…). В этом случае заявитель прожил
многие месяцыв состоянии самой крайней бедности, не имея возможности удовлетворять
самые основные потребности: в еде, гигиене и месте для проживания. Помимо этого, Суд

11
отметил постоянный страх заявителя подвергнуться нападению и ограблению, а также
полное отсутствие вероятности улучшения его положения (…). Суд постановил, что
условия, в которых живет заявитель, достигают порога, предусмотренного статьей 3, и
решил, что Греция нарушает эту статью, поскольку именно она является государством,
непосредственно отвечающим за условия жизни заявителя (…). Суд установил также, что
Бельгия нарушает статью 3, потому что, в частности, она передала заявителя Греции, чем
сознательно вынудила его жить в условиях, которые равносильныобращению, унижающему
достоинство (…)» (§ 279 Постановления от 28.06.11 г. по делу «Sufi and Elmi v. United
Kingdom»). Также следует напомнить, что «… Договаривающееся государство будет нести
ответственность в соответствии с Конвенцией за нарушения прав человека, причинённые
действиями его агентов, осуществлёнными при исполнении ими должностных полномочий
(…). Однако, государство может также нести ответственность даже в тех случаях, когда его
агенты действуют ultra vires или вопреки указаниям (…). Согласие или попустительство
органов властидоговаривающегося государства в отношении действий отдельных
лиц, нарушающих права, содержащиеся в Конвенции, или иных лиц в его
юрисдикции, может также привести к ответственности этого государства в
соответствии с Конвенцией (…)» (§ 119 Постановления от 06.11.18 г. по делу «Burlya and
Others v. Ukraine»).
3. В связи с тем, что я преступные действия и бездействие властей Пуатье
обжаловал в ЕСПЧ, а в ЕСПЧ создана коррупционная система «рассмотрения»
обращений Жертв, когда сотрудники секретариата прикидываются Невменяемыми и
утверждают, что они ничего в обращении не могут понять, как это делают в
администрации Путина В.В. (папка «Путлер» за 2016 г. (https://goo.gl/poeLGQ), папка
«Путлер» за 2017 г. (https://goo.gl/zPfR7j), папка «Путлер» за 2018 г.
(https://goo.gl/5rL7s7), папка «Путлер» за 2019 г. (https://goo.gl/GZSRog)), то есть нет
никакой разницы, между «рассмотрением» жалоб в Коррумпированном ЕСПЧ и
Мафиози Путина В.В., поэтому следует проводить расследование в связи с о
злоупотреблением правами на рассмотрение жалоб Жертв, что запрещено ст. 5 Пакта, ст. 17
Конвенции, ст. 54 Хартии, ч. 3 ст. 17 Конституции РФ (Заяв.3097ВновьОткрАкуз
(https://goo.gl/YPCV6z)).
3.1 То, что ЕСПЧ является исключительно криминальным и коррумпированным
органом я объяснил не только в иске № 3063 (Папка №3063 (https://goo.gl/FgWR5G)), но и
в заявлении № 3085, которое было направлено на имя действующего под видом
председателя ЕСПЧ Гвидо Раймонди 23.12.18 г. (Заяв.№3085-ЕСПЧ (https://goo.gl/ZrFtvE)).
В моих водеороликах приводится много доказательств преступной деятельности
Взяточников из ЕСПЧ, которые уничтожили законность во всей Европе, повсеместно
создали системные нарушения конвенционных прав и незаконно освобождают от
ответственности разного рода Воров, Бандитов и Убийц.
3.2 В связи с чем напоминаю, что «… административная практика охватывает два
элемента: "повторяемость действий" и "официальную терпимость" (…) (§ 122 Постановления
от 03.07.14 г. по делу «Georgia v. Russia (I)»). Что касается "повторяемости действий",
Европейский Суд описывает ее как "совокупность одинаковых или аналогичных
нарушений, которые достаточно многочисленны и взаимосвязаны для того, чтобы
составлять не изолированные случаи или исключения, но модель или систему" (…)
(§ 123 там же). "Официальная терпимость" означает, что "начальники тех, кто несет
непосредственную ответственность, знают о таких незаконных действиях, но не
принимают каких-либо мер, чтобы наказать за них или не допустить их
повторения, или что вышестоящий орган проявляет безразличие, отказываясь
провести надлежащее расследование в целях определения достоверности или
недостоверности факта нарушения, или что в судебном разбирательстве
отсутствует справедливое рассмотрение соответствующих жалоб". … "любое
действие, совершенное вышестоящим органом, должно иметь масштаб,
достаточный для пресечения повторяемости действий или прерывания модели или
системы" (…). В этой связи Европейский Суд находил "немыслимым, чтобы
вышестоящие органы не знали или, по крайней мере, не имели возможности знать
о существовании такойпрактики. Кроме того, согласно Конвенции, эти органы несут
объективную ответственность за поведение своих подчиненных и обязаны
диктовать свою волю подчиненным и не могут ссылаться на свою неспособность
обеспечить подчинение" (…) (§ 124 там же). Что касается правила исчерпания
внутригосударственных средств правовой защиты, … в межгосударственных делах, правило
в принципе не применяется, если государство-заявитель "жалуется на практику как таковую

12
с целью пресечения ее продолжения или возобновления, но не требует... от Европейского
Суда выносить решение по каждому из случаев, выдвинутых в качестве доказательства или
иллюстрации такой практики" (…). В любом случае оно не применяется, "если доказано
существование административной практики, а именно повторяемости действий,
несовместимых с Конвенцией, и официальной терпимостисо стороны государства,
природа которых делает разбирательство бесполезным или неэффективным" (…) (§
125 там же). Однако вопрос эффективности и доступности внутригосударственных
средств правовой защиты может рассматриваться как дополнительное
доказательство существования такой практики (…) (§ 126 там же).
«… la pratique administrative se définit par deux éléments : la « répétition des actes » et la
« tolérance officielle » (§ 122 de la Аrrêt du 03.07.2014 dans l’affaire Géorgie c. Russie (I)). Sur
la « répétition des actes », la Cour les décrit comme « une accumulation de manquements de
nature identique ou analogue, assez nombreux et liés entre eux pour ne pas se ramener à des
incidents isolés, ou à des exceptions, et pour former un ensemble ou système » (…) (ibid, §
123). Par « tolérance officielle », il faut entendre que des « actes illégaux sont tolérés en ce sens
que les supérieurs des personnes immédiatement responsables connaissent ces actes, mais ne
font rien pour en punir les auteurs ou empêcher leur répétition ; ou que l’autorité supérieure,
face à de nombreuses allégations, se montre indifférente en refusant toute enquête sérieuse sur
leur vérité ou leur fausseté, ou que le juge refuse d’entendre équitablement ces plaintes ». …
« toute mesure prise par l’autorité supérieure doit être d’ampleur suffisante pour mettre fin à la
répétition des actes ou provoquer une rupture dans l’ensemble ou dans le système (to interrupt
the pattern or system) » (…). À cet égard, la Cour a fait remarquer qu’« on n’imagine pas que
les autorités supérieures d’un État ignorent, ou du moins soient en droit d’ignorer, l’existence de
pareille pratique. En outre, elles assument au regard de la Convention la responsabilité objective
de la conduite de leurs subordonnés ; elles ont le devoir de leur imposer leur volonté et ne
sauraient se retrancher derrière leur impuissance à la faire respecter » (…) (ibid, § 124). Quant à
la règle de l’épuisement des voies de recours internes, la Cour rappelle que, conformément à sa
jurisprudence dans les affaires interétatiques, elle ne s’applique en principe pas si le
gouvernement requérant « attaque une pratique en elle-même, dans le but d’en empêcher la
continuation ou le retour et sans inviter (...) la Cour à statuer sur chacun des cas qu’il cite à titre
de preuves ou exemples de cette pratique » (…). En tout cas, elle ne s’applique pas « lorsqu’est
prouvée l’existence d’une pratique administrative, à savoir la répétition d’actes interdits par la
Convention avec la tolérance officielle de l’État, de sorte que toute procédure serait vaine ou
ineffective » (…) (ibid, § 125). Cependant, la question de l’effectivité et de l’accessibilité
des recours internes peut être considérée comme un élément de preuve
supplémentaire de l’existence ou non de cette pratique (…)» (ibid, § 126).
3.2.1 «… идентификация проблемыструктурного характера необязательно должна
иметь причиной поступление или рассмотрение определенного количества жалоб. В
контексте нарушений системного или структурного характера возможный приток дел
в будущем также заслуживает пристального внимания в целях предупреждения
скопления повторяющихся дел в списке дел, подлежащих рассмотрению .., так как это
препятствует эффективному рассмотрению других дел о нарушениях, иногда
серьезных, прав, которые Европейский Суд должен защищать. Системная или
структурная проблема является следствием не отдельного инцидента или конкретного
хода событий по единичным делам, а дефектов в законодательстве, на основании
которых действия или бездействие привели или могут привести к повторяющимся
жалобам (…). Проблема, лежащая в основе установленного Европейским Судом
нарушения, касается самого законодательства, и выводы Европейского Суда
затрагивают не только интересы заявителей по настоящему делу (…)» (§ 131
Постановления от 15.03.16 г. по делу «Novruk and Others v. Russia»).
3.2.2 «… власти государства-ответчика должны устранить источник нарушения
на будущее и предоставить средство правовой защиты в отношении ущерба, причиненного
в прошлом, не только для индивидуального заявителя (-ей) в пилотном деле, но и для всех
остальных жертв того же вида нарушения. Намерение заключается в том, что в
рамках мер общего характера, требуемых от властей государства-ответчика, все
остальные жертвы включаются в процесс исполнения пилотного постановления»
(§161 Постановления от 12.10.17 г. по делу «Burmych and Othersv. Ukraine»).
Не реагируя адекватно на преступную деятельность обслугиПутина В.В. и членов его
Банды, Взяточники из ЕСПЧ полностью истребилисудебную власть не только в России, но,
как выяснилось, и в Литве, и во Франции.
3.2.3 Поэтому «… действия, основанные на неэффективном законодательстве и
непоследовательной судебной практике, представляют собой структурную проблему,

13
которая приводит к повторяющимся обращениям» (§ 47 Постановления от 20.03.18 г. по
делу «Igranov and Others v. Russia»). В связи с чем «Нерешительность Суда в принятии
пилотного решения по этому делу в конечном счете наносит ущерб как самому Суду, так и
многочисленным заявителям, которые будут продолжать обращаться к нему за
помощью, которую они не могут получить в своих национальных судах в
результате общесистемного недостатка в российскойсудебнойсистеме. Если бы Суд
сформулировал конкретные общие меры на основе применения процедуры пилотного
решения, он облегчил бы свою нагрузку, отклонив повторяющиеся заявления и
обеспечил бы более оперативное и надлежащее возмещение на национальном уровне.
Суд находился в идеальном положении для того, чтобы требовать от правительства-
ответчика принятия конкретных мер для решения системных вопросов, обеспечивая при
этом правительству время и гибкость. Не сделав этого, Суд позволил системным
проблемам сохраниться и создал большую рабочую нагрузку в виде повторяющихся
поступающих дел по этому вопросу» (§ 16 особого мнения судьи Keller на Постановление от
20.03.18 г. по делу «Igranov and Others v. Russia»).
3.3 В Пуатье существует устойчивая практика, которая позволяет подвергать
Жертв бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, описанному выше и
запрещенному ст. 7 Пакта, ст. 3 Конвенции и эта практика скрывается от Правосудия
Взяточниками из ЕСПЧ, поскольку они на эту преступную практику вообще никак не
реагируют, а значит, поощряют её: quo tacuit, cumloqui debuit et potuit, consentire videtur –
кто промолчал, когда мог и должен был говорить, тот рассматривается как
согласившийся.
3.4 Вывод. ЕСПЧ – это исключительно криминальная структура, где
создана системная практика «рассмотрения» обращений Жертв, позволяющая лишать Жертв
доступа к Правосудию, поскольку Взяточники на всех уровнях принимают
исключительно коррупционные решения (ст. 19 Конвенции ООН против коррупции) в
интересах Воров, Бандитов и Убийц и чтоб это установить, достаточно взять, например, мои
обращения и обращения членов МОД «ОКП» и принятые по ним решения и дать им оценку
на предмет адекватности, эффективности и разумности и этого будет вполне достаточно,
чтоб была инициирована проверка у «судей» ЕСПЧ на предмет установления адекватности
их расходов и доходов, и после ареста их имущества, добытого преступным путем.
Их паранойяльная логика привела к тому, что повсеместно дела «рассматриваются»
незаконным составом суда, для Жертв устанавливается недостижимый стандарт
доказывания, Уголовники в мантиях неспособны установить природу правоотношений, а
вместе с ней и подлежащие применению нормы действующего законодательства. Благодаря
Взяточникам из ЕСПЧ уничтожена не просто судебная власть, но вместе с ней и сама
законность. И это, несмотря на то, что «… власти … не оспаривали версию заявителя и не
выдвигали какую-либо правдоподобную альтернативную версию рассматриваемых
событий» (§ 75 Постановления от 12.03.19 г. по делу «Dagalayeva v. Russia»).
«Вышеуказанные факторы достаточны для того, чтобы создать презумпцию в пользу
объяснения событий заявителем и убедить Европейский Суд в том, что утверждения
заявителя … заслуживают доверия» (§ 32 Постановления от 05.03.19 г. по делу «Gabbazov
v. Russia»).
Именно благодаря Взяточникам из ЕСПЧ мы повсеместно наблюдаем ситуацию, когда
применение норм права «… представляется явно произвольным, поскольку оно не
связывает установленные факты, применимое положение и результаты производства
(…)» (§ 51 Постановления от 07.11.17 г. по делу «Sukhanov and Others v. Russia») и
поэтому судебные решения «… имели произвольный характер и считаются, таким
образом, "отказом в правосудии"» (§ 54 там же). То есть Взяточники из ЕСПЧ
посредством воспрепятствования Жертвам доступа к международным средствам
правовой защиты и оставление без надлежащего реагирования преступных действий
властей фактически инициируют их продолжение, а поэтому создают системные
условия для отказа в Правосудии.
3.4.1 В связи с тем, что Уголовники вышвырнули меня на улицу, лишили жилья и
всех средств к существованию, чем цинично нарушили право, защищаемое ст. 7 Пакта, ст.
3 Конвенции, ст. 4 Хартии, то есть не подвергаться бесчеловечному и унижающему
достоинство обращению, а теперь уже следует говорить и о Пытке не только
психологической, но и физической; нагло лишили прав на помощь переводчика и
юридическую помощь с лишением права на информацию о всех правах (§ 77
Постановления от 15.02.12 г. по делу «Grinenko v. Ukraine») и порядке их
осуществления (п. 19 Доклада Специального Докладчика ООН по продвижению и

14
защите права на свободу мнения и выражения Генеральной Ассамблее по праву на
доступ к информации, изданного 4 сентября 2013 г. (A/68/362), §§ 42, 155
Постановления от 08.11.16 г. по делу «Magyar Helsinki Bizottság v. Hungary»), лишили
права на эффективные средства правовой защиты (п. 3 ст. 2 Пакта, п. 1 ст. 9 Декларации о
праве, ст. 13 Конвенции), поэтому следует утверждать, что описанные сами по себе
обстоятельства является образцом Коррупции, где субъективно разумные доводы
представителей власти (§ 245 Постановления от 30.03.16 г. по делу «Armani Da Silva v.
United Kingdom») сами по себе невозможны, поскольку они не основаны на
субъективно-достаточных основаниях (§§ 248, 251 Постановления от 30.03.16 г. по
делу «Armani Da Silva v. United Kingdom»), что также объяснено как А. Маслоу, так и Г.
Гадамером. А. Маслоу в своей книге «Мотивация и личность» объяснил: «Действительно,
концепция формирования стереотипов во многом объясняет существование извечной
проблемы: люди могут продолжать заблуждаться, год за годом не замечая очевидной
истины. Как известно, принято считать, что невосприимчивость к очевидному полностью
объясняется вытеснением или влиянием мотивации». Когда существует криминальная
мотивация (ст. 19 Конвенции ООН против коррупции), то разумные доводы умолкают. Это
же объяснил и немецкий философ Гадамер Г. в книге «Актуальность прекрасного»:
«Критика идеологии, по крайней мере утверждает, что из-за противоположности
общественных интересов коммуникация между членами общества становится практически
столь же невозможной, как и между душевнобольными». При сложившейся системе
обращаться к представителям власти г. Пуатье, можно с таких же успехом, как обращение к
Идиоту. Результат будет одним и тем же (§§ 92, 102, 109, 110 Постановления от 25.09.18 г.
по делу «Denisov v. Ukraine): доводы рассмотрены не будут (§ 201 Постановления от
27.03.14 г. по делу «Matytsina v. Russia»).
3.4.2 Коррупционная мотивация приводит к тому, что «… необоснованность этого
вывода настолько поразительна и ощутима с первого взгляда, что решения
национальных судов … можно считать грубо произвольными, и, достигнув такого вывода в
обстоятельствах дела, национальные суды фактически установили крайний и
недостижимый стандарт доказывания для заявителя, так что его требование не
могло, в любом случае, иметь даже малейшую перспективу успеха» (§ 174
Постановления от 15.11.07 г. по делу «Khamidov v. Russia»). В связи с чем «… жалоба
заявителя не имела успеха не из-за недостатка доказательств или необоснованности
заявленных требований, а в силу правовых норм, примененных и истолкованных судами (…)
(§ 83 Постановления ЕСПЧ от 25.11.10 г. по делу «Roman Karasev v. Russia»)…
использованный российскими судами способ толкования и применения
соответствующих правовых норм ГПК РФ лишил заявителя возможности предпринять
какие-либо действия по получению компенсации за вред, причиненный
государственнымиорганами, и не предоставил ему никаких эффективных средств
правовой защиты (…)» (§ 84 там же). «… основная проблема заключалась не в
теоретической доступности средств правовой защиты в национальном праве, а, скорее, в
произвольном применении закона нижестоящими судами и, как следствие, лишение
жертвы эффективных внутренних средствах правовой защиты» (§ 149 Постановления от
12.06.08 г. по делу «Vlasov v. Russia»).
3.4.3 Коррупционная мотивация всегда приводила, приводит и будет приводить к
тому, что «… принимая решение о том, что заявитель не сможет предъявить иск, пока не
укажет свое место жительства, национальные суды не только наказали его за
несоблюдение им формального требования. Они также установили для заявителя
существенные ограничения, препятствующие рассмотрению его гражданских
требованийсудами. Таким образом, в настоящем деле затронута не просто проблема
толкования правовых норм в обычном контексте, но проблема необоснованного
толкования процессуального требования, которое препятствовало рассмотрению
исков заявителя по существу и поэтому затрагивало сущность его права на
обращение в суд (...). Такое негибкое применение процессуального правила, без учета
конкретных обстоятельств, не может считаться соответствующим пункту 1 статьи 6
Конвенции» (§ 32 Постановления от 22.12.09 г. по делу «Sergey Smirnov v. Russia»).
3.4.4 Коррупционная мотивация приводит к тому, что Жертва оказывается «… в
порочном круге, где национальные суды указывали друг на друга, отказываясь
рассмотреть ее дело в силу предполагаемых ограничений их подведомственности.
Национальные суды фактически оставили заявительницу, без какой-либо вины с
ее стороны, в судебном вакууме (…). В этой связи Европейский Суд также учитывает тот
факт, что власти не привели какое-либо оправдание действий национальных судов
и не указали законную цель, которую они могли преследовать. Европейский Суд,

15
однако, не готов подменять власти Российской Федерации в этом отношении (…). Таким
образом, он находит, что имело место неоправданное нарушение самого существа
права заявительницы на суд» (§ 33 Постановления от 22.12.09 по делу «Bezymyannaya
v. Russia»).
3.4.5 В результате Коррупции всегда «… в тех процессах в мировых судах
принимались утверждения полиции с охотой и безоговорочно и отказывалось заявителям
в любой возможностипредставить любое доказательство, шедшее вразрез… в споре
по ключевым фактам, лежащим в основе обвинения, где только свидетели
обвинения были только полицейские, кто играл активную роль в спорных
событиях было незаменимым для судов чтобы использовать любую разумную
возможность проверить их обвинительные утверждения (…). Неспособность
сделать это противоречит фундаментальным принципам уголовного права, а
именно принципу in dubio pro reo (в случае сомнения в пользу обвиняемого) (…)…
отвергая все доказательства защиты без оправдания, национальные суды
возложили чрезмерное и непреодолимое бремя доказывания на заявителя,
вопреки фундаментальным требованиям о том, что обвинение должно доказать
свое дело и принципу уголовного права, а именно in dubio pro reo (…)» (§ 72
Постановления от 02.02.17 г. по делу «Navalnyy v. Russia»). А также «… позиция судов
привела к тому, что средство правовой защиты, предусмотренное Гражданским кодексом
Российской Федерации, не имело перспектив успеха и могло считаться теоретическим и
иллюзорным, а не адекватным и эффективным по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции.
Европейский Суд не убежден, что при имеющемся состоянии российского законодательства
об обязательствах из причинения вреда истцы могли разумно ожидать возмещения вреда,
подтвержденного их утверждениями, пока не произойдет существенного изменения
существующего толкования национального законодательства об обязательствах из
причинения вреда российскими судами» (§ 112 Постановления от 27.05.10 г. по делу
«Artyomov v. Russia»).
3.4.6 В результате Коррупции суды «… не могли рассматривать по существу
конвенционную претензию по поводу того, что вмешательство в право заявителей на
уважение личной жизни и корреспонденции "не было предусмотрено законом" или не было
"необходимым в демократическом обществе"; тем более они не могли предоставлять
адекватное возмещение в связи с претензией заявителя (…). … (§ 88 Постановления
от 07.11.17 г. по делу «Zubkov and Others v. Russia»). … судебное средство правовой
защиты, неспособное рассмотреть вопрос о том, отвечает ли оспариваемое
вмешательство неотложной общественной необходимости и является ли оно
пропорциональным преследуемым целям, не может считаться эффективным
средством правовой защиты (…)» (§ 98 там же).
3.4.7 Однако, несмотря ни на что, поскольку «Суды призваны рассмотреть доводы
сторон, гарантируя честность и состязательность разбирательства, и вынести свое
решение по заявленным требованиям» (§ 29 Постановления от 18.01.07 г. по делу «Kot
v. Russia»), поэтому «… несмотря на прерогативы соответствующих … судов в отношении
оценки доказательств, определения их значимости и приемлемости этих элементов, Статья 6
§ 1 Конвенции налагает на них обязательство провести эффективную проверку доводов
заявителя и что это обязательство может считаться выполненным только в том случае, если
эти просьбы были действительно «заслышаны», то есть должным образом рассмотрены,
что явно должно было быть отражено в окончательной мотивации решения … (…).
Принцип заключается в том, что Конвенция не предназначена для теоретических или
иллюзорных прав, но обеспечения конкретных и эффективных. Ввиду этих требований …
суды должны были показать, что основание иска заявителя было рассмотрено в свете
обстоятельств, ранее установленных Судом (…), которые они не могут игнорировать» (§
74 Постановления от 17.10.17 г. по делу «Tel v. Turkey»).
В любом случае суд не может игнорировать различные недостатки в разбирательстве,
в частности, неспособность объяснить причины в отношении противоречивых доказательств
и в отношении просьб Жертвы, «которые были отклонены с небольшой или никакой
мотивацией вообще (…)» (§ 79 Постановления от 29.11.16 г. по делу «Carmel Saliba v.
Malta»). Недопустимо вынесение обвинительного приговора без объяснения причин на
основании несогласованных или противоречащих друг другу доказательств при
игнорировании аргументов Жертвы об обратном (§ 60 Постановления от 17.10.17 г. по
делу «Tel v. Turkey»).
3.4.8 Также, поскольку «вопрос в каждом деле заключается в том, имелись ли
достаточные уравновешивающие факторы, включая меры, обеспечивающие справедливую
и надлежащую оценку достоверности этих показаний. Приговор может быть основан на

16
таких показаниях, только если они достаточно достоверны с учетом их значимости для
дела» (§ 50 Постановления от 24.04.12 г. по делу «Damir Sibgatullin v. Russia»), поэтому
отсутствие оценкина предмет достоверности является явным отказом в Правосудии.
Это справедливо потому, что «пункт 1 статьи 6 налагает на суды обязанность проводить
надлежащее исследование утверждений, аргументов и доказательств, представленных
сторонами, без предубеждений при оценке того, насколько они относимы» (§ 48
Постановления от 12.06.03 г. по делу «Van Kuck v. Germany»). Важно, что доказательства,
представленные государством не имеют большого доказательственного значения,
если не указывается какой-либо источник информации, на основании которого приводимые
утверждения могли бы быть проверены (Постановления от 12.06.08 г. по делу «Vlasov v.
Russia», § 93; от 25.06.09 г. по делу «Zaytsev and Others v. Russia», § 42; от 27.05.10 г. по
делу «Artyomov v. Russia», § 125). При этом факт уничтожения документов не
освобождает власти от обязательства подтвердить свои доводы соответствующими
доказательствами (Постановления от 10.01.12 г. по делу «Ananyev and Оthers v. Russia», §
125; от 23.03.16 г. по делу «Blokhin v. Russia», § 143); «непредставление государством-
ответчиком такой информации без убедительного объяснения причин может привести к
выводу об обоснованности утверждений заявителя» (§ 89 Постановления от 10.01.12 г. по
делу «Sakhvadze v. Russia»). Однако «"Законность", в любом случае, также подразумевает
отсутствие произвола» (§ 59 Постановления от 18.12.86 г. по делу «Bozano v. France»).
3.4.9 Что касается вопроса Правосудия, то, «Термин «явный отказ в правосудии»
рассматривался как синоним разбирательства, явно противоречащего положениям статьи 6
Конвенции или принципам, воплощенным в ней (...) (§ 114 Постановления от 27.10.11 г. по
делу «Ahorugeze v. Sweden»). … тест «явного отказа в правосудии» является строгим.
Явный отказ в правосудии выходит за рамки погрешностей или отсутствия гарантий,
которые могли бы повлечь установление нарушения статьи 6 Конвенции, если бы имели
место в самом государстве-участнике. Должно иметь место нарушение принципов
справедливого судебного разбирательства, гарантированного статьей 6 Конвенции, в такой
степени, чтобы это влекло устранение или умаление самой сущности права,
гарантированного этой статьей (§ 115 там же). При осуществлении этого текста …
должен применяться тот же стандарт и бремя доказывания, что и при рассмотрении
экстрадиции и высылки с точки зрения статьи 3 Конвенции. Соответственно, заявитель
должен представить доказательства наличия существенных оснований полагать, что в
случае удаления из государства-участника он подвергнется реальной угрозе явного отказа
в правосудии. Если такие доказательства представлены, государство-ответчик
должно устранить любые сомнения в их отношении (…)» (§ 116 там же).
3.4.10 Также «… разумное и объективное рассмотрение требует, чтобы
заинтересованное лицо имело возможность выдвинуть доводы … в компетентных
органах на индивидуальной основе (…). Однако это не означает, что, если имело место
разумное и объективное рассмотрение конкретного дела каждого отдельного лица,
обстоятельства исполнения постановления … не играют дополнительной роли при
разрешении вопроса о соблюдении … Конвенции (…)» (§ 68 Постановления от 20.12.16 г. по
делу «Shioshvili and Others v. Russia»).
При этом Обход «… надлежащей процедуры составляет абсолютное отрицание
верховенства права и ценностей, защищаемых Конвенций. Соответственно, она
влечет нарушение наиболее основных прав, гарантированных Конвенцией (…)» (§ 156
Постановления от 02.10.12 г. по делу «Abdulkhakov v. Russia»). «Функция принятия
решения, принадлежащая судебным органам, состоит именно в том, чтобы рассеять
сомнения, которые могут существовать в отношении толкования правовых норм с
учетом ежедневного развития судебной практики» (§ 32 Постановления от 15.11.96 г. по
делу «Cantoni v. France»). При этом, возможность предвидеть последствия, которые может
иметь определенное действие (ч. 2 ст. 12 ГПК РФ), «… особенно подходит для
специалистов, которые всегда должны проявлять большую осмотрительность при
осуществлении своих профессиональных обязанностей. Можно ожидать, что они
особо заботятся о том, чтобы оценить имеющиеся риски» (§ 35 Cantoni).
4. В п.п. 3, 3.1, 3.3 искового заявления № 3098 от 13.02.19 г. я объяснил, что
общая задолженность за совершенные преступления властями Пуатье составляет 53 000
евро.
4.1 Что касается потерянного времени и обыска 19.02.19 г., то за потерю времени
в размере 2 часов мне обязаны произвести компенсацию 400 евро. За незаконный вызов
полиции и дискриминации по отношению к другим посетителям, а также за незаконное и
систематическое нарушение моего фундаментального права на сбор информации о

17
публичных правоотношениях средствами и способами по своему выбору, защищаемое
п. 2 ст. 19 Пакта, ст. 10 Конвенции, сотрудница COALLIA обязана возместить мне 100 000
евро. За незаконный обыск власти Пуатье обязаны произвести компенсацию в размере не
менее 4 500 евро, как это было установлено в Постановлении от 17.01.17 г. по делу «Cacuci
and S.C. Virra & Cont Pad S.R.L. v. Romania».
4.2 Итого, общая задолженность за все пережитые мной Издевательства,
задержания, обыск 19.02.19 г. и потерю времени составят 157 400 евро.
4.3 Моим представителям власти Пуатье на 13.02.19 г. должны были произвести
компенсацию по 1200 евро каждому. Теперь нам пришлось составлять этот иск и на
консультации с ними было затрачено времени по 2 часа. А это значит, что сумма
компенсации моим представителям увеличилась до 1 600 евро каждому.
4.4 В п. 3.4 заявления № 3098 я объяснил, что не намерен работать бесплатно и
перехожу на расценки, которые приняты в Банде Путина В.В., а поэтому повторяю, что
«Если раньше расчет за составление искового заявления мной производился исходя из
присуждаемых мне сумм, то теперь необходимо перейти на те расчеты, которые приняты в
Банде Путина В.В. В ней принято вознаграждать не за производительный и социально
полезный труд, а за воровство, грабежи, разбои и убийства. Но повторяем, что если Казна
РФ предназначена для финансирования преступных и террористических
организаций, то и их Жертвыимеют право на такой же размер оплаты, но за социально
полезный труд. За основу расчета при написании данного иска необходимо взять те
трудозатраты, которые считались приемлемым в криминальном Кирове. Кировские
криминальные авторитеты Бармин Ю.В., Леденских И.В., Лукьянов Э.В., Назарова И.Е.,
Бережицкий С.П., Шевнин С.В. и Мотовилова С.В. посчитали, что написание «судьей»
Черновой Т.Н. преступного решения в отношении меня в течение 5 дней на пяти страницах
– это вполне приемлемый результат. Данный иск имеет объем 26 страниц. Но шрифт в
данном иске значительно меньше, а поэтому времени на составление страницы ушло
больше. Если Чернова Т.Н. затратила на составление 5 страниц 5 дней, то на составление
данного иска надо времени, допустим, в 1,2 раза больше, то есть 31,2 рабочих дня. Путин
В.В. своему другу по Хищениям Сечину И.И. установил «заработную» плату в размере 50
миллионов долларов США в год (http://www.spr.ru/novosti/2013-11/zarplata-igorya-sechina-
za-god-sostavila-50-mln-dollarov.html). То есть 136 986,3 долларов в день. Поскольку Путин
В.В. с членами своей Банды наделили себя правом совершать преступления в отношении
Жертв не только в России, но и за её пределами, поэтому Жертвы, которые находятся за
пределами РФ, должны получать причитающуюся им компенсацию в валюте. То есть за
написание данного иска Путин В.В. и члены его Банды должны заплатить 4 273 972,56
доллара США.
Также следует иметь ввиду, что Путин В.В. бюджетом РФ распоряжается по своему
усмотрению и преступную деятельность своей Обслуги финансирует в размерах,
которых его Банда посчитает нужным: «Путин повысил оклады судьям с нового года»
(https://news.mail.ru/society/32086633/?social=fb).
4.4.1 За составление искового заявления № 3098 власти Пуатье мне должны были
заплатить 273 972,6 доллара США.
4.5 Если же мы применим расчеты, указанные в п. 4.4, то за составление данного
иска сумма компенсации должна составить 5 589 041,01 доллар США, которая должна быть
распределена между ответчиками: 1. Мафиоза Путиным В.В. и его Бандой; 2.
криминальными властями Литвы, которые незаконно лишили меня права на доступ к
Правосудию в Литве и этим обеспечили Мафиози безнаказанность и вседозволенность, что
является махровойКоррупцией; 3. Взяточниками из ЕСПЧ, которые крышуют Мафиози и
его Банду; 4. властями Пуатье, которые встали на дорогу литовских Коррупционеров. Таким
образом, материальный вред, обусловленный составлением исков для властей Пуатье
составит 1 397 260,26 долларов США + 273 972,6 = 1 671 232,86 доллара США.
4.6 Что касается Мафиози Путина В.В. и его Банды, то они традиционно должны
мне выплатить эквивалент их дохода за 20 лет, которые они должны отбывать в местах
лишения свободыза те множественные тяжкие и особо тяжкие преступления, которые
совершили в отношении меня и что достаточно подробно объяснено в моих исковых
заявлениях № 2951Греф (https://goo.gl/7B56BS), иск № 2960 300 тысяч
(https://goo.gl/JSDSHa), иск № 2982Чайка (https://goo.gl/F5Ju14), иск № 2986Алкашка
(https://goo.gl/5PJxku), иск № 2989Толмачев (https://goo.gl/DRReyu), иск №2992МосОблСуд
(https://goo.gl/BK1EUG), иск№3000Вольдемар (https://goo.gl/6PR7gh), иск№3010Пономар
(https://goo.gl/V8rvCt), иск№3017Чижова (https://goo.gl/VXLeUf).

18
4.6.1 А за покушение на моё убийство (п. 1.1.4 искового заявления № 3090) Путин
В.В. и члены его Банды вообще должны получить пожизненное лишение свободы с учетом
совершения преступления в составе организованного преступного сообщес тва.
4.6.2 За составление искового заявления № 3090 Мафиози Путин В.В. и его Банда
мне должны выплатить 4 931 506,8 долларов США. С учетом их долга по данному иску,
Мафиози и его Банда должны выплатить 6 328 836,06 долларов США.
4.7 Что касается властей Литвы, то их преступная деятельность достаточно
ясно объяснена в Иск№3044Эгле (https://goo.gl/5HyVDP), Част.Жал№3046Литва
(https://goo.gl/twkZ8c), Ход-во№3048Литва (https://goo.gl/Ut5r5P). Папка «Литва»
(https://goo.gl/muE2GJ), ВерхСуд (https://goo.gl/QR4xzQ), Лайма Развицкене
(https://goo.gl/9mTaLi), Аудиозаписи Литва (https://goo.gl/ee2aFs), Дела
(https://goo.gl/5La6BG), ЕСПЧ (https://goo.gl/ZDan6C), АпелЖал.№2967Путин№2938
(https://goo.gl/gACBx4), Папка №3063 (https://goo.gl/FgWR5G), Заяв№3079
(https://goo.gl/kt5N8q), папка №3082Зорькин (https://goo.gl/c6TxLs), папка №
3083ЗорькинПсихиатрия (https://goo.gl/sNZsZg).
4.7.1 Теперь следует говорить об их обязанности нести ответственность за
незаконное лишение меня права на доступ к Правосудию и пособничество в
незаконном освобождении от ответственности за совершенные преступления Мафиози
Путина В.В. и членов его Банды. То есть, по данному исковому заявлению власти Литвы
должны мне осуществить компенсацию за причиненный вред в размере 1 397 260,26
долларов США + в солидарном порядке все издержки: 1. с переводами (п. 1 ст. 94 ГПК
РФ); 2. расходы на оплату услуг переводчика (ч. 3 ст. 95, ч. 2 ст. 97 ГПК РФ); 3.
расходы, на проезд и проживание свидетелей (ч.ч. 1, 2 ст. 95, ч. 1 ст. 97 ГПК РФ); 4.
расходы, связанные с участием в деле представителей (п. 4 ст. 94, ч. 1 ст. 100 ГПК
РФ); 5. почтовые расходы (п. 7 ст. 94 ГПК РФ); 6. за потерю времени (ст. 99 ГПК РФ);
7. и другие непредвиденные необходимые расходы (п. 8 ст. 94 ГПК РФ).
4.8 Что касается Взяточников из ЕСПЧ, то я подал две жалобы, которые
Взяточники, прикидываясь Невменяемыми, незаконно отказались рассматривать в
установленном законом порядке, а поэтому на них в полной мере должны
распространяться расценки, принятые в Банде Мафиози. За 26 страниц Взяточники
должны мне выплатить 4 273 972,56 долларов США + 1 397 260,26 долларов США по
данному иску и + отправка писем. То есть Взяточники из ЕСПЧ мне должны 5 671 232,82
доллара США. Деньги должны быть взяты из источника финансирования ЕСПЧ, а
затем возвращены путем регресса с Гвидо Раймонди и иных Коррупционеров, которые
выносили коррупционные решения (ст. 19 Конвенции ООН против коррупции) по мои
обращениям и обращениям членов МОД «ОКП».
4.9 При этом, «Следует признать, что даже в контексте использования процедур
частного права власти могут выполнять публичные функции. Следовательно, привилегии и
иммунитеты могут быть необходимы ей для выполнения этой роли. Однако, одной лишь
принадлежности к государственной структуре недостаточно для того, чтоб узаконить
применение государственных привилегий при любых обстоятельствах, поскольку это
необходимо для надлежащего выполнения государственных функций (…).
Действительно, заинтересованность государства в денежных средствах или
стремление к безотлагательному урегулированию государственного долга не могут
сами по себе рассматриваться в качестве публичного или общего интереса,
оправдывающего вмешательство в индивидуальные права… (§ 35 Постановления от
25.06.09 г. по делу «Zouboulidis v. Greece»). Соответственно, … основания публичного
интереса, оправдывающие применение двухлетнего срока исковой давности к требованиям
заявителя против государства, являются недостаточными. Кроме того, тоже самое относится
к определению начала начисления национальными судами штрафных процентов на
причитающиеся суммы. В частности, суды по гражданским делам приняли за начало
течения срока дату вручения государству уведомления об иске заявителя, тогда как
согласно Гражданскому кодексу работодатель уведомляется и обязан уплачивать
штрафные проценты с даты, когда наступает дата совершения указанных
платежей (…). С учетом вышеизложенного, … абстрактная ссылка на интерес в
безотлагательном урегулировании задолженности государства являлась недостаточным
оправданием для преференциального подхода к государству при определении даты начала
начисления штрафных процентов на причитающиеся суммы в связи с тем, что лицо
исполняло государственную службу по частно-правовому контракту… (§ 36 там же). В свете
вышеизложенного, … применение национальными судами специальных положений

19
относительно привилегий государства, таким образом, нарушило право заявителя на
уважение его собственности и нарушило справедливое равновесие, которое должно было
быть установлено между защитой собственности и требованиями общего интереса.
Соответственно, имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1» (§ 37 там же).
«Certes, il est vrai que, même dans le cadre de recours à des procédures de droit privé,
l’administration peut poursuivre des missions de droit public. Par conséquent, des privilèges et
immunités lui seraient éventuellement nécessaires pour accomplir ledit rôle. Toutefois, la seule
appartenance à la structure de l’Etat ne suffit pas en soi pour légitimer, en toutes circonstances,
l’application de privilèges étatiques, mais il faut que cela soit nécessaire au bon exercice des
fonctions publiques (...). En effet, le simple intérêt de trésorerie de l’Etat ne peut pas être
assimilé à lui seul à un intérêt public ou général qui justifierait dans chaque cas précis l’atteinte
aux droits de l’individu. Le souci d’apurer de manière prompte les dettes de celui-ci et d’éviter de
surcharger son budget de dépenses imprévues ne saurait donc justifier en soi une atteinte
conséquente au droit de propriété du requérant… (§ 35 de la Аrrêt du 25.06.2009 dans l’affaire
Zouboulidis v. Greece). Partant, ... l’absence de motif d’intérêt général suffisant pour appliquer
le délai de prescription biennal quant aux prétentions du requérant contre l’Etat. En outre, le
même constat vaut aussi quant au dies a quo retenu par les juridictions internes pour calculer
les intérêts moratoires sur la somme allouée. En particulier, les juridictions civiles ont retenu la
date à laquelle l’action du requérant avait été notifiée à l’Etat, tandis que selon le code civil,
l’employeur est mis en demeure et tenu de verser des intérêts moratoires dès le jour où les
sommes concernées sont devenues exigibles (...). Au vu de ce qui précède, ... l’invocation seule
et dans l’abstrait de l’intérêt d’apurer promptement les obligations de l’Etat ne suffit pas pour
fixer de manière préférentielle pour l’Etat le dies a quo quant au versement d’intérêts moratoires
sur la somme due à un particulier occupant un poste dans la fonction publique en vertu d’un
contrat de droit privé… (ibid, § 36). A la lumière de ce qui précède, ... l’application par les
juridictions internes des dispositions spéciales accordant à l’Etat des privilèges, a porté atteinte
au droit du requérant au respect de ses biens et a rompu le juste équilibre à ménager entre la
protection de la propriété et les exigences de l’intérêt général. Partant, il y a eu violation de
l’article 1 du Protocole nº 1» (ibid, § 37).
4.10 Также, «Понятие имущества по смыслу положений статьи 1 Протокола № 1
к Конвенции имеет автономное значение, которое не ограничивается владением
материальными объектами и не зависит от формального деления во внутригосударственном
законодательстве: в качестве «имущественных прав» и, таким образом, в качестве
«имущества» для целей применения этой статьи могут рассматриваться и некоторые другие
права и интересы имущественного характера (§ 73 Постановления от 13.12.16 г. по делу
«Béláné Nagy v. Hungary»). Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции применяется лишь к уже
принадлежащему человеку имуществу и не создает права на приобретение имущества (...),
однако при определенных обстоятельствах под охрану статьи 1 Протокола № 1 к
Конвенции может попадать и«правомерное ожидание» получения имущества (...)
(§ 74 там же). Необходимо, чтобы правомерное ожидание имело более конкретный
характер, чем просто надежда, в его основе должны находиться норма права или
правовой акт, например, решение суда. … Далее, нельзя сказать, что возникает
«правомерное ожидание», когда имеет место спор относительно правильного
истолкования и применения внутригосударственного законодательства, а доводы
заявителя впоследствии отвергаются судами страны (...). В то же время
«имуществом» для целей применения статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции может являться
имущественный интерес, признанный в законодательстве страны, даже если в
определенных обстоятельствах он может прекратиться (...) (§ 75 там же). … В современном
демократическомгосударстве выживание многих людей на протяжении всей их жизни или
ее части полностью зависит от социальных выплат и пособий по социальному
обеспечению. В своих правовых системах многие государства признают, что этим людям
необходима какая-то степень определенности и защиты, и предусматривают
автоматическую выплату пособий при условии соответствия определенным
критериям (...). Принципы, которые применяются к делам, касающимся статьи 1 Протокола
№ 1 к Конвенции в общем плане, имеют такое же значение и в тех случаях, когда речь идет
о социальных выплатах или пособиях по социальному обеспечению (...). Суд уже несколько
раз рассматривалвопрос о законных ожиданиях в области социальных пособий (…)» (§ 80
там же).

20
«La notion de « bien » au sens de l’article 1 du Protocole no
1 a une portée autonome qui ne
se limite pas à la propriété de biens corporels et qui est indépendante des qualifications formelles
du droit interne : certains autres droits et intérêts constituant des actifs peuvent aussi passer
pour des « droits de propriété » et donc des « biens » aux fins de cette disposition (…) (§ 73 de
la Аrrêt du 13.12.2016 dans l’affaire Béláné Nagy v. Hungary). Bien que l’article 1 du Protocole
no
1 ne vaille que pour les biens actuels et ne crée aucun droit d’en acquérir (…), dans certaines
circonstances, l’« espérance légitime » d’obtenir une valeur patrimoniale peut également
bénéficier de la protection de cette disposition (…) (ibid, § 74). Une espérance légitime doit être
plus concrète qu’un simple espoir et se fonder sur une disposition juridique ou un acte juridique
tel qu’une décision judiciaire. … De plus, on ne peut conclure à l’existence d’une « espérance
légitime » lorsqu’il y a controverse sur la façon dont le droit interne doit être interprété et
appliqué et que les arguments développés par le requérant à cet égard sont en définitive rejetés
par les juridictions nationales (…). En revanche, un intérêt patrimonial reconnu par le droit
interne – même s’il est révocable dans certaines circonstances – peut s’analyser en un « bien »
au sens de l’article 1 du Protocole no
1 (…) (ibid, § 75). … Dans un État démocratique moderne,
beaucoup d’individus, pour tout ou partie de leur vie, ne peuvent assurer leur subsistance que
grâce à des prestations de sécurité ou de prévoyance sociales. De nombreux ordres juridiques
internes reconnaissent que ces individus ont besoin d’une certaine sécurité et prévoient donc le
versement automatique de prestations, sous réserve que soient remplies les conditions
d’ouverture des droits en cause (…). Les principes qui s’appliquent généralement aux affaires
concernant l’article 1 du Protocole no
1 gardent toute leur pertinence en matière de prestations
de sécurité ou de prévoyance sociales (…). La Cour a déjà examiné à plusieurs reprises la
question de l’espérance légitime dans le domaine des prestations sociales (…)» (ibid, § 80).
4.10.1 Изложенное дает основания для требования начисления штрафов, процентов
и пени за незаконное пользование моими деньгами, то есть моим имуществом (п. «d»
ст. 2 Конвенции ООН против коррупции), а также на получение доходов, полученных от
незаконного пользования моим имуществом (п. «е» ст. 2 Конвенции ООН против
коррупции).
Это в первую очередь касается Мафиози Путина В.В. и его Банды (п. 1.2.1 выше),
которые воруют мои нефть, газ, золото, алмазы и др., распоряжаются моим
имуществом и производят с ним разного рода сделки, доходы по которым также
являются моей собственностью.
5. Так как в отношении меня должностными лицами осуществляется Произвол и
дискриминация, поэтому напоминаю, что «… объект и цель Конвенции, международного
договора по правам человека, защищающего людей на объективной основе (…),
требуют толковать и применять ее положения таким образом, чтобы ее требования были
реально действующими и практически осуществимыми (…). … поскольку Конвенция
является конституционным инструментом обеспечения европейского правопорядка (…),
от государств-участников требуется в этом контексте обеспечивать контроль за
соблюдением Конвенции по меньшей мере на таком уровне, на котором сохраняются
основы этого правопорядка. Одним из основных элементов европейского правопорядка
является принцип верховенства права, а произвол представляет собой отрицание
этого принципа. Даже в контексте толкования и применения внутригосударственного
законодательства, когда Европейский Суд наделяет власти очень широкими пределами
усмотрения, он всегда прямо или косвенно это делает, еслитолько действует запрет на
произвол (…) (§ 145 Постановления от 21.06.16 г. по делу «Al-Dulimi and Montana
Management Inc. v. Switzerland»). «… l’objet et le but de la Convention, instrument de
protection des droits de l’homme protégeant les individus de manière objective (…), appellent à
interpréter et à appliquer ses dispositions d’une manière qui en rende les exigences concrètes et
effectives (…). ... la Convention étant un instrument constitutionnel de l’ordre public européen
(…), les États parties sont tenus, dans ce contexte, d’assurer un contrôle du respect de la
Convention qui à tout le moins préserve les fondements de cet ordre public. Or, l’une des
composantes fondamentales de l’ordre public européen est le principe de l’État de droit, dont
l’arbitraire constitue la négation. Même dans le domaine de l’interprétation et de l’application du
droit interne, où la Cour laisse aux autorités nationales une très large marge de manœuvre, elle
le fait toujours, explicitement ou implicitement, sous réserve d’interdiction de l’arbitraire (…)» (§
145 de la Аrrêt du 09.07.2009 dans l’affaire Al-Dulimi et Montana Management Inc. c. Suisse).
5.1 Я неоднократно просил власти Пуатье прекратить противоправную
деятельность, что накладывало на них обязательство помимо прекращения этой
деятельности принять превентивные меры, которые позволили бы не допускать
аналогичных правонарушений в будущем, поскольку «… Превентивные меры, принятия

21
которых требует соответствующее позитивное обязательство, как раз входят в круг
обязанностей государственных органов и обоснованно могут считаться подходящим
средством предотвращения опасности, о которой они были информированы… » (§ 107
Постановления от 30.04.04 г. по делу «Oneryildiz v. Turkey»).
5.1.1 При этом мы должны помнить о том, что «… разумное и объективное
рассмотрение требует, чтобы заинтересованное лицо имело возможность выдвинуть
доводы … в компетентных органах на индивидуальной основе (…). …» (§ 68
Постановления от 29.12.16 г. по делу «Shioshvili and Others v. Russia»), а органы власти
должны по поступившему обращению принять мотивированное решение (п. 3 «с» ст. 41
Хартии), которое «… должно удовлетворять требованию пропорциональности, которое
требует принятия мотивированного решения с изложением соответствующих
аргументов за ипротив … (…). Аргументыза и против … не должны формулироваться «in
abstracto», а должны подтверждаться фактическими данными (…)» (§ 42 Постановления
от 19.01.12 г. по делу «Korneykova v. Ukraine»).
5.1.2 Также «… когда заявитель выдвигает доводы по вопросу соразмерности
вмешательства в рамках судебного разбирательства на внутригосударственном уровне,
суды должны их тщательно рассмотреть и ответить на эти доводы, приведя
надлежащую мотивировку (…) (§ 148 Постановления от 17.10.13 г. по делу «Winterstein
and Others v. France»).
5.1.3 Более полно эти вопросы рассмотрены в п. 9.14 Заяв.№3040п.9Док-ва6
(https://goo.gl/gVeQnN).
5.2 Что касается вопроса компенсации за уже допущенные нарушения
фундаментальных прав, то я дополнительно объясняю, что «… принятие национальными
властями меры, благоприятной для заявителя, лишит заявителя статуса жертвы только в
том случае, если нарушение признается прямо или, по крайней мере, по существу и
впоследствии будет исправлено (…). Эффективность предоставленного возмещения
будет зависеть, в частности, от характера права, которое, как утверждается, было
нарушено, причин, по которым было принято решение и продолжительности
неблагоприятных последствий для соответствующего лица после принятия этого
решения (…). Предоставляемое возмещение должно быть соответствующим и
достаточным. Наличие у лица статуса жертвы также может зависеть от суммы
компенсации, присуждаемой национальными судами, и эффективности (включая
оперативность) средства правовойзащиты, предоставившего компенсацию (…)» (§ 35
Постановления от 15.01.19 г. по делу «Edward Zammit Maempel and Cynthia Zammit Maempel
v. Malta»).
С учетом всех последствий можно «… прийти к выводу о том, что заявитель не
располагал эффективным средством правовой защиты, если ему было отказано в
возможности установления ответственнос ти за обжалуемые факты и, соответственно,
предъявления требования о соответствующей компенсации путем вступления в
разбирательство по уголовному делу или обращения в гражданские или административные
суды. Иными словами, имеется конкретная и тесная процессуальная связь между
уголовным расследованием и средствами правовой защиты, доступными заявителям
в рамках правовой системы (…) (§ 144 Постановления от 14.09.10 г. по делу «Dink v.
Turkey»). … Заявители, таким образом, должны были иметь возможность использовать
средства правовой защиты, эффективные как в теории, так и на практике, то есть
способные привести к установлению и наказанию лиц, ответственных за упущения и
небрежность … и предоставлению компенсации. Отсутствие эффективного уголовного
расследования в отношении вышеупомянутых событий, следовательно, также приводит
Европейский Суд к установлению нарушения статьи 13 Конвенции …, поскольку заявители
были лишения доступа к иным средствам правовой защиты, возможным в теории,
таким как иск о возмещении вреда (…)» (§ 145 там же).
5.3 Что касается обязанности суда устанавливать и привлекать к делу
соответствующих ответчиков, то «… если публичный орган несет ответственность за
причинение ущерба, позитивное обязательство государства по содействию
установлению надлежащего ответчика приобретает тем большее значение (…) (§ 71
Постановления от 26.07.11 г. по делу «Georgel and Georgeta Stoeiscu v. Romania»). «… when
a public entity is liable for damages, the State’s positive obligation to facilitate identification of
the correct defendant is all the more important (…)» (§ 71 Stoeiscu). При этом, поскольку «…
возмещение может быть признано достаточным лишь при условии незамедлительной
выплаты компенсации (…)» (§ 37 Постановления от 25.03.08 г. по делу «Gayvoronskiy v.
Russia»), поэтому «… чрезмерные задержки в рассмотрении иска о компенсации сделают
это средство правовой защиты неадекватным (…)» (§ 86 Постановления от 29.03.06 г. по

22
делу «Cocchiarella v. Italy»). Так как «… такие процедуры, как и в отношении
гражданского статуса и правоспособности людей, должны быть особенно
быстрыми… » (§ 106 Cocchiarella), поэтому «Адекватность меры надлежит оценивать
быстротойее воплощения в жизнь (§ 142 Постановления от 23.10.14 г. по делу «V.P. v.
Russia»)... Суды и публичные власти должны действовать эффективно и стараться
избегать задержек при каждой возможности» (§ 154 там же).
5.4 Также, «… размер пошлин, оцениваемый с учетом конкретных обстоятельств
дела, включая способность заявителя к их уплате и этап разбирательства, на котором
было установлено ограничение, является фактором, имеющим существенное
значение для определения того, могло ли лицо использовать свое право доступа к суду
или ввиду размера пошлин существо их права на доступ к суду было умалено (…) (§ 69
Постановления от 26.07.11 г. по делу «Georgel and Georgeta Stoeiscu v. Romania»). Кроме
того, Европейский Суд находил чрезмерными и потому умаляющими существо права
доступа к суду высокие судебные пошлины, которые не были оправданы финансовым
положением заявителя, но рассчитывались на основе определенного процента от суммы,
являющейся предметом рассмотрения в разбирательстве (…) (§ 70 там же)… в контексте
местных организационных изменений … возложение на заявительницу обязанности
определения органа, против которого ей следовало предъявить иск, являлось
непропорциональным требованием, которое не установило справедливое равновесие между
публичным интересом и правами заявительницы (§ 75 там же). Соответственно, …
заявительница не имела ясной практической возможности потребовать в суде компенсации
... Таким образом, заявительница не имела эффективного права на доступ к суду.
Следовательно, имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции» (§ 76 там же). «… the
amount of the fees, assessed in the light of the particular circumstances of a given case,
including the applicant’s ability to pay them and the phase of the proceedings at which that
restriction has been imposed, are factors which are material in determining whether or not a
person enjoyed his or her right of access to a court or whether, on account of the amount of fees
payable, the very essence of the right of access to a court has been impaired (§ 69 Stoeiscu).
Furthermore, the Court has considered to be excessive, and therefore impairing the very
essence of the right of access to a court, high court fees, which were not justified by the
applicant’s financial situation, but calculatedon the basis of a set percentage laid down by law of
the sum at stake in the proceedings (…) (ibid., § 70). … in the context of local organisational
changes ... shifting onto the applicant the duty of identifying the authority against which she
should bring her claim was a disproportionate requirement and failed to strike a fair balance
between the public interest and the applicant’s rights (ibid., § 75). Consequently, ... the
applicant did not have a clear, practical opportunity of claiming compensation in a court ...
Therefore, in the light of all the above elements, ... the applicant did not have an effect ive right
of access to a court. There has therefore been a breach of Article 6 § 1» (ibid., § 76).
5.5 При этом мы должны помнить о том, что «… факт доступа к внутренним
средствам правовой защитытолько для получения ответа о том, что требование отклонено
вследствие толкования компетенции органа-ответчика по сравнению с одним из его
подразделений или исполнительных органов, может вызвать вопрос с точки зрения пункта 1
статьи 6 Конвенции. Степень доступа, допускаемая национальным законодательством и ее
толкованием со стороны судов страны, также должна быть достаточной для обеспечения
"права на суд" с учетом принципа верховенства права в демократическом обществе. Чтобы
право доступа было эффективным, лицо должно иметь ясную практическую
возможность оспаривания акта, составляющего вмешательство в его права (…)» (§
74 Постановления от 26.07.11 г. по делу «Georgel and Georgeta Stoeiscu v. Romania»). «…
the fact of having access to domestic remedies only to be told that the action is dismissed as a
result of interpretation of the legal capacity of a defendant authority, compared with that of one
of its departments or executive bodies, can raise an issue under Article 6 § 1. The degree of
access afforded by the national legislation and its interpretation by the domestic courts must also
be sufficient to secure the individual’s "right to a court", having regard to the principle of the rule
of law in a democratic society. For the right of access to be effective, an individual must have a
clear, practical opportunity to challenge an act that is an interference with his or her rights (…)»
(§ 74 Stoeiscu).
«… le fait d'avoir pu emprunter des voies de recours internes, mais seulement pour
entendre déclarer ses actions irrecevables par le jeu de la loi ne satisfait pas toujours aux
impératifs de l'article 6 § 1 : encore faut-il que le degré d'accès procuré par la législation
nationale suffise pour assurer à l'individu le « droit d'accès » eu égard au principe de la
prééminence du droit dans une société démocratique. L'effectivité du droit d'accès demande

23
qu'un individu jouisse d'une possibilité claire et concrète de contester un acte constituant une
ingérence dans ses droits (…)» (§ 46 de la Аrrêt du 30.10.1998 dans l’affaire F.E. с. France).
5.6 С учетом того, что «… обязательство государства по … Конвенции не может
считаться выполненным, если механизмы защиты, предусмотренные внутренним
законодательством, существуют только в теории: прежде всего они должны
эффективно действовать на практике, что предполагает незамедлительное
рассмотрение дела и без неоправданных задержек (…)» (§ 41 Постановления от 09.10.18 г.
по делу «A.K. v. Turkey»), то в контексте жалоб на нарушение статьи 13 Конвенции, во
Франции «… отсутствует средство правовой защиты, посредством которого заявитель мог бы
реализовать его право на "разбирательство дела в разумный срок" (…)» (§ 79
Постановления от 25.11.10 г. по делу «Ivan Kuzmin v. Russia»).
5.7 Также напоминаю, что «… риск любой ошибки со стороны органа
государственнойвласти должен быть возложен на государство, особенно когда не
затронуты какие-либо иные частные интересы, и что ни одна ошибка не должна
быть исправлена в ущерб соответствующему лицу (…) (§ 94 Постановления от
28.03.17 г. по делу «Magomedov and Others v. Russia»). … даже если необходимость
исправления судебных ошибок в принципе может являться законной причиной, не следует
удовлетворять эту необходимость произвольным образом, и в любом случае власти
должны, насколько это возможно, обеспечивать справедливый баланс между
интересами личности и необходимостью гарантировать надлежащее отправление
правосудия (…) (§ 95 там же). … Тот факт, что во внутригосударственном
законодательстве, … отсутствовали какие-либо указания на то, что суды были
обязаны это сделать, не может освободить их от данной обязанности с точки
зрения Конвенции» (§ 99 там же).
«… обвиняемый должен извлекать выгоду из ошибок национальных органов.
Другими словами, ответственность за любую ошибку, допущенную органами
преследования или судом, должно нести государство, и ошибки не должны
устраняться за счет заинтересованного лица» (§ 26 Постановления от 09.04.09 г. по
делу «Eduard Chistyakov v. Russia»).
5.7.1 Что касается вопросов Правосудия, то «Европейский Суд во многих делах,
обращаясь к понятию "существенные нарушения", подчеркивал, что простое
утверждение о том, что разбирательство дела заявителя было "неполным и односторонним"
или привело к "ошибочному" оправданию, не может само по себе, в отсутствие ошибки
подсудности или серьезных нарушений процессуальных правил, злоупотребления
полномочиями, явных ошибок в применении норм материального права или иных
веских причин, вытекающих из интересов отправления правосудия, указывать на
наличие существенного нарушения при предыдущем судебном разбирательстве (…)» (§ 34
Постановления от 29.01.09 г. по делу «Lenskaya v. Russia»). При этом «… в принципе,
нарушение судом внутригосударственных правовых норм, касающихся создания и
компетенции судебных органов, приводит к нарушению пункта 1 статьи 6 Конвенции.
Отсюда следует, что нарушение этого принципа, подобно принципам, изложенным в том же
положении о том, что суд должен быть независимым и беспристрастным, не требует
отдельного рассмотрения вопроса о том, сделало ли нарушение принципа, согласно
которому суд создан на основании закона, судебное разбирательство несправедливым. …
Тот факт, что судья, чье положение не установлено законом по смыслу пункта 1 статьи 6
Конвенции, определяет уголовное обвинение, достаточно для установления факта
нарушения этого положения в соответствии с основополагающим принципом верховенства
права» (§ 114 Постановления от 12.03.19 г. по делу «Guðmundur Andri Ástráðsson v.
Iceland»).
5.8 В связи с тем, что я подвергаюсь дискриминации по крайней мере по
признаку языка со стороны властей Пуатье и при «общении» в Префектуре, и при
«общении» в COALLIA, и при обращении в полицию, и при обращении в суд, поэтому
дополнительно напоминаю, что «… если государство вышло за пределы своих
обязательств в соответствии со статьей 8 Конвенции при создании такого права, что ему
разрешается в соответствии со статьей 53 Конвенции, оно не может, применяя это
право, принимать дискриминационные меры в значении статьи 14 Конвенции (…)»
(§ 381 Постановления от 17.01.17 г. по делу «A.H. and Others v. Russia»). Дискриминация по
признаку языка прямо связана с дискриминацией по признаку гражданства, поскольку
первое вытекает из второго. Поэтому «… они подверглись дискриминации при
реализации этого права по признаку гражданства. Последнее является понятием,
охватываемым статьей 14 Конвенции (…) (§ 384 Постановления от 17.01.17 г. по делу «A.H.
and Others v. Russia»). … чтобы решить, была ли эта мера совместима с правами

24
заявителей в соответствии со статьей 14 Конвенции, он должен рассмотреть способ ее
применения» (§ 420 там же).
5.8.1 Для того, чтоб решить вопрос о дискриминации по признаку языка при
осуществлении права на доступ к Правосудию, необходимо установить количество
обращений, рассмотренных в Пуатье на языке заявителей и в связи с этим переведенных
на этот язык, а также количество судебных решений, которые были переведены на
языки Жертв. Одного этого будет достаточно, чтоб доказать, что Жертвы в Пуатье
подвергаются дискриминации по признаку языка при обращении в суд. В связи с чем
необходимо рассмотреть вопрос о способе подачи Жертвами обращений в суд Пуатье и
их разрешении судом с вынесением окончательного решения.
5.8.2 То, что со мной никто не желает обсуждать имеющиеся проблемы – это
объективный факт, который доказывается отсутствием каких-либо доказательств у
представителей власти. А у меня этих доказательств более чем достаточно.
6. Что касается вопроса подсудности данного иска, то, несмотря на то, что
вопрос о подсудности достаточно подробно объяснен в главе «О компенсации»
(Заяв.№3040п.1.17Компенсация (https://goo.gl/VB9zWd)), тем не менее хотелось бы
напомнить, что в связи с тем, что административный суд г. Пуатье при пособничестве
полиции, Мэрии и Префектуры откровенно преступными способами и с преступной целью
лишили меня права на доступ к Правосудию, хотя оно защищено п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6
Конвенции, ст. 47 Хартии, являются ответчиками по иску, поэтому дело должно быть
рассмотрено вышестоящим по отношении к ответчикам судом, не находящимся с ними в
иерархической зависимости (§ 121 Постановления от 15.12.05 г. по делу «Kyprianou v.
Cyprus»). Тем более, что ответчики не вправе рассматривать вопросы своей преступной
деятельностии эти вопросыдолжны рассматривать независимые от причинителей вреда
органы, поскольку Принцип объективности Бангалорских принципов поведения судей
(приложение к резолюции Экономического и Социального Совета ООН 2006/23 от 27 июля
2006 года) предусматривает, что «Объективность судьи является обязательным
условием надлежащего исполнения им своих обязанностей. Она должна проявляться не
только в содержании выносимого решения, но и во всех процессуальных действиях,
сопровождающих его принятие». При этом «Судья должен заявить самоотвод от
участия в рассмотрении дела в том случае, если для него не представляется возможным
вынесение объективного решения по делу, либо в том случае, когда у стороннего
наблюдателя могли бы возникнуть сомнения в беспристрастностисудьи» (п. 2.5 там
же).
6.1 Также «… судебные органы должны максимально тщательно изучать
рассматриваемые ими дела с целью сохранить лицо беспристрастных судей. Эта
тщательность должна удержать их от оказания давления, даже в случае провокации. Эти
высокие требования правосудия и как бы отчужденную природу должности судьи диктует
профессиональный долг (…). …» (§ 120 Постановления от 15.12.05 г. по делу «Kyprianou
v. Cyprus»). «… la plus grande discrétion s'impose aux autorités judiciaires lorsqu'elles sont
appelées à juger, car il y va de leur image de juges impartiaux. Cette discrétion doit les amener
à ne pas utiliser la presse, même pour répondre à des provocations. Ainsi le veulent les
impératifs supérieurs de la justice et la grandeur de la fonction judiciaire (…). …» (§ 120 de la
Аrrêt du 15.12.2005 dans l’affaire Kyprianou c. Chypre). Как мы можем убедиться по
преступным результатам, в Пуатье невозможно добиться не только максимально
тщательного изучения дела, но в нарушение п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6 Конвенции, п. 1
ст. 47 Хартии невозможно даже инициировать его.
6.2 В связи с тем, что все ответчики систематически создавали конфликты
интересов (п. 3 «с» Принципа V Рекомендации № R(94)12 Комитета министров СЕ о
независимости, эффективности и роли судов, принятой 13.10.94 г.), то есть не выполняли
возложенные на них законом функции и были необъективными (п. 2.5 Бангалорских
Принципов), и этим нарушали мои права и законные интересы, поэтому я заявляю
всем им отвод как органам государственной власти. То есть в Пуатье «… компетентный
суд не может составить суд первой инстанции из-за отвода всех судей» (§ 57
Постановления от 05.04.18 г. по делу «Boyan Gospodinov c. Bulgarie»), поскольку «… Они
были непосредственным объектом критики заявителя, касающейся манеры, в
которой они вели разбирательство… » (§ 127 Постановления от 15.12.05 г. по делу
«Kyprianou v. Cyprus»). Власти «… не ответили на доводы заявителя (…). Таким образом,
они не развеяли законное сомнение в предвзятости суда первой инстанции (§ 58 Boyan
Gospodinov). … Этих элементов достаточно, чтобы сделать вывод о том, что имело место
нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции на том основании, что … дело в отношении

25
заявителя не было рассмотрено беспристрастным судом» (§ 60 там же). «… le tribunal
compétent ne pouvait pas constituer une formation de jugement à cause du déport de tous les
juges» (§ 57 de la Аrrêt du 05.04.2018 dans l’affaire Boyan Gospodinov c. Bulgarie), pour «…
Directement visés par les critiques du requérant, qui portaient sur la manière dont ils
conduisaient l'instance… » (§ 127 de la Аrrêt du 15.12.2005 dans l’affaire Kyprianou c. Chypre).
les autorités «… supérieures n’ont pas répondu à ces arguments du requérant (…). Ainsi, elles
n’ont pas dissipé le doute légitime quant au parti pris du tribunal de première instance (§ 58
Boyan Gospodinov). … Ces éléments lui suffisent pour conclure qu’il y a eu violation de l’article 6
§ 1 de la Convention au motif que ... affaire ... visant le requérant n’a pas été examinée par un
tribunal impartial» (ibid, § 60).
6.3 Также хотелось бы сообщить, что «В соответствии с пунктом 1 статьи 6
Конвенции суд всегда должен быть «создан на основании закона». Это выражение
отражает принцип верховенства права, который присущ системе защиты, установленной
Конвенцией и Протоколами к ней (...). ... суду, который не создан в соответствии с
намерениями законодателя, обязательно будет не хватать легитимности, необходимой в
демократическомобществе для разрешения правовых споров (...) (§ 97 Постановления от
12.03.19 г. по делу «Guðmundur Andri Ástráðsson v. Iceland»). "Право" в значении пункта 1
статьи 6 Конвенции включает в себя законодательство, предусматривающее создание и
компетенцию судебных органов (...), и любое другое положение национального
законодательства, которое, в случае его нарушения, сделало бы участие одного или
нескольких судей в рассмотрении дела незаконным (...). Фраза "созданный на основании
закона", таким образом, включает правовую основу самого существования "суда" (...).
Кроме того, концепция "создания", содержащаяся в первом предложении пункта 1 статьи 6
Конвенции, охватывает по своему характеру процесс назначения судей в рамках
национальной судебной системы, который должен, в соответствии с принципом
верховенства права, осуществляться в соответствии с применимыми нормами национального
права, действующими на момент их применения (...) (§ 98 там же). ... цель понятия
"созданный на основании закона" в пункте 1 статьи 6 Конвенции состоит в том, чтобы
"гарантировать, что судебная организация в демократическом обществе не зависит от
дискреционных полномочий исполнительной власти, а регулируется законом, исходящим от
парламента" (...). Кроме того, в странах, где закон кодифицирован, организация судебной
системыне может быть оставлена на усмотрение судебных органов, хотя это не означает,
что суды не имеют определенной свободы для толкования соответствующего внутреннего
законодательства (...). ... требование о создании суда на основании закона тесно
связано с другими общими требованиями пункта 1 статьи 6 о независимости и
беспристрастности судебных органов, которые также являются неотъемлемой
частью основополагающего принципа верховенства права в демократическом
обществе. Короче говоря, "на карту поставлено доверие, которое суды в демократическом
обществе должны внушать общественности" (...) (§ 99 там же). В принципе, нарушение
судом внутригосударственных правовых норм, касающихся создания и
компетенции судебных органов, приводит к нарушению пункта 1 статьи 6 (...).
Отсюда следует, что нарушение этого принципа, как и принципов, закрепленных в том же
положении о том, что суд должен быть независимым и беспристрастным, не требует
отдельного рассмотрения вопроса о том, сделало ли нарушение принципа, согласно
которому суд создан на основании закона, судебное разбирательство несправедливым.
Кроме того, в свете требования о создании суда в соответствии с национальным
законодательством, Суд должен проверить, было ли соблюдено национальное
законодательство в этом отношении. Поэтому выводы национальных судов подлежат
европейскому надзору. Однако, принимая во внимание общий принцип, согласно которому
сами национальные суды должны толковать в первую очередь положения внутреннего
законодательства, Суд не может ставить под сомнение их толкование, если не было грубого
нарушения внутреннего законодательства (...) (§ 100 там же). ... такой же критерий
вопиющего нарушения внутреннего законодательства должен применяться в тех случаях,
когда, … нарушение относится к другой ветви власти и признано национальными судами. В
этой связи Суд рассмотрит вопрос о том, учитывали ли национальные суды общие принципы
прецедентного права Суда при рассмотрении ими заявления о том, что назначение судьи
другими ветвями власти не соответствовало применимому внутреннему праву, и, в
частности, в достаточной ли степени суды учитывали вопиющий характер нарушения при
определении того, был ли соответствующий суд "установлен законом" (§ 101 там же). ... это
вытекает из критериев прецедентного права Суда о том, что нарушение национального
законодательства должно быть "вопиющим", когда нарушаются подлежащие применению
национальные правила при создании суда, которые имеют фундаментальный характер и

26
являются неотъемлемой частью создания и функционирования судебной системы. В этом
контексте концепция "вопиющего" нарушения внутреннего законодательства,
следовательно, связана с характером и серьезностью предполагаемого нарушения. Кроме
того, при рассмотрении Судом вопроса о том, было ли создание трибунала основано на
"вопиющем" нарушении национального законодательства, Европейский суд учитывает,
свидетельствуют ли представленные ему факты, что нарушение национальных правил
назначения судей было преднамеренным или, как минимум, представляло собой явное
пренебрежение применимым национальным законодательством (...) (§ 102 там же).
Наконец, ... "понятие разделения властей между исполнительной и судебной властью
приобретает все большее значение в своей прецедентной практике" (...). То же относится и
к "важности обеспечения независимости судебной власти" (...). Следовательно, исходя из
вышеупомянутых принципов и принимая во внимание объект и цель требования о том,
чтобы суд всегда должен создаваться на основании закона и его тесную связь с
основополагающим принципом верховенства права, Суд должен заглянуть за пределы
видимости и установить, не создает ли нарушение применимых национальных норм о
назначении судей реальный риск того, что другие органы власти, в частности
исполнительная власть, проявят неоправданное усмотрение, подрывая целостность
процесса назначения в степени, не предусмотренной национальными правилами,
действующими на тот момент» (§ 103 там же).
6.3.1 Из приведенного ясно, что суд, созданный на основании закона и
беспристрастность разбирательства взаимосвязанные понятия. И если мы имеем нарушение
принципа беспристрастности, как в данном случае, то о с уде, созданном на основании
закона, можно не говорить, поскольку суд, подлежащий безусловному отводу, не может
быть законным по своей природе.
6.3.2 Также, говоря о законном составе суда следует иметь ввиду, что «…
беспристрастность суда и публичный характер судебного разбирательства являются
важными аспектами права на справедливое судебное разбирательство по смыслу
пункта 1 статьи 14. "Беспристрастность" суда предполагает, что судьи не должны
относиться к рассматриваемой ими проблеме предвзято или действовать в
интересах одной из сторон. В тех случаях, когда закон устанавливает основания
для отвода судьи от участия в судебном разбирательстве, суд должен рассмотреть их
ех officio и заменить членов суда при наличии таких оснований. Судебное
разбирательство с участием судьи, который, согласно внутреннему
законодательству, подлежал отводу, как правило, не может считаться
справедливым или беспристрастным по смыслу статьи 14» (п. 7.2 Соображений
КПЧ от 21.10.92 г. по делу «Арво О. Карттунен против Финляндии»).
При этом всегда необходимо помнить о том, что судебная независимость – это
право граждан (п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6 Конвенции), поскольку «является
прерогативой или привилегией действовать не в своих собственных интересах,
а в интересах торжества закона и лиц, обращающихся к правосудию» (п. 4
Заключения № 11) и правосудие признается таковым, когда оно отвечает
требованиям справедливости (п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6 Конвенции) и
обеспечивает эффективное восстановление в правах (ст. 8 Всеобщей
декларации) посредством состязательности и равноправия сторон (п. 1 ст. 14 Пакта, п.
1 ст. 6 Конвенции).
Также важно, что «… концепция справедливого судебного разбирательства
подразумевает право на состязательное разбирательство, в соответствии с которым с тороны
должны иметь возможность не только представлять доказательства в обоснование
своих требований, но также знать и комментировать все доказательства или замечания с
тем, чтоб повлиять на решение суда (…). Этот принцип действует в отношении
представлений, сделанных сторонами, так же, как и в отношении представлений, сделанных
независимым членом национальной юридической службы (…), представителями
национальной администрации (…) или судом, решение которого является предметом
обжалования (…) (§ 30 Постановления от 04.03.14 г. по делу «Duraliyski v. Bulgaria»). …
сами судьи должны соблюдать принцип состязательного разбирательства, в
частности, когда они отклоняют обращение или принимают решение по иску на основании
вопроса, поднятого судомпо собственной инициативе (…) (§ 31 там же). … важно, чтобы те,
кто подает свои требования в суд, полагались на надлежащее функционирование системы
правосудия: это доверие основывается, среди прочего, на уверенности в том, что сторона в
споре будет заслушана по всем пунктам дела. Другими словами, стороны в споре
вправе рассчитывать на консультации относительно того, требует ли конкретный

27
документ или аргумент их комментариев (…)» (§ 32 там же). Однако «…
внутригосударственные суды не применили критерии, которыми следует
руководствоваться с целью правильной оценки права …» (§ 46 Постановления от
21.02.17 г. по делу «Rubio Dosamantes v. Spain»).
6. Также напоминаю, что вопросы подлежащего применению законодательства
относительно права беженцев на обращение в суд рассмотрены в Постановлении от
05.03.18 г. по делу «Naït-Liman c. Suisse».
Вопросы подлежащего применению законодательства обязательности проведения
расследования при нарушении ст. 3 Конвенции рассмотреныв Постановлении от 17.07.14 г.
по делу «Centre de ressources juridiques au nom de Valentin Câmpeanu c. Roumanie».
Вопросы статуса Жертвы, обязательности проведения расследования в случае нарушения
ст. 3 Конвенции и компенсации за допущенные нарушения также рассмотрены в
Постановлениях от 30.03.16 г. по делу «Armani Da Silva c. Royaume-Uni», от 05.07.16 г. по
делу «Jeronovičs c. Lettonie» и др.
Вопросы относительно нарушения ст. 18 Конвенции достаточно подробно рассмотрены
в §§ 265 – 317 Постановления от 28.11.17 г. по делу «Merabishvili c. Géorgie».
В связи с тем, что в настоящем деле подвергается посягательству право на жизнь,
поэтому эти вопросы рассмотрены в §§ 164 – 184 Постановления от 19.12.17 г. по делу
«Lopes de Sousa Fernandes c. Portugal».
Так как я с 15.03.16 г. должен получать пенсию, но Путин В.В. и члены его Банды
лишили меня этого права, поэтому с решением вопросов пенсионного обеспечения можно
ознакомиться в Постановлении от 05.09.17 г. по делу «Fábián c. Hongrie», а вопросы
пособий также рассмотрен в Постановлении от 13.12.16 г. по делу «Béláné Nagy v.
Hungary».
Вопросы жилья рассмотрены в Постановлениях от 06.11.17 г. по делу «Garib c. Pays-
Bas», от 03.02.11 г. по делу «Igor Vasilchenko v. Russia», § 83.
Вопросы беженства рассмотрены в Постановлениях от 23.03.2016 г. по делу «F.G. c.
Suède», 23.08.2016 по делу «J.K. et autres c. Suède», от 17.05.2018 г. по делу «Ljatifi v. the
former Yugoslav Republic of Macedonia». Вопросы разъяснения прав и обязанностей
беженцев и используемого языка рассмотреныв Постановлении от 11.09.18 г. по делу «M.A.
and Others v. Lithuania». Что касается применения ст. 13 Конвенции в отношении мигрантов
и беженцев, то эти вопросыдостаточно подробно рассмотреныв Постановлении от 13.12.12
г. по делу «De Souza Ribeiro с. France».
Так как Путин В.В. и члены его Банды забрали у меня всё мое имущество и документы,
которые по своей стоимости превосходят любое недвижимое имущество, поэтому с
разрешением вопросов конфискации можно ознакомиться в Постановлениях от 21.06.16 г.
по делу «Al-Dulimi et Montana Management Inc. c. Suisse», от 28.06.18 г. по делу «G.I.E.M.
S.R.L. et autres c. Italie».
7.1 Вопросы подлежащих применению норм действующего законодательства
рассмотрены в Заяв.№3040п.1зак-во4 (https://goo.gl/o7Djph).
7.2 Вопросы ответственности «судей» за осуществление преступной
деятельности более полно рассмотрены в Заяв.№3040п.1.17Компенсация
(https://goo.gl/VB9zWd).
6.3 Что касается вопроса оказания властями Франции помощи в переводе иска и
квалифицированной юридической помощи, то это достаточно подробно объяснено в п.п. 5.2
– 5.2.12 искового заявления № 3063.
Так, в силу Принципа 5 Рекомендации № R (81)7 Комитета Министров СЕ
государствам-участникам о способах облегчения доступа к правосудию, принятой 14.05.81
г.: «Государствам следует принять меры, чтобы все процессуальные действия носили
простой характер, используемый язык был понятен публике, а судебные решения
были понятны сторонам».
Принцип 6 обязывает: «Когда одна из сторон процесса не обладает достаточным
знанием языка, на котором ведется судопроизводство, государство должно обратить
особое внимание на проблему устного и письменного перевода и обеспечить, чтобы
неимущие и малоимущие лица не находились в неблагоприятном положении с точки зрения
доступа к суду или участия в судебном процессе в силу их неспособности говорить или
понимать используемый в суде язык».
7.4 Вопросы собственности в широком смысле, юридической помощи и
ответственности органов власти рассмотрены в Иск№3044Эгле (https://goo.gl/5HyVDP),
Част.Жал№3046Литва (https://goo.gl/twkZ8c), Ход-во№3048Литва (https://goo.gl/Ut5r5P).

28
7.5 Вопросы обязательности органов власти правильно формулировать предмет
доказывания рассмотрены в п.п. 9.1 – 9.1.11 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.6 Что касается представителей, то они не должны чувствовать «… себя
ограниченными в выборе своих заявлений и процессуальных действий и т.д. в ходе
судебного разбирательства, к потенциальному ущербу для своего клиента. Для
обеспечения доверия общества к отправлению правосудия защита должна
действовать эффективно… » (§ 175 Постановления от 15.12.05 г. по делу «Kyprianou v.
Cyprus»). Также вопросы осуществления права на участие защиты в разбирательстве
посредством видеосвязи рассмотрены в п.п. 1.10 – 1.10.15 Апел.Жал№3029-3
(https://goo.gl/FDiXo1), п. 9.12.6 – 9.12.6.6 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.7 Вопросы права на осуществление видеозаписи публичных правоотношений
без истребования у кого-либо разрешений рассмотрены в Заяв.№3040п.1.4Видео7
(https://goo.gl/9VTjBx).
7.8 Вопросы качества выносимых решений рассмотрены в п.п. 1.3 – 1.3.4
Апел.Жал№3029-3 (https://goo.gl/FDiXo1) и п. 9.14 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.9 Вопросы обязанности органов власти оказывать содействие в получении и
использовании необходимых доказательств рассмотрены в п.п. 9.2 – 9.3.6
Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.10 Вопросы доказательств, которые находятся в распоряжении органов власти,
их использование и правовые последствия рассмотрены в п.п. 9.4 – 9.4.5
7.11 Вопросы основных доказательств по делу и значение протоколов судебных
заседаний рассмотрены в п.п. 9.5 – 9.5.2 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.12 Вопросы обязательности установления причинно-следственных связей
достаточно подробно рассмотрены в п.п. 9.6 – 9.6.2 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.13 Вопросы права на пользование благами научного прогресса рассмотрены в
п.п. 9.7 – 9.7.7 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.14 Вопросы допустимости доказательств рассмотрены в п.п. 9.8 – 9.8.5
7.15 Вопросы права на ознакомление с документами и материалами,
затрагивающими права граждан кратко рассмотрены в п.п. 9.9 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.16 Вопросы оценки доказательств рассмотреныв п.п. 9.10 – 9.10.2, 9.16 – 9.16.5
7.17 Вопросы права стороны защиты допрашивать прокурора рассмотрены в п.п.
9.11 – 9.11.6 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.18 Вопросы права на участие в разбирательстве в широком смысле рассмотрены
в п.п. 9.12 – 9.12.12, 9.13 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.19 Вопросы удалений участников судебных разбирательств рассмотрены в п.
9.12.4 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.20 Вопросы подлежащего применению законодательства и отводов кратко
рассмотреныв п. 9.12.5 – 9.12.5.8 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN), а также
в п.п. 1.5 – 1.5.10 Апел.Жал№3029-3 (https://goo.gl/FDiXo1).
7.21 Вопросы права на получение квалифицированной юридической помощи
кратко рассмотреныв п. 9.12.6 – 9.12.6.6 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.22 Вопросы чрезмерного формализма и его последствия рассмотрены в п.п.
9.12.8 – 9.12.8.5 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.23 Вопросы извещений и уведомлений рассмотрены в п. 9.12.9
7.24 Вопросы права суда на рассмотрение дела на основе письменных документов
без участия сторон рассмотрены в п. 9.12.10 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.25 Вопросы апелляционного производства кратко рассмотрены в п. 9.12.11
7.26 Вопросы права властей на осуществление вмешательства в права граждан и
их правовые последствия рассмотрены в п. 9.12.12 Заяв.№3040п.9Док-ва6
7.27 Вопросы о потерпевших, то есть Жертвах, кратко рассмотреныв п.п. 9.12.13 –
9.12.13.4 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).

29
7.28 Вопросы обязательности компенсации за причинение вреда рассмотрены в
п.п. 9.13.1 – 9.13.6 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.29 Вопросы права на информацию и деятельности общественных объединений
кратко рассмотрены в п. 9.15 Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN).
7.30 О праве на обращение в суд за защитой нарушенных прав объяснено в п.п. З
– З.2 искового заявления № 2951Греф (https://goo.gl/7B56BS).
7.31 Вопрос о праве на пользование Интернет-технологиями и подачу обращений
посредством электронного взаимодействия мной рассмотрен в п.п. Ж – Ж.3 искового
заявления № 2951Греф (https://goo.gl/7B56BS) и п.п. 1.2 – 1.4.4
Заяв.№3008документыЛефорт (https://goo.gl/YRdra1).
7.31.1 В обращениях в российские «суды» мы ходатайствовали о том, чтоб за
заявителями было признано право на возможность обращений посредством Интернет -
технологий. В Мафиозной России мы об этом просили с 2014 г. 17.04.17 г. судебным
департаментом при верховном якобы суде РФ был издан Приказ № 17 «О внесении
изменений и дополнений в Инструкцию по судебному делопроизводству в районном суде»,
где обязали поступающие в суды обращения по электронной почте регистрировать
соответствующим образом. То есть верховный якобы суд РФ установил, что российские
«суды» с момента заявления нами ходатайства о признании права на пользование благами
научного прогресса, защищаемого п. 1 ст. 27 Декларации о праве все время выносили
преступные решения, лишали нас права на доступ к Правосудию и навыносили не одну
сотню откровенно преступных решений.
Но поскольку фундаментальное право на обращение в органы власти посредством
Интернет-технологий признается уже повсеместно, поэтому с учетом принципа
юридического равенства, предполагающего запрет на различное обращение с лицами,
находящимися в одинаковых или сходных ситуациях и ответы нам должны даваться
посредством Интернет-технологий на указываемые электронные почты.
8. На основании изложенного, руководствуясь п. «с» Принципа 2, п. «d»
Принципа 3, Принципами 6-12, 14-24 Принципов о компенсации, п. 3 ст. 2, ч. 1 ст. 14, ст.
19 Пакта, ст. 35 Конвенции ООН против коррупции, п. 1 ст. 6, ст.ст. 10, 13 Конвенции, п. 3
ст. 41, ст. 47 Хартии, п. 5.2 Европейской хартии «О статуте судей», Постановлениями ЕСПЧ
от 09.10.79 г. по делу «Airey v. Ireland», § 23, от 22.01.09 г. по делу «Borzhonov v. Russia»,
от 18.03.10 г. по делу «Maksimov v. Russia», от 30.09.10 г. по делу «Korogodina v. Russia», §
59, от 12.06.12 г. по делу «Gryaznov v. Russia», от 16.07.15 г. по делу «Nikolay Kozlov v.
Russia», Аrrêt 05.03.2018 еn l’affaire Naït-Liman c. Suisse, Аrrêt du 06.11.2018 dans l’affaire
Ramos Nunes de Carvalho e Sá c. Portugal
ПРОШУ:
1. При решении вопроса по данному делу в решении отразить всю просительную часть п.
8 данного обращения.
2. Рассмотреть по существу исковые заявления №№ 3090, 3091, 3095, 3098, заявление №
3094 (папка «Суд» (https://goo.gl/SSRAD1)) и данный иск.
3. Рассмотреть иски на основании норм международного права (Заяв.№3040п.1зак-во4
(https://goo.gl/o7Djph)) и защитить нарушенные права, гарантированные этими
нормами (п. 10.4 Соображений КПЧ от 20.10.98 г. по делу «Дэ Хун Пак против
Республики Корея», § 27 Постановления от 17.05.18 г. по делу «Ljatifi v. the former
Yugoslav Republic of Macedonia»).
4. Признать мои фундаментальные права, перечисленные в п.п. 6.1 – 6.8 искового
заявления № 3091 и п. 3.1 заявления № 3095 – нарушенными, провести тщательную
проверку по фактам нарушения прав, как то предписано п. «b» Принципа 3,
Принципом 4 Принципов о компенсации, § 96 de la Аrrêt du 28.06.2007 dans l’affaire
Wagner and J.M.W.L. с. Luxembourg.
5. Неукоснительно исполнить Принцип 19, п. «а» Принципа 22 Принципов о компенсации,
принцип restitutio in integrum, п. 2 частично несовпадающего мнения членов КПЧ г-на
Рафаэля Риваса Посады, г-на Эдвина Джонса и г-на Иполито Солари-Иригойена к
Соображению КПЧ от 20.10.06 г. по делу «Леонид Синицын против Беларуси»,
признать, соблюсти и защитить перечисленные права и принять меры к
восстановлению положения, существовавшего до нарушения моих прав и
пресечь действия, нарушающие мои права.
6. Обязать Путина В.В. и членов его Банды, перечисленных в моих исках (п. 4.6
выше), а так же власти Литвы неукоснительно исполнить Принцип 24 Принципов о

30
компенсации, п. 2 «с» ст. 41 Хартии и объяснить причины, по которым они
поставили меня в положение Жертвы, и о причинах и условиях, которые привели
к тому, что я в России откровенно преступными способами полностью лишен
возможности реализовать фундаментальное право на доступ к Правосудию,
защищаемое ст. 8 Всеобщей декларации, п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6 Конвенции и
фундаментального права на компенсацию, защищаемого п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9, п. 6
ст. 14 Пакта, п. 5 ст. 5, ст. 13 Конвенции, ст. 3 Протокола № 7 к Конвенции.
7. Обязать Путина В.В. и членов его Банды, перечисленных в моих исках (п. 4.6
выше), а также власти Литвы неукоснительно исполнить Принцип 24 Принципов о
компенсации, п. 2 «с» ст. 41 Хартии и объяснить причины, по которым они
поставили меня в положение Жертвы, цинично подвергали бесчеловечному и
унижающему достоинство обращению, обусловленному предоставлением отписок с
оскорбительным смыслом и невозможностью получения ответов по существу
поставленных вопросов, то есть адекватных, как то им предписано п. 3 ст. 2
Пакта, п.п. 1-3 ст. 9 Декларации о праве, ст. 13 Конвенции, ст. 2, ч. 2 ст. 15, ст.ст.
18, 19, 21, 33, ч. 1 ст. 45 Конституции РФ, Определением КС РФ № 42-О от 25.01.05
г.
8. Так как российские ответчики не желают адекватно реагировать на мое заявление
о покушении на мое убийство в условиях психиатрического стационара от 15.07.02
г. и препятствуют в проведении проверки по нему, поэтому прошу признать их всех
– Убийцами.
9. Обязать российских ответчиков дать ясный и четкий ответ: «Когда конкретно
будет рассмотрено заявление Усманова Р.Р. от 15.07.02 г. о покушении на его
убийство в условиях психиатрического стационара?»
10. Принять меры к внесению Мафиози мирового масштаба Путина В.В., членов его
Банды и их Обслугу, перечисленных в моих исках (п. 4.6 выше) в «Список
Магнитского» как инициаторов и нарушителей фундаментальных прав, то есть
источник Мракобесия, Беззакония и Произвола.
11. Объяснить сотрудникам Префектурыг. Пуатье (как, впрочем, Мэрии, полиции и суду),
что поскольку они являлись источником конфликта 15.01.19 г., а сотрудники COALLIA
источником конфликта практически являлись всегда, злоупотребляли своими правами и
должностным положением, нарушали мои фундаментальные права и вели себя
неправомерно, не ссылались на нормы права, подлежащие применению к
конкретным правоотношениям, поэтому ответственность за происходящее будут
нести они, а вопросы с обеспечением жилья и пособия будут разрешаться с
07.01.19 г., то есть с момента моего первого к ним обращения, поскольку это
предусмотрено законом, что более подробно им объяснено в п. 9.12.12
Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN): «… If a mistake has been caused by the
authorities themselves, without any fault of a third party, a different proportionality
approach must be taken in determining whether the burden borne by an applicant was
excessive» (§ 53 Постановления от 15.09.09 г. по делу «Moskal v. Poland») «… Если
ошибка была вызвана самими властями, без какой-либо вины третьей
стороны, должен быть применен иной подход к пропорциональности при
определении того, является ли бремя, наносимое заявителем, чрезмерным» (§
53 Moskal).
12. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушение моего права на получение
информации о публичных правоотношениях способами и средствами по своему выбору,
защищаемое ст. 19 Всеобщей декларации, п. 2 ст. 19 Пакта и заставить (§ 124
Постановление ЕСПЧ от 03.07.14 г. по делу «Georgia v. Russia (I)», §§ 318, 319
Постановления от 08.07.04 г. по делу «Ilascu and Others v. Moldova and Russia")
сотрудницу COALLIA сослаться на нормы закона, которые позволяет ей ограничивать
моё фундаментальное права, а также привести мотивы (п. 2 «с» ст. 41 Хартии), по
которым она отказывается подчиняться тем нормам права, на которые ссылаюсь я
(Заяв.№3040п.1.4Видео7 (https://goo.gl/9VTjBx)).
13. Обязать органы власти г. Пуатье неукоснительно исполнить Принцип 24 Принципов о
компенсации, ст. 10 Конвенции, § 124 Постановление ЕСПЧ от 03.07.14 г. по делу
«Georgia v. Russia (I)», п. 2 «с» ст. 41 Хартии и объяснить причины, по которым они
поставили меня в положение Жертвы, и о причинах и условиях, которые привели к
тому, что я полностью лишен возможности реализовать фундаментальное право на
доступ к Правосудию, защищаемое ст. 8 Всеобщей декларации, п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1
ст. 6 Конвенции и фундаментального права на компенсацию, защищаемого п. 3 ст. 2, п.

31
5 ст. 9, п. 6 ст. 14 Пакта, п. 5 ст. 5, ст. 13 Конвенции, ст. 3 Протокола № 7 к Конвенции,
так как они не обеспечили осуществление моих прав на юридическую помощь
и помощь переводчика.
14. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушение моих прав на юридическую
помощь и помощь переводчика при общении с ними и кем бы то ни было из
должностных лиц г. Пуатье.
15. Обязать органы власти г. Пуатье неукоснительно исполнить Принцип 24 Принципов о
компенсации, ст. 10 Конвенции, § 124 Постановление ЕСПЧ от 03.07.14 г. по делу
«Georgia v. Russia (I)», п. 2 «с» ст. 41 Хартии и объяснить причины, по которым они
поставили меня в положение Жертвы, цинично подвергали и подвергают
бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, обусловленному сокрытием
информации о всех правах и порядке их осуществления и невозможностью получения
ответов по существу поставленных вопросов, то есть адекватных, как то им
предписано п. 3 ст. 2, п. 2 ст. 19 Пакта, п.п. 1-3 ст. 9 Декларации о праве, ст.ст. 10 13
Конвенции.
16. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушения п. 3 ст. 2, п. 2 ст. 19 Пакта, п.
«а» ст. 6, п. 1 ст. 9 Декларации о праве, ст.ст. 10, 13 Конвенции, § 124 Постановление
ЕСПЧ от 03.07.14 г. по делу «Georgia v. Russia (I)», ст. 11, п. 2 «с» ст. 41 Хартии и
предоставить мне полную и исчерпывающую информацию о всех моих правах и
порядке их осуществления.
17. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушение моего права на оформление в
установленном законом порядке статуса беженца по политическим мотивам.
18. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушение моих прав, перечисленных в п.
3.1 заявления № 3095 и предоставить соответствующее моему возрасту и положению
жилое помещение, а также пособие с 07.01.19 г.
19. Обязать органы власти г. Пуатье устранить нарушения Принципа 24 Принципов о
компенсации, п. 3 ст. 2, ст. 19 Пакта, п. 6.4 Соображений КПЧ от 19.07.11 г. по делу
«Бутовенко против Украины», ст.ст. 10, 13 Конвенции, § 124 Постановление ЕСПЧ от
03.07.14 г. по делу «Georgia v. Russia (I)», п. 2 «с» ст. 41 Хартии «… установить
существование доступных средств правовой защиты, которые… » (§ 84 Постановления
от 11.10.11 г. по делу «Romanova v. Russia») «… способно непосредственно
исправить обжалуемую ситуацию и иметь разумные перспективы на успех (…)»
(§ 116 Постановления от 23.02.16 г. по делу «Mozer v. the Republic of Moldova and
Russia»), «… с помощью которого можно добиться рассмотрения жалобы по
существу» (§ 96 Постановления от 04.02.03 г. по делу «Lorsė аnd Others v. the
Netherlands») и чтоб «… была … рассмотрена именно жалоба на основании
Конвенции (…)» (§ 27 Постановления от 17.05.18 г. по делу «Ljatifi v. the former
Yugoslav Republic of Macedonia») и сообщить мне об этих средствах.
20. Неукоснительно исполнить ст. 53 Венской конвенции о праве международных
договоров, ст.ст. 2, 30 Всеобщей декларации, ст.ст. 3, 5 Пакта, ст. 1, 17 Конвенции,
признать, соблюсти и защитить фундаментальные права, гарантированные мне и моим
представителям нормами международного права и обеспечить их.
21. Исполнить требования п. 5, п. 6 «а» Декларации, п. 1 ст. 14, п. 2 ст. 19 Пакта, п. «а»
ст. 6, п.п. 1, 2, 3 «а» ст. 9 Декларации о праве, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 10 Конвенции в их
нормативном единстве и при решении вопроса о допустимости заявления разъяснить
объем и содержание всех прав и обязанностей сторон, исходя из фактического их
положения со ссылками на соответствующие нормыматериального и процессуального
внутреннего и международного законодательства, так как нарушение указанных
прав и определяют подсудность дела и отразить это в протоколе судебного
заседания.
22. Исполнить требования п. 5, п. 6 «а» Декларации, п. 1 ст. 14, п. 2 ст. 19 Пакта, «а» ст.
6, п.п. 1, 2, 3 «а» ст. 9 Декларации о праве, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 10 Конвенции в их
нормативном единстве и разъяснить все средства и способы правовой защиты, не
запрещенные внутренним законодательством, то ес ть разъяснить объем и содержание
всех этих средств и способов, а также их эффективность, как того требуют п. 3 ст. 2
Пакта, ст. 13 Конвенции.
23. Признать за мной правосубъектность (ст. 16 Пакта) беженца по политическим мотивам
(ст.ст. 13, 14 Всеобщей декларации, п. А.2 ст. 1 Конвенции ООН «О статусе беженцев»,
абзац 4 преамбулы к Конституции Французской Республики 1946 г., ст. 18 Хартии) и
Жертвой Банды Путина В.В. (Принципы 8, 9 Принципов о компенсации, п.п. 17 - 19
Преамбулы Директивы, п. 1 «a» «i» ст. 2 Директивы), которые забрали у меня всё моё
имущество и документы, лишили пенсии и всех средств к существованию и

32
подвергали меня незаконным уголовным преследованиям откровенно преступными
способами.
24. Исполнить требования п. «b» Принципа 3, принцип 4 Принципов о компенсации, п.
3 ст. 2 Пакта, п.п. 1.5 ст. 9 Декларации о праве, ст. 13 Конвенции, Директивы,
принять меры к проведению проверки по преступной деятельности Путина В.В. и
членов его Банды, перечисленных в моих исках (п. 4.6 выше) как организаторов
организованного преступного сообщества (ч.ч. 1, 4 ст. 210 УК РФ), целью которого
является совершение тяжких и особо тяжких преступлений не только
общеуголовного характера, но и преступлений против мира и человечества
(Жал.№2952Путин (https://goo.gl/oSzMvx)).
25. Поскольку Путин В.В. и члены его Банды, злоупотребляя правом, что им
запрещено ст. 5 Пакта, ст.ст. 19, 20 Декларации о праве, ст. 17 Конвенции, меня в
Москве, Санкт-Петербурге, Нижегородской, Магаданской и Кировской областях
откровенно преступными способами лишили прав на доступ к Правосудию (п. 1
ст. 14 Пакта, п.п. 2, 3 ст. 9 Декларации о праве, п. 1 ст. 6 Конвенции) и
эффективных средств правовой защиты (п. 3 ст. 2 Пакта, п. 1 ст. 9 Декларации о
праве, ст. 13 Конвенции), а также мнение (ст. 19 Пакта, ст. 6 Декларации о праве,
ст. 10 Конвенции) во всех проявлениях, поэтому прошу признать действующих
под видом Президента РФ Путина В.В. и членов его Банды, перечисленных в моих
исках (п. 4.6 выше) – ярко выраженными Уголовниками, а возглавляемые ими
структуры – преступными и террористическими организациями.
26. Поскольку Путин В.В. и члены его Банды, перечисленные в моих исках (п. 4.6
выше) создали Систему, при которой невозможно получить ответы по существу
поставленных вопросов и направленную на пытки, истязания, бесчеловечное и
унижающее достоинство обращение (Заяв.№3040БесчелОбращ2
(https://goo.gl/kusD7d)), а также привлечение заведомо невиновных к уголовной
ответственности, поэтому прошу признать их – заурядными Бандитами, а
возглавляемые ими структуры – Притонами, Вертепами, Малинами, Шалманами и
т.п. Клоаками («Не смотреть!!! , лично Путину В.В…»:
https://youtu.be/Zma4hyMRUJA), напичканными Отщепенцами, Подонками,
Негодяями и т.д.
27. Исполнить свои обязанности, предусмотренные п.п. «с», «d» Принципа 3, Принципами
11-14, 24 Принципов о компенсации, п. 1 ст. 14, п. 2 ст. 19 Пакта, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 10
Конвенции в их нормативном единстве, обязать ответчиков не глумится над п. 1 ст. 14
Пакта, п. 1 ст. 6 Конвенции и представить возражения на данный иск, которые
предоставить мне и моим представителям, а если они этого не сделают, то основать
решение на наших доводах, как того требует п. 1 ст. 6 Конвенции в интерпретации,
например, §§ 93-95, 99-109 Постановления ЕСПЧ от 03.07.14 г. по делу «Georgia v.
Russia (I)» и что более полно объяснено в п.п. 9.4 – 9.4.5 Заяв.№3040п.9Док-ва6
11-14, 24 Принципов о компенсации, п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14, п. 2 ст. 19 Пакта, п. 1 ст. 6,
п. 1 ст. 10, ст. 13 Конвенции в их нормативном единстве и принять меры к переводу
данного иска на французский язык, а также обеспечить мое право на помощь
переводчика на всё время производства по делу.
11-14, 24 Принципов о компенсации, п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14 Пакта, п. 1 ст. 6, ст. 13
Конвенции в их нормативном единстве и принять меры к обеспечению моего права на
юридическую помощь.
30. Исполнить требования ст. 19, п. 1 ст. 27 Всеобщей декларации, п. 1 «b» ст. 15 Пакта об
экономических правах, Декларацией о развитии, п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14, ст. 19 Пакта, п.п.
9, 18, 43 Замечаний общего порядка № 34 КПЧ ООН, п. 8.6 Соображений КПЧ ООН от
24.07.2014 г. по делу «Марина Коктыш против Республики Беларусь»; п. 1 ст. 6, ст. 10,
ст. 10 Конвенции, Рекомендациями СЕ R (84) 5 «О принципах гражданского
судопроизводства, направленных на усовершенствование судебной системы», принятой
28.02.84 г., № R (2001) 3 «По распространению судебной и иной юридической
информации путем использования новых технологий», принятой 28.02.01 г., №
CM/REC(2014)6 «О руководстве по правам человека для пользователей интернета»,
принятой 16.04. 2014 г., п. «а» ст. 2, п.п. 1-3 ст. 6, п.п. 1, 2 ст. 7 Типового закона
ЮНСИТРАЛ об электронных подписях, п.п. 19, 21 Преамбулы, п.п. 1-5 ст. 2, ст. 5

33
Директивы № 1999/93/ЕС в их нормативном единстве, признать за мной и моими
представителями права на пользоваться благами научного прогресса, Интернет-
технологиями (п. 8.5 Решения от 21.08.15 г. по делу «Ф. против Австрии», § 5 раздела I
«B» Постановления от 23.07.1968 г. по делу «Делу "О некоторых аспектах законов об
использовании языков в процессе обучения в Бельгии" против Бельгии») и
эффективные средства правовой защиты (§ 36 Постановления от 04.12.95 г. по делу
«Bellet v. France», §§ 44, 45 Постановления от 06.10.16 г. по делу «K.S. and M.S. v.
Germany»), представлять иски, жалобы и доказательства в электронной форме.
31. Исполнить требования ст. 19, п. 1 ст. 27 Всеобщей декларации, п. 1 «b» ст. 15 Пакта об
экономических правах, Декларации о развитии, п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14, ст. 19 Пакта, п. 1
ст. 6, ст.ст. 10, 13 Конвенции во взаимосвязи со ст.ст. 2, 7 Всеобщей декларации, ст. 26
Пакта, ст. 14 Конвенции, запрещающие различное обращение с лицами, находящиеся
в одинаковых или сходных ситуациях и предоставлять выносимые решения на
русском языке в электронной форме на адреса указанных электронных почт .
32. Исполнить требования ст. 8 Всеобщей декларации, п.п. 4, 6 «е», 8, 12 «а» Декларации,
п. 3 ст. 2 Пакта, Принцип 18 Принципов о компенсации, ст. 13 Конвенции, п. 3 ст. 41
Хартии, Постановление от 29.03.06 г. по делу «Scordino v. Italy» (§§ 182-192, 202-215),
ст. 53 Конституции РФ, ст. 2, ч. 2 ст. 12 ГПК РФ, п. 16 ППВС РФ № 25 от 23.06.15 г. и
принять меры к предотвращению неоправданных задержек по выплате компенсации за
причинение морального и материального вреда, так как «… возмещение в связи с
допущенным нарушением Конвенции ложится в первую очередь на власти
соответствующего государства-ответчика. В этой связи вопрос о том, может ли
заявитель считать себя жертвой нарушения положений Конвенции или нет, имеет
значение на любой стадии рассмотрения дела Европейским Судом (§ 32 Постановления
от 04.03.03 г. по делу «Posokhov v. Russia»). … решение или мера, имеющие
благоприятные последствия для заявителя, в принципе, не могут служить достаточным
основанием для лишения заявителя статуса «жертвы», если только власт и
соответствующего государства не признают, в прямой форме или на практике,
нарушения Конвенции и не предоставят в связи с этим возмещения (…)» (§ 33 там же).
33. Взыскать в мою пользу с казны соответствующего муниципального образования
Франции (§ 71 Постановления от 26.07.11 г. по делу «Georgel and Georgeta Stoeiscu v.
Romania») 157 400 евро за причинение морального вреда, обусловленного нарушением
моих фундаментальных прав, заведомо незаконное задержание, обыск и потерю
времени, что объяснено в п.п. 4 - 4.2 выше.
34. Взыскать в мою пользу с казны соответствующего муниципального образования
Франции 1 671 232,86 доллара США за причинение материального вреда, что объяснено
в п. 4.5 выше.
35. Взыскать в пользу моих представителей с казны соответствующего муниц ипального
образования по 1 600 евро каждому за оказание мне юридических услуг, что объяснено
в п. 4.3 выше, в противном случае они подадут иски по месту своего жительства за
нарушение их прав, что достаточно подробно объяснено в исковом заявлении № 3063
(Папка №3063 (https://goo.gl/FgWR5G)).
36. Взыскать в мою пользу и пользу моих представителей доход за 20 лет
непосредственно с Мафиози Путина В.В. и перечисленных членов его Банды, что
объяснено в п. 5 иска № 3090 и п.п. 4.6 – 4.6.1 выше.
37. Взыскать с Казны РФ в мою пользу и пользу моих представителей 6 328 836,06
долларов США за причинение материального вреда, что объяснено в п. 4.6.2 выше.
38. Взыскать с Казны РФ в мою пользу и пользу моих представителей эквивалент
финансирования преступных и террористических организаций, действующих под
видом «Администрация Президента РФ», «Совет Федерации РФ», «Верховный Суд
РФ», «Квалификационная коллеги судей РФ», «Совет судей РФ», «Генеральная
прокуратура РФ», «Следственный комитет РФ» и «ФСБ РФ» с 21.07.2002 г., когда
откровенно преступными способами было возбуждено уголовное дело № 3878 и
возникшей у них обязанностью обеспечить моё право на компенсацию и до
момента выплаты по данному иску за причинение морального и материального
вреда.
39. Назначить экономическую экспертизу с целью установления размера хищений
Путиным В.В. и его Бандой моей собственности от незаконной добычи и
продажи принадлежащих мне по факту рождения в России полезных
ископаемых, а также установления процентов, пени и т.п., то есть установления
реального ущерба и упущенной выгоды.

34
40. Исполнить Конвенцию ООН против коррупции и в счет обеспечения иска наложить
арест на имущество Путина В.В. и перечисленных в иске членов его Банды, а также
их детей (https://youtu.be/eXYQbgvzxdM - «Чайка». Фильм Фонда борьбы с
коррупцией) и ближайшего их криминального окружения во всех уголках земного
шара, например, якобы олигархов Ротенбергов, Усманова А.Б., Абрамовича Р.А.,
Потанина В.О, Вексельберга В.Ф., Дерипаско О.В., тех, кто указан в фильме
Навального А. «Он вам не Димон» (https://youtu.be/qrwlk7_GF9g), Людмилы
Путиной (https://kompromat1.news/articles/90612-
dvortsy_i_pomestjja_ljudmily_putinoj), родственников Пескова Д.С. (… грубо говоря,
для пиара…: https://youtu.be/dHGuT6sPCQI) и т.п., как организованного
преступного сообщества, обязанного отвечать по долгам за причиненный
вред.
41. Взыскать в мою пользу и пользу моих представителей с источника финансирования
Взяточников из ЕСПЧ 5 671 232,82 доллара США, что объяснено в п. 4.8 выше.
42. Принять меры к возмещению данной суммы в форме регресса с Гвидо Раймонди и
иных Взяточников, уничтоживших Конвенцию в ЕСПЧ, что доказывают все их
решения по моим обращениям и обращениям членов МОД «ОКП».
43. Взыскать с Казны Литвы 1 397 260,26 долларов США, что объяснено в п.п. 4.7 – 4.7.1
выше.
44. Взыскать с ответчиков в солидарном порядке все расходы, связанные с рассмотрением
данного иска.
Конвенции, § 100 Постановления от 11.12.08 г. по делу «Trapeznikova v. Russia» в их
нормативном единстве, сформулировать пределы доказывания и достаточный объем
доказательств, для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию.
46. Исполнить свои обязанности, предусмотренные п.п. «с», «d» Принципа 3,
Принципами 11-14, 24 Принципов о компенсации, п. 1 ст. 14, п. 2 ст. 19 Пакта, п. 1
ст. 6, п. 1 ст. 10 Конвенции, § 100 Постановления от 11.12.08 г. по делу
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из администрации
Путина В.В. и исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы на
них и предоставить мне возможность ознакомиться с ними с помощью своих
технических средств.
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из верховного
якобы суда РФ и исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы на
них и предоставить мне возможность ознакомиться с ними с помощью своих
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из высшей
квалификационной коллегии якобы судей РФ и исследовать все мои обращения,
материалы проверки и ответы на них и предоставить мне возможность
ознакомиться с ними с помощью своих технических средств.
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из
генпрокуратуры и исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы
на них и предоставить мне возможность ознакомиться с ними с помощью своих
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из СК РФ и
исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы на них и

35
предоставить мне возможность ознакомиться с ними с помощью своих технических
средств.
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать из ФСБ РФ и
исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы на них и
средств.
«Trapeznikova v. Russia» в их нормативном единстве, истребовать у властей Литвы
и исследовать все мои обращения, материалы проверки и ответы на них и
средств.
Конвенции, § 100 Постановления от 11.12.08 г. по делу «Trapeznikova v. Russia» в их
нормативном единстве, истребовать из Префектуры, Hotel de Ville, ССАS и иных
организаций, где я был и исследовать видеозаписи, а также иные материальные следы
моего присутствия и предоставить мне возможность ознакомиться с ними с помощью
своих технических средств.
54. Так как я фактически являюсь потерпевшим (п.п. п.п. 9.12.13 – 9.12.13.4
Заяв.№3040п.9Док-ва6 (https://goo.gl/gVeQnN) ), поэтому госпошлину я платить не
должен. Однако прошу освободить меня от уплаты госпошлины в каком бы то ни было
виде, так как на данное время я по вине Путина В.В. и членов его Банды формально
являюсь не работающим и фактически не имеющим постоянного источника дохода,
поскольку Путин В.В. и его подельники, забрав у меня всё моё имущество и
документы, как Путин В.В. это сделал с Бобом Крафтом, когда украл у него кольцо
(http://pereveliozvuchil.com/857/ubi/) и показал всему миру, что наделил себя правом
грабить и воровать у кого ему угодно и что ему угодно, лишили меня права
распоряжаться своей собственностью и имуществом, которое можно было бы заложить
или реализовать. Также прошу учитывать и то, что Путин В.В. и перечисленные выше
его подельники вогнали меня в долги, а поэтому прошу возложить ответственность по
уплате любой пошлины на причинителей вреда.
55. Так как статус лица определяется соответствующими его положению нормами
действующего законодательства и доказательствами, а не решением какого-
либо органа власти, тем более незаконного, необоснованного и немотивированного,
поэтому прошу оказать мне содействие в оформлении доверенностей на всех моих
представителей.
56. Обеспечить участие избранных мной защитников и представителей (ст.ст. 20, 21, 47
Хартии) во всех проводимых в отношении меня действиях посредством видеосвязи (п. 2
«b» ст. 32, п. 4 ст. 32 Конвенции ООН против коррупции, п. 3 ст. 2, п. 1 ст. 14, ст.ст. 19,
26 Пакта, п. 1 ст. 6, ст.ст. 10, 13, 14 Конвенции, ч. 1 ст. 6 ГК РФ, ст. 1551
ГПК РФ, ст.
142 КАС РФ).
57. Все документы по делу прошу присылать на мой электронный адрес и электронные
адреса моих представителей, как это предусмотрено ст. 42 Хартии.
58. Ответыдать как мне, так и всем моим личным адвокатам и личным представителям и в
них указывать номер моего обращения.
Ответственность за заведомо ложный донос, достоверность изложенных сведений и
используемую терминологию несет Усманов Р.Р.
14.02.19 г. Усманов Р.Р.

Rafael Usmanov. Statement 3102 dated February 14, 2019.

More Related Content

What's hot

Similar to Rafael Usmanov. Statement 3102 dated February 14, 2019.

More from Irina Wickholm

Rafael Usmanov. Statement 3102 dated February 14, 2019.