Документ посвящен памяти жертв политических репрессий в годы сталинизма, освещая массовые аресты и казни, а также судьбы нескольких известных литераторов. Он описывает влияние репрессий на разные социальные группы, включая интеллигенцию и коренные народы, и приводит статистические данные о потерях. Отдельное внимание уделяется художественному отражению этого периода в творчестве поэтов, таких как Ахматова и Бергольц.

1. 30 октября– День памяти жертв политических репрессий
Писатели и поэты в годы сталинских
репрессий
«Презентацию подготовила библиотекарь-библиограф О.В.Матвеева. Мурманский колледж экономики и информационных технологий»

2. О, моя беспечальная,
Безоглядная Русь!
Про дорогу кандальную
Рассказать не берусь…
Так уж было положено,
Ни за что нас губили.
Но не можем, не можем мы,
Чтоб о нас позабыли!
В безымянных могилах
Мы окончили век…
Кто забыть о нас в силах,
Если он – человек?
Почти 80 лет назад в нашей стране началась
эпоха массовых репрессий. 31 июля 1937 года
вышел приказ об операциях по репрессированию
бывших кулаков, уголовников и других
антисоветских элементов.

3. Определение «37-ой год» стало сегодня
нарицательным. Тридцать седьмой – этап,
начало эпохи сталинских лагерей и репрессий.
Период нахождения Сталина у власти
ознаменован с одной стороны
индустриализацией страны, победой в Великой
Отечественной войне, массовым трудовым и
фронтовым героизмом, превращением СССР в
сверхдержаву со значительным научным,
военным и промышленным потенциалом,
усилением политического влияния Советского
Союза в мире.
С другой — установлением тоталитарного диктаторского
режима, массовыми репрессиями, иногда направленными против
целых социальных слоёв и этносов, коллективизацией, приведшей к
резкому спаду в сельском хозяйстве и голоду 1932—1933 г.г,
миллионными людскими потерями (в результате войн, депортаций,
немецкой оккупации, голода и репрессий).

4. Во имя великих целей гигантский маховик
поглощал миллионы жизней, ломал судьбы
людей. Было это, кажется, совсем давно, и,
может, даже неправда. Но для многих – это
часть их жизни. Лагеря, работа на разгрузке, в
угольных шахтах и т.д. Тем, кто остался жив,
конечно,– повезло, да и статья-то часто была
сначала расстрельная.
До сих пор осталось много белых пятен по
истории репрессий в СССР.
Сегодня нас поражают даже официально
опубликованные итоги за годы «Большого террора»
(1937-38 гг.): 1 344 923 арестованных, 681 692
расстрелянных. Некоторые исследователи называют
другие числа: 12-14 млн. арестованных, не менее 1 млн.
расстрелянных. Может быть, истины мы не узнаем
никогда, потому что места расстрелов и захоронений
открываются случайно, так как они тщательно
скрывались работниками НКВД.
Рисунки художника К. Иванова

5. Крупнейшими лагерями, в которых отбывали наказания заключённые,
находились на Соловках и на Колыме.
С Соловецких островов было только два побега. Существовали разные
меры умерщвления людей. Из 84 тысяч человек погибло 43 тысячи человек.
На Колыме в разные годы отбывали наказание 2,5 млн. человек из них
погибло 950 тыс. человек.
Умирали от истощения и связанными с ним болезнями.
Размер пайка стал для лагерной администрации главным средством
заставить заключённых до конца выкладываться на работе. Ударникам
полагался усиленный паёк и возможность досрочного освобождения, а тем
кто не выполнил норму безжалостно паёк урезали.
С 1938 г. начали проводить массовые расстрелы, тем самым избавились
от неугодных заключённых.

6. Спецпереселенцы внесли значительный вклад в электрификацию
Кольского полуострова, создание Северного горно-химического
государственного треста «Апатит», совхоза «Индустрия» в Хибинах.
Факты свидетельствуют о том, что спецпереселенцы в основной массе
представляли собой настоящих тружеников, подлинно деловых людей, которые
работали в любых условиях и своим трудом преображали среду обитания.
Во время Великой Отечественной войны ряд мужчин из числа
спецпереселенцев были отправлены на фронт, где героически сражались за
Родину. Многие из них были удостоены боевых наград.

7. Самыми крупными местами спецпоселений были Хибиногорск (Кировск), в
котором проживало в 1934 году 6277 семей в количестве 19261 спецпереселенца,
спецпоселок городского типа Нивастрой, в котором в 1931 году проживало 1466
семей спецпереселенцев в количестве 6166 человек. В спецпоселке №5 (центр
Мончегорска) в 1938 году размещалась 241 семья; спецпоселок Дальние Зеленцы,
построенный для астраханских «бывших кулаков» в 1931 году, размещал 500
семей. Таким образом, только в четырех центрах спецпоселений проживало 8484
семьи спецпереселенцев в количестве 30426 трудоспособных людей в возрасте
старше 16 лет.
остатки инфраструктуры
ГУЛАГовского лагеря в районе
72-го километра дороги
Апатиты – пос. Коашва.
На территории Мурманской области ныне
проживает более 2-х тысяч реабилитированных
жертв политических репрессий.
По архивным данным, на Кольский полуостров
только в 1930-1931 годах было выслано более 8 тысяч
семей спецпереселенцев (раскулаченных) в
количестве 50 тысяч человек. Для сравнения: на 1
января 1931 года все население Мурманского округа
составляло 33505 человек, а в городе Мурманске
проживало 23754 человека.

8. На территорию Мурманской области не только высылали
репрессированных. Репрессиям подверглось и коренное
население – саамы.
Первые аресты были ещё в 1930 году. Они связывались с
коллективизацией оленеводческих хозяйств. Не хотели пастухи
отдавать своих оленей в общее стадо. Но по-настоящему
завихрило в 1937г.-1938г.
Арестовывались люди разных возрастов, забирали 27-
летних, не оставляли в покое стариков 66 лет и женщин.
Причины для ареста оказывались самые разные: нелестно
отозвался о колхозе, или председателе – антисоветская
пропаганда. Общался хоть единожды с оленеводом из соседней
Финляндии или Норвегии – шпионаж. Взяли того, с кем ты
прежде работал или был знаком, - связь с врагом народа. Редко у
кого в деле значился один пункт, обычно шёл набор, иногда из
5-6. Видя сегодня этот перечень в уголовно-следственном
«деле», можно, не читая его до конца, определить содержание –
ВМН (высшая мера наказания).
За что? За то, что жизнь
любил?
Оленей пас, семью кормил.
Или за преданность земле
Свинцом прошили в
тишине?
саамский поэт- бард
Иван Матрёхин
Так 22.10.1938 года в один день на Левашовской пустоши расстреляли вместе в
Алымовым - директором Мурманского краеведческого музея 7 саамов и 7 коми за
участие в «Саамской националистической повстанческой диверсионно-вредительской
организации».

9. По данным работы комиссии, в годы правления Сталина в нашей стране
незаконно репрессировано около 2 тысяч литераторов, около 1,5 тысяч из
них погибли в тюрьмах и лагерях, 150 человек пропали без вести.
Вот имена некоторых из них: Андреев Василий, Баршев Николай,
Безбородов Сергей, Белинков Аркадий, Белицкий Георгий, Мандельштам
Осип, Белых Григорий, Бергольц Ольга, Берков Павел, Бескина Анна, Клюев
Николай, Якир Петр, Бородин Леонид, Куклин Георгий, Бродский Иосиф,
Буковский Владимир, Вайне Аалто, Горбунов Дмитрий, Введенский
Александр, Владимирова Елена, Ахматова Анна, Войтинская Надежда,
Выгодский Давид, Гаген-Торн Нина, Платонов Андрей, Глезель Самуил,
Гнедич Татьяна, Горбачов Георгий, Солженицын Александр, Григоренко
Петр, Губер Петр, Гуковский Григорий, Гумилев Лев, Гумилев Николай,
Разгон Лев, Жигулин Анатолий, Давыдов Юрий, Цветаева Марина, Жженов
Георгий, Копелев Лев, Коржавин Наум, Зощенко Михаил, Кузнецов Эдуард,
Ларри Ян, Клещенко Анатолий, Пастернак Борис, Пильняк Борис, Светов
Феликс, Синявский Андрей, Грабарь Леонид, Тарсис Валерий, Шаламов
Варлам, Брыкин Николай, Васильева Раиса …
и многие, многие другие…

10. В творчестве поэтессы ощущается социальная
нестабильность до революционного времени. Анна Ахматова
испытала на своей жизни смену социального строя. Гумилев был
обвинен в контрреволюционной деятельности и в 1923 году по
приговору суда казнен. В тридцатых годах неоднократно
арестовывали ее сына, который на то время учился в
Ленинградском университете. Арестам подвергался и ее третий
муж Николай Лунин. Поэтесса жила в постоянном страхе за свою
свободу.
Господь Бог сохранил поэтессу от репрессий, но эта тема
стала ведущей в творчестве поэтессы.
«Реквием» — произведение о гибели людей, страны, основ
бытия. Поэма состоит из нескольких стихотворений, связанных
друг с другом одной темой, – темой памяти о тех, кто в
тридцатые годы оказался в тюремных застенках, и о тех, кто
мужественно перенес аресты родных, смерть близких и друзей,
кто пытался помочь им в трудную минуту. Описать все ужасы
ежовщины попросила ее незнакомая женщина, так же, как и
Ахматова, стоявшая в тюремных очередях в Ленинграде.
Всем, кто клеймен был статьёю полсотни восьмою,
Кто и во сне окружён был собаками, лютым конвоем,
Кто по суду, без суда, совещаньем особым
Был обречён на тюремную робу до гроба,
Кто был с судьбой обручён кандалами, колючкой, цепями,
Им, наши слезы и скорбь, наша вечная память!

11. 1937 год... Репрессии коснулись бывшего мужа –
Николая Корнилова арестовывают по подозрению в участии в
антисоветской организации, его расстреляли в феврале 1938 года.
В июле 1937 г. она проходила свидетелем по делу Корнилова.
Показания из неё выбивали. Все пытки и жестокие избиения
зафиксированы документами. В июле 1937-го во время допроса у
женщины начались преждевременные роды –дочь родилась
мертворожденной.
В ночь с 13 на 14 декабря 1938 года Ольгу Бергольц саму арестовали
по обвинению в «связи с врагами народа и участии в
контрреволюционном заговоре». Как выяснилось позже, под пытками её
оклеветал хороший друг, поэт Леонид Дьяконов.
К тому времени Ольга снова была беременна, но в апреле 1939 года
после побоев в тюремной больнице она потеряла и последнего
ребёнка...
Между тем, следствие разобралось, что Бергольц ни в чём не
виновата. В июле 1939 года её дело прекращено за отсутствием состава
преступления. Ольга была полностью реабилитирована. В декабре 1939
года в своём тщательно скрываемом «Запретном дневнике» Ольга
Бергольц вспоминает: «Вынули душу, копались в ней вонючими
пальцами, плевали в неё, гадили, потом сунули её обратно и говорят:
«живи».
Этот страшный период отражен в тюремных стихотворениях,
вошедших в сборник «Никто не забыт – ничто не забыто».
Нет, не из книжек наших скудных,
подобья нищенской сумы,
узнаете о том, как трудно,
как невозможно жили мы.
Как мы любили – горько, грубо.
Как обманулись мы, любя,
как на допросах, стиснув зубы,
мы отрекались от себя.
И в духоте бессонных камер,
все дни и ночи напролет,
без слов, разбитыми губами
шептали: «Родина… Народ…»
И находили оправданья
жестокой матери своей,
на бесполезное страданье
пославшей лучших сыновей.

12. После выхода в свет сборника «Столбцы» и поэмы
«Торжество земледелия» подвергся жестокой критике,
отягощённой политическими обвинениями.
19 марта 1938 г. Заболоцкий был арестован и затем осуждён
по сфабрикованному делу за антисоветскую пропаганду. От
смертной казни его спасло то, что, несмотря на тяжелейшие
физические испытания на допросах, он не признал обвинения в
создании контрреволюционной организации, куда якобы
должны были входить Н. Тихонов, Б. Корнилов и др. Срок он
отбывал с февраля 1939 г. до мая 1943 г. в системе Востлага НКВД
в районе Комсомольска-на-Амуре; затем в системе Алтайлага в
Кулундинских степях; с марта 1944 г. — в Караганде, уже
освобождённым из-под стражи.
В таких условиях Заболоцкий совершил творческий подвиг:
закончил переложение «Слова о полку Игореве» (начатое в
1937 г.), ставшее лучшим в ряду опытов многих русских поэтов.
В 1944 году освобождён, вскоре вместе с приехавшей к нему
семьёй перебрался в Караганду. Благодаря хлопотам многих
видных писателей, ходатайствовавших за Николая Заболоцкого и
во время ссылки), с января 1946 года получил возможность жить
в Москве.
В мемуарах поэта Николая Заболоцкого «История моего
заключения» — опыт жертвы сталинских репрессий.
Мемуары опубликованы в России в 1988 г.
«Где-то в поле возле Магадана,
посреди опасностей и бед,
в испареньях мерзлого тумана
шли они за розвальнями вслед...
От солдат, от их луженых глоток,
от бандитов шайки воровской
здесь спасали только околодок
да наряды в город за мукой...
Вот они и шли в своих бушлатах –
два несчастных русских старика,
вспоминая о родимых хатах
и томясь о них издалека...
Стали кони. Кончилась работа,
смертные доделались дела.
Обняла их сладкая дремота,
в дальний край, рыдая, повела...
Не нагонит больше их охрана,
не настигнет лагерный конвой,
лишь одни созвездья Магадана
засверкают, став над головой...»

13. В ноябре 1933 году Мандельштам пишет стихи
против Сталина "Мы живем, под собою не чуя страны..."
Стихи быстро получили известность, разошлись в
списках по рукам, заучивались наизусть. Участь
Мандельштама была предрешена: 13 мая 1934 года следует
арест. Однако приговор оказался сравнительно мягким.
Защита Бухарина смягчила приговор - выслали в
Чердынь-на-Каме, где пробыл две недели, заболел, попал
в больницу. Был отправлен в Воронеж, где работал в
газетах и журналах, на радио. После окончания срока
ссылки живет в Калинине. Получив путевку в санаторий,
уезжает с женой в Саматиху, где он был вновь арестован
(формально - по письму наркому Ежову генерального
секретаря Союза Советских писателей В. П. Ставского).
Приговор - 5 лет лагерей за контрреволюционную
деятельность. Поэта отправляют по этапу на Дальний
Восток.
Пусти меня, отдай меня, Воронеж:
Уронишь ты меня иль проворонишь,
Ты выронишь меня или вернешь,
Воронеж – блажь, Воронеж – ворон,
нож…
С нар приподнявшись
на первый раздавшийся звук,
Дико и сонно еще озираясь вокруг,
Так вот бушлатник шершавую песню поет
В час, как полоской заря над острогом
встает.
27 декабря 1938 года в пересылочном лагере "Вторая речка" под Владивостоком,
доведенный до грани безумия, Мандельштам умирает в больничном бараке в лагере, по
официальному заключению — от паралича сердца, а по свидетельству некоторых
заключенных - на сорной куче.
В.Шкловский сказал о Мандельштаме: "Это был человек... странный... трудный...
трогательный... и гениальный!" Жена поэта Надежда Мандельштам и некоторые испытанные
друзья поэта сохранили его стихи, которые в 1960-е появилась возможность опубликовать.

14. Однако ощущение приближающейся катастрофы не покидало Б. Пильняка: в ожидании
ареста сжигались в Переделкине "опасные" рукописи, документы, письма; многое исчезло
при аресте. От своей судьбы Б. Пильняк, что называется, не ушел: в 1937 году он стал
жертвой репрессий.
28 октября 1937 года был арестован. 21 апреля 1938 года осуждён Военной коллегией
Верховного Суда СССР по сфабрикованному обвинению в государственном преступлении —
он был обвинен в том, что наряду с участием в «антисоветской, троцкистской диверсионно-
террористической организации" также "являлся агентом японской разведки» (он был в
Японии и написал об этом в своей книге «Корни японского солнца») — и приговорён к
смертной казни. И в тот же день (по другим сведениям — на другой день) Б. Пильняк был
расстрелян.
Реабилитирован Б.А. Пильняк был в 1956 году. Со времен перестройки (после 1987 года)
выходят многочисленные произведения, документальные и мемуарные материалы,
критические работы о творчестве писателя.
В 1935 году Борисом Пильняком был написан роман "Созревание
плодов".
В 1936 году писатель переехал в подмосковный дачный поселок
Переделкино, где были выделены дачи для советской писательской
элиты — К. Федина, Л. Леонова, Б. Пастернака и других.

15. «Хрущевская оттепель» открыла Солженицыну путь в большую литературу. Сообщение о
присуждении ему Нобелевской премии 1970 года вызвало новую волну репрессий, в 1974 г. писатель
был выслан из СССР на долгие 20 лет. Писатель счел возможным вернуться на Родину в 1994 г.
"Архипелаг ГУЛАГ" (1973; в СССР распространялся нелегально), — "опыт художественного
исследования" государственной системы уничтожения людей в СССР; получил международный
резонанс, повлиял на изменение общественного сознания, в т. ч. на Западе.
Интересна сама внутренняя тематическая структура прозы писателя (отчасти совпадающая с
той последовательностью, в какой приходили к читателю произведения Солженицына): сначала
повесть «Один день Ивана Денисовича» (квинтэссенция «лагерной» темы); затем роман «В круге
первом» (жизнь ученых-лагерников в закрытом исследовательском институте — с более
«щадящим» режимом и с возможностью общения с умными, интересными коллегами по
«интеллигентной» работе); повесть «Раковый корпус» (о борьбе с болезнью бывшего зэка, а теперь
ссыльного); рассказ «Матренин двор» (о «вольной» жизни бывшего ссыльного, пусть эта «вольная»
деревенская жизнь лишь немногим отличается от условий ссылки).
9 февраля 1945 за критику действий И.В.Сталина в личных письмах к
другу детства Николаю Виткевичу капитан Александр Исаевич Солженицын
был арестован и 27 июля осужден на 8 лет исправительно-трудовых лагерей. В
лагерях пробыл с 1945 по 1953 в Новом Иерусалиме под Москвой; в так
называемой шарашке - секретном научно-исследовательском институте в
поселке Марфино под Москвой; в 1950-1953 находился в заключении в одном
из казахстанских лагерей. В феврале 1953 был освобожден без права
проживания в Европейской части СССР и отпрален на вечное поселение (1953-
1956); жил в ауле Кок-Терек Джамбульской области (Казахстан).
3 февраля 1956 решением Верховного Суда СССР Александр Солженицын
был реабилитирован и переехал в Рязань. Работал учителем математики.

16. Варлам Тихонович Шаламов прожил 75 лет. 18 лет своей
жизни он провёл в лагерях,14 из которых прошли на Колыме, в
ГУЛАГе. 12 января 1937 Шаламов был арестован «за
контрреволюционную троцкистскую деятельность» и осужден
на 5 лет заключения в лагерях с использованием на физических
работах.
Шаламов работал в забоях золотого прииска в Магадане,
затем, будучи осужден на новый срок, попал на земляные
работы, в 1940–1942 работал в угольном забое, в 1942–1943 на
штрафном прииске в Джелгале. В 1943 получил новый 10-летний
срок «за антисоветскую агитацию», работал в шахте и
лесорубом, пытался бежать, после чего оказался на штрафной
зоне.
Что я видел и понял в лагере:
Чрезвычайную хрупкость
человеческой культуры,
цивилизации. Человек становился
зверем через три недели — при
тяжелой работе, холоде, голоде и
побоях.
Жизнь Шаламову спас врач А.М.Пантюхов, который направил его на фельдшерские курсы при
больнице для заключенных. По окончании курсов Шаламов работал в хирургическом отделении
этой больницы и фельдшером в поселке лесорубов. В 1949 Шаламов начал писать стихи,
составившие сборник Колымские тетради (1937–1956).
Варлам Шаламов был официально освобождён в 1951 году, но ещё 2 года ему понадобилось для
получения разрешения покинуть Колыму.
«Колымские рассказы» В. Шаламова - это книга-очерк, памфлет, свидетельство того, как
государственная политическая машина воздействовала на человека, превращая его в «винтик» и
«колёсико» общегосударственного «дела». Это судьба мучеников, не бывших, не умевших, и не
ставших героями. В этих рассказах взяты люди без биографии, без прошлого и без будущего.

17. Реабилитация жертв политических репрессий началась
в СССР в 1954 году. В середине 1960-х эта работа была
свернута и возобновилась лишь в конце 80-х годов.
Кронид Любарский
30 октября 1974 года по инициативе участника
правозащитного движения в Советском Союзе,
политзаключенного Кронида Любарского и узников
мордовских и пермских лагерей была объявлена
голодовка в знак протеста против политических
репрессий в СССР и против бесчеловечного
обращения с заключенным в тюрьмах и лагерях, и с
тех пор советские политзаключенные ежегодно
отмечали голодовкой этот день, называя его Днем
политзаключенного.
В тот же день советский диссидент, российский правозащитник, политик
Сергей Ковалёв собрал в квартире Андрея Дмитриевича Сахарова в Москве пресс-
конференцию, на которой было объявлено о проходящей акции.

18. С 1987 г. День политзаключенного
отмечался демонстрациями, проходившими
в Москве и других городах СССР. В частности
30 октября 1989 г. демонстрации прошли в
десятках городов от Калининграда до
Хабаровска, около 3 тысяч человек со
свечами в руках выстроились в виде "живой
цепочки", вокруг здания КГБ СССР. Когда
участники этой акции отправились
шествием на Пушкинскую площадь с целью
проведения митинга, они были жестоко
разогнаны ОМОНом.
Но уже спустя четыре года
Постановлением Верховного Совета РСФСР
от 18 октября 1991 года этот день 30 октября
был официально установлен как День
памяти жертв политических репрессий. Хроники текущих событий» - подпольный
правозащитный бюллетень, выходивший в
1968-1983гг.

19. По указу президента Российской Федерации 30 октября
отмечается, как День памяти жертв политических репрессий. В
памяти народной должна храниться трагическая страница
истории расправы над собственным народом (за которой
тысячи искалеченных людских жизней и судеб); а такие слова
как «сталенщина», «ежовщина», репрессии, террор не должны
существовать в политической жизни стран. Мы должны чтить
память тех, кто незаслуженно пострадал или погиб в те
страшные для нашей страны годы.
Новое время снимает завесу с
прошлого. Писатели, оказавшиеся в
сталинских застенках, достойны
памяти. Их не сломили годы гонений и
лагерного затворничества.
Исследования архивных материалов и
краеведческая работа вернули нам
творчество огромного числа
писателей.

20. «Презентацию подготовила библиотекарь-библиограф О.В.Матвеева. Мурманский колледж экономики и информационных технологий»