айзерман. от последнего звонка до выпускного вечера

1,232 views

Published on

0 Comments
0 Likes
Statistics
Notes
  • Be the first to comment

  • Be the first to like this

No Downloads
Views
Total views
1,232
On SlideShare
0
From Embeds
0
Number of Embeds
76
Actions
Shares
0
Downloads
4
Comments
0
Likes
0
Embeds 0
No embeds

No notes for slide

айзерман. от последнего звонка до выпускного вечера

  1. 1. ИДОЛОГИЧЕСКАЯ РАБОТАЛИЦОМ К ЧЕЛОВЕКУ Л. С. Айзерман ОТ ПОСЛЕДНЕГО ЗВОНКА-ДО ВЫПУСКНОГО ВЕЧЕРА МЕСЯЦ ИЗ ЖИЗНИ УЧИТЕЛЯ ЛОВЕКЕ
  2. 2. (Вместо предисловия)
  3. 3. Никогда еще мы так сообща, страстно, взволнованно не обсуждали вопрос — как любить Николаевич Ельцин поставит перед ними ряд животрепещущих вопросов. Среди нихдетей, как обучать и воспитывать их, как формировать Человека в человеке, чтоб первые: соответствует ли ход реформы динамизму происходящих в стране и в Москвесостоялся наш идеал — «цельный, действительный, всесторонний, совершенный, преобразований в экономической и социальной сфере? Что главное в реформе? Не свелиобразованный человек». ли мы ее только к укреплению материальной базы? Почему, так сказать, «посерел» Замечательный педагог нашего времени В. А. Сухомлинский призывал помнить, что современный учитель, заслуженно известный в ранние времена как учитель-просветитель,воспитывает каждая минута жизни, каждый уголок земли, каждый человек, с которым на фоне интеллектуального потенциала столицы? Не сами ли учителя породили в Москвеформирующаяся личность соприкасается подчас как бы случайно, мимоходом. И,если в порочную волну репетиторства? Стал ли учитель центральной фигурой проводимой реформы,юных сердцах и умах мы обнаруживаем свойства, черты, устремления, не отвечающие цель которой — подготовить смену сегодняшних школьников и учащихся училищ,нашим принципам и идеалам, то корни, причины надо искать в себе, в каждом из нас, способных мыслить и действовать по самым высоким меркам гражданственности иотнюдь не только в школе и в учителе. Все мы несем ответственность за будущих партийности?взрослых. Действительно, нет «явления более загадочного, эмоционального, более Эти вопросы волнуют учителя, секретаря партийной организации школы № 232 городадраматичного, чем то, как детство, исполненное разнообразных возможностей, Москвы Л. С. Айзермана.чувствительное к красоте, восприимчивое к добру, воплощающее трогательную невинность, «Меня волнует судьба поколения, входящего в жизнь,— пишет он,— и я не могу непревращается в скучную, однообразную, самодовольную и расчетливую зрелость». И здесь думать о тех социальных, нравственных явлениях, которые просматриваются и заже хочу позволить себе еще одну выдержку из книги болгарского писателя Георгия буднями повседневной школьной жизни. За сдвигами школьного быта — определенныеДанаилова «Не убить Моцарта!»: смещения не только школьного бытия». «Мы живем в новом обществе, и оно, единственное из всех существовавших на земле, В рассказе Айзермана, по его же словам, ему принадлежит восприятие событий, ихсумело создать представление о том, какими должны быть личности, которые оценка, их трактовка, их переживание. Автор сюжета — только жизнь. А сюжетотстаивают и развивают его-идеалы. Воспитание может быть созвучно целям общества отражает проблемы, противоречия, с которыми мы сталкиваемся ежедневно.лишь при всеобщем справедливом социальном устройстве. Задачи, которые ставит Л. С. Айзерман заостряет наше внимание на тех сторонах школьной, социально-коммунистическое воспитание, ясны, но самый... важный вопрос нашего современного общественной практики, которые должны быть преодолены, побеждены усилиями каждогодуховного развития заключается в том„ соответствуют ли средства, которые мы используем, из нас.нашим принципам... Я не могу представить осуществленный социализм без воспи- В речи на открытии Всесоюзного совещания заведующих кафедрами общественныхтания, которое ревностно служит его идеалам, и не могу поверить, что оно приведет к наук Михаил Сергеевич Горбачев отметил:искомым результатам, если находится в руках воспитателей и руководителей, лишь «Ясно, что в ходе перестройки нашей жизни, ее обновления идет острая, не всегдаформально признающих наши идеи». открытая, но бескомпромиссная борьба идей, психологических установок, стилей мышления В июле 1986 года редакция предложила Л. С. Айзерману написать об осуществлении и поведения. Старое не сдается без боя, оно находит новые формы приспособления кшкольной реформы изнутри. К нему мы обратились не случайно. Его выступления в динамике жизни в различных схоластических хитросплетениях. Причем уже и понятияпериодической печати, его книги, а главное, его уроки свидетельствовали о глубине и «ускорение» и «перестройка» стараются вписать в рамки отживших догм и стереотипов,зоркости мысли, профессиональной и человеческой страстности, неподкупности. выхолащивая их новизну и революционную сущность». «Я уже написал, но, боюсь, вас это не устроит»,— был ответ Льва Соломоновича. Сегодня, подчеркнул он, когда партия призвала к тому, чтобы мыслить и работать по-И он предложил нам то, о чем он не мог молчать, о чем рассказал, не будучи новому, необходимо во многом и по-новому строить процесс образования и воспитания.уверенным, что издательство одобрит его труд. Но он сделал это, чтобы не поступиться И сегодня в обществе, в нас столь велик интерес к учителю, к вопросам формированиясвоими гражданскими, нравственными идеалами. Л. С. Айзерман говорит об увиденном, творческой, самостоятельно мыслящей личности, потому как только личность создаетпережитом, о боли и тревогах одного месяца своей жизни — жизни учителя: личность, только активная, непредвзятая, свободная мысль родит дело, находит новатор- «Я еще колебался: а нужно ли рассказывать обо всем увиденном и пережитом? Не ские, нестандартные подходы и решения, без которых невозможно развитие, движениемелко ли это на фоне масштабных и грандиозных свершений? Но все более утверждался в вперед.мысли, что те мелочи, которые порой мне самому казались только мелочами,— это части- «Сегодняшние процессы нельзя подгонять под старые формулы. Нужно вырабатыватьцы, из которых и состоит масса школьной жизни, взятой в своих сопряжениях со всей новые выводы, отражающие современную диалектику жизни. И это можно сделатьжизнью. Эта масса во многом инертная, консервативная, сопротивляющаяся нажиму только в атмосфере творчества. Поиск истины должен идти через сопоставлениевремени. И вместе с тем она пронизана токами и потенциями, устремлениями и надеждами различных точек зрения, дискуссии и обсуждения, ломку прежних стереотипов» — такпереживаемого времени. И увиденное и пережитое мною сквозь призму личного опыта ставит вопрос партия. Так думают многие из нас, но так действуют редкие из нас.помогает понять многое в современной школе в переходный, поворотный период ее Давайте признаемся: почему старое не сдается без боя? почему даже теперь, когдаистории. Мое личное перестает поэтому быть только моим личным. А раз так, то я объявлена бескомпромисснаяобязан рассказать обо всем, что я увидел, услышал, понял, перечувствовал за одинтолько этот месяц». Месяц этот—июнь 1986 года. А в сентябре на совещании работников народного ипрофессионально-технического образования столицы первый секретарь МГК КПСС Борис
  4. 4. борьба формализму и бюрократизму во всех его проявлениях, с трудом пробивает дорогуновое, просто хорошее? Потому что понятия гражданская смелость, неравнодушие,отзывчивость редкие из нас примеряют к собственным мыслям, делам и поступкам. Да,налицо взрыв гражданской, общественной активности. Какие смелые, свежие голосараздаются со всех концов страны. Говоря словами Евгения Евтушенко, стремительный бегобщественной трибунности обгоняет по гражданской смелости профессиональныхпублицистов. А с другой стороны, то и дело рядом с каждым из нас раздаются уныло-скептические голоса о том, что на местах ничего не меняется, что преодолеть косность,заскорузлость мысли, инерцию привычек нелегко, непросто. Одолеть самого себя гораздотруднее, чем бороться с другими. Но будем искренни перед собой и друг перед другом, не Тридцать лет назад, в июне незабываемого для моего поколения 1956постесняемся сказать: мы истосковались по собственному взгляду и по личному мнению, года, в «Новом мире» была напечатана первая моя работа — очеркмы восхищаемся человеком, имеющим личное мнение, а главное — живущим и «Живое и омертвевшее». Я дебютировал на первых полосах журнала: в тотпоступающим согласно своим убеждениям. Прочитаем заново и вдумчиво великие в своей год он открывался рубрикой «Очерки наших дней».человечности, простоте и ясности слова Карла Маркса: «Если ты хочешь оказывать влияние Тогда многое казалось мне простым и ясным: нужно только белоена других людей, то ты должен быть человеком, действительно стимулирующим и назвать белым, а черное — черным. Но жизнь оказалась сложнее. Вот ужедвигающим вперед других людей. Каждое из твоих отношений к человеку и к природе более тридцати лет ищу я ответы на задачи, решение которых тогдадолжно быть определенным, соответствующим объекту твоей воли проявлением твоей дейст- казалось совсем под рукой.вительной индивидуальной жизни». Год 1986-й дал новый стимул педагогическим исканиям и Мы хотим и должны быть лучше, чтобы лучше нас стали наши размышлениям. Время перемен— это прежде всего время поисков нового дети, чтобы не распалась связь времен, не обесценились великие мышления и новых подходов: и то и другое рождается нелегко. идеалы, освящающие нашу жизнь. Для этого нам нужны учителя, Мы в пу ти. И в пу ти кажды й и з на с. Я расскажу о пройденном осознающие свою профессию как миссию. Как гражданскую миссию. лишь в течение одного только месяца. Но именно этот месяц стал для Прислушаемся же к слову такого Учителя. меня и итогом, и началом, и поворотом, и рубежом. Трудным, нелегким, порой мучительным. Виктория Акопян Но может ли быть иначе? Автор
  5. 5. Когда два года тому назад я принял теперешний десятый класс, то первое мое желание было, казалось бы, весьма скромно: чтобы все 37 человек, которые приступили к занятиям в девятом классе, закончили школу. Об этом же думаю и сегодня. Поэтому прежде всего хочу пожелать и вам и себе, чтобы на выпускном вечере не пришлось бы выражать сожаление по поводу тех, кто будет дистанцию заканчивать осенью на переэкзаменовке или вообще с нее сойдет. Могу смело заверить вас, что экзамены будут проходить в деловой и доброжелательной атмосфере. Никто никого не будет ни засыпать, ни то- пить. Более того, утопающему будет протянута рука помощи, если, 1 конечно, у него хватит умения и сил за нее ухватиться. Но при всей доброжелательности экзамены должны быть экзаменами. 24 мая 1986 года — день последнего звонка — был первым днем, когда И здесь я хочу особо остановиться на одном очень важном вопросе.я после болезни вышел на работу. Полтора месяца я пробюллетенил, из Вы знаете, как настойчиво партия подчеркивает необходимостьних месяц пролежал в клинике, где мне сделали операцию. В больнице всегда и во всем утверждать принцип социальной справедливости.о том, что смогу быть на последнем звонке, я и не помышлял. Но, Я думаю, что с идеями социальной справедливости ничего общеговернувшись через четыре дня из реанимации в палату, в том, что буду на не имеет и такое явление, когда молодой человек входит вэкзамене по литературе, не сомневался. Правда, был уверен, что придется жизнь, занимая место в ней не в зависимости от своих способностей,все это сделать нелегально, и уже представлял, как спущусь по черному своего трудолюбия, своих нравственных качеств, а в зависимости от воз-ходу к выходу, где меня будет ждать такси, и был готов появиться на можностей и связей своих родителей. Убежден: в стране социализмаэкзамене даже в пижаме. не должно быть ни наследных принцев, ни наследных принцесс. На экзамене мне надо было быть обязательно. Так получилось, что Конечно, не все здесь зависит от школы. Но мы в нашей школедвадцать два года я не был классным руководителем. А в этом году кончал должны все сделать, чтобы во всем: в оценках и отметках, аттестатах ишколу и сдавал экзамены класс, в котором я не только преподавал лите- характеристиках, грамотах и рекомендациях, наградах и похвалах —ратуру, но который с девятого вел как классный руководитель. Была и была в полной мере проявлена истинная справедливость. Пусть каждыйдругая причина, по которой мне во что бы то ни стало нужно было быть выйдет из школы с тем, что он заработал и что заслужил.на экзамене. Об этом несколько позже. И пусть в дальнейшей жизни все будет оплачено вами истинной Но мне повезло, и на зависть всему отделению через 18 дней после ценой: трудолюбием, чест-операции я был дома, а через несколько дней после того дошел и дошколы, благо живу недалеко от нее. Л. С. Айзерман 9 Школу кончал один, но большой класс: 37 человек. Последний звонокпрошел хорошо. Ребята с выдумкой и душевно выступали, учителя былитронуты, родители растроганы. А день был субботний, и родителей, родст-веников, друзей было много. Почти неделю думал я о своем выступлении, перепробовал нескольковариантов. И вот на чем остановился:
  6. 6. ностью, порядочностью. Потому что только тот, кто за все платит честно и сполна, может уважать себя, жить со спокойной совестью и пользоваться уважением людей. В пятницу 30 мая на предэкзаменационную консультацию неожиданно Я желаю вам хорошо сдать предстоящие экзамены по учебным для меня пришла корреспондент всесоюзного радио: готовилась передача о предметам и хорошо сдавать тот экзамен, на человека, который преподавании литературы в школе, о новых программах, которые, кстати, все мы держ и м к а ж д ы й д е н ь и б у д е м д е р ж а т ь в о т так, критиковали всюду и везде, но которые я, как и почти все советские ежедневно, до последнего часа своей жизни. учителя литературы, в глаза не видел, потому что они и до сих пор не опубликованы. Спрашивали ребят, спрашивали меня. Я хорошо понимал, что выступление мое далеко не всем понравится. Среди других был и такой вопрос: «Оказали ли ваши уроки духовноеТак оно и получилось; мне пришлось слышать и нарекания: зачем в такой воздействие на учеников ваших?»радостный и праздничный день говорить о социальной справедливости и — У Пушкина в «Памятнике»,— отвечал я,— почти все глаголыо том, что принципы ее порой у нас нарушаются? Я отвечал, что совершенного вида: воздвиг, вознесся, не зарастет, переживет, убежит... Напоследний звонок и выпускной вечер — это напутствия перед выходом в этом фоне особенно выделяются глаголы несовершенного вида. «Восславилбольшую жизнь и вряд ли стоит их сводить к прекрасной, но в данном я свободу». Здесь совершенный вид. А вот про чувства добрые не сказанослучае не самой подходящей формуле: «Давайте говорить друг другу «пробудил», сказано «пробуждал» — несовершенный вид. То же самое и вкомплименты». Что же касается моих размышлений о социальной строке «И милость к падшим призывал». Думаю, что только так может от-справедливости, то они полностью соответствуют тому, о чем было сказано ветить и учитель литературы: я пробуждал, призывал. Пробудил ли,на XXVII съезде партии. Больше к этому спору мы не возвращались. призвал ли? Наверное, об этом лучше спросить самих моих учеников. Но мог ли я думать тогда, как больно и горько для меня же самого Но уж могу сказать точно, что, когда журналистка ушла, мы меньшеаукнется мое выступление, как бумерангом оно же по мне и ударит, как всего думали о чувствах добрых: нас интересовали формулировки билетов,нелегко окажется на деле осуществить то, к чему я призывал. возможные темы, структура плана. Какие там добрые чувства — через два С чего начинается социализм для детей, для тех молодых людей, что дня экзамен!вступают в жизнь? С того, что они дома на примере родителей, вокруг себя Все чаще и чаще встречаюсь я со своеобразной ути-литаризациейна примере окружающих, в школе — на своем собственном опыте убеж- духовных ценностей: нередко не одухотворяющий смысл книги волнуетдаются в том, что это такое: «от каждого — по способностям, каждому — школьника, а вопросы сугубо практические, прагматические: как ответить,по труду». Но ведь порой и дома, и вокруг, и в школе видят они и иное. как составить план, что поставят за сочинение, что пойдет в аттестат? Вот почему для учителя утверждать идеи социализма — это не Короче, отметка за Пушкина не так уж редко становится важнеетолько объяснять, растолковывать, убеждать, а прежде всего утверждать нравственно-эстетических уроков пушкинской поэзии.нормы и принципы социализма как реальности самой жизни, утверждать Встретив несколько лет назад во дворе своего дома знакомуюабсолютно во всем. Утверждение же их—борьба, борьба трудная, подчас десятиклассницу, я посоветовал ей прочесть только что опубликованныймучительная. тогда роман Чингиза Айтматова «И дольше века длится день». При этом сказал, что ни одна книга не произвела на меня такого сильного впе- чатления. Прочитав, она спросила меня: «А он пойдет для активной жизненной позиции?» Что в переводе для 11
  7. 7. непосвященных означает: пригодится ли это произведение, если на дартными» темами, привычка писать «с ровного места» сослужит мнеэкзамене придется писать сочинение об активной жизненной позиции дурную службу. Ведь на экзаменах никому не интересно будет слушатьсоветского человека? А в другой раз собственная ученица сказала мне после урока, мои сравнения, находки, доказательства. На экзамене я должен будупосвященного повестям Федора Абрамова «Пелагея» и «Алька»: «Зачем мы сказать то, что от меня хотели бы услышать. Это удручает с каждымпотратили на них столько времени? Ведь на экзаменах будет Пелагея днем все более».Власова, а не Пелагея Амосова». Как хорошо понимаю я этого десятиклассника! Существующая Конечно, дело тут не только в ребятах. За смещение в ориентирах система проверки знаний по литературе бьет прежде всего по ребятамответственность несет и школа. Так везде и всюду, от министерских думающим, мыслящим, чувствующим. И я говорю сейчас об экзаменах,приказов и циркуляров до выступлений на школьных педсоветах, говорится потому что экзамены в школе и особенно в вузе — для молодого человекао воспитательной направленности уроков литературы, но то, что Пушкин одна из важнейших сфер, где действуют силы справедливости илиназвал «силою вещей», вынуждает учителя больше волноваться не о несправедливости. Но ведь и для общества очень важно, чтобы в ту илитом, что думают и чувствуют его ученики, а о том, как школьник отвечает иную область труда и знания по принципам справедливости былиу доски, что напишет в городском и министерском сочинении, кая сдаст отобраны достойные, нужные, необходимые, а не случайные, неза-экзамен. служенные. Еще в 1974 году, подводя итоги обсуждения вопросов преподавания Как раз в прошлом году в конце учебного года мне пришлось пережитьлитературы в школе на страницах «Комсомольской правды», читатели немало тяжелых часов на экзаменах по литературе в десятых классах.которой отмечали, что существующие экзамены по литературе Сочинение мои ученики написали неплохо, даже лучше, чем внаталкивают прежде всего на бездумное выучивание билетов, президиум предыдущие годы. А вот на устном экзамене мне пришлось сидетьАкадемии педагогических наук записал в своем решении (оно было опустив глаза. Не один, не два — многие ученики из числа тех, кто вопубликовано и в «Комсомольской правде», и в «Учительской газете»): течение года проявлял интерес к литературе, и начитанность, и«Подготовить к 1975/76 учебному году рекомендации для Министерства оригинальность суждений, устные экзамены сдавали плохо. Не хочупросвещения СССР об улучшении устных и письменных экзаменов по оправдывать тех, кто не умеет учить и выучивать. Тем более что былилитературе». Прошло больше десяти лет, но в принципе ничего не выпускники, которые серьезные занятия по литературе сумели совместитьизменилось. За исключением нескольких вопросов ученики сдают экзамен с хорошей подготовкой экзаменационного материала. И все-таки, и все же,все по тем же билетам. Да и сочинения все те же. если ученица, которая пишет стихи, бегает в университет на лекции по «Несмотря на всевозможные доктрины, учеба в школе — довольно истории поэзии, получает грамоты на районной и городской олимпиадесомнительное удовольствие,— пишет в своем сочинении десятиклассник по литературе (не за стихи — за анализ литературных произведений),(кстати, не гуманитарий).— Но когда перед тобой тема «Лучшие минуты много и серьезно читает, тонко разбирается в поэтическом слове,жизни Андрея Болконского», или «Почему убийца Раскольников, а не сдает экзамен хуже, чем добросовестная девочка, для которой литературанравственно безупречный Разумихин вызывают сочувствие автора и всего лишь один из учебных предметов (а это не единичный случай), то,читателей?», или «Повелитель мух» Голдинга и вот теперь «И дольше наверное, тут дело не только в сдающих, но и в том, что и как онивека длится день», поневоле потираешь руки в предчувствии интересного должны сдавать. Как-то наши старшеклассники в один год принесли врасследования запутанного хода мыслей автора. Боюсь, однако, что школу семь грамот с районной олимпиады по литературе и одну счрезмерное увлечение «нестан- городской. Награждены они были за вдумчивое истолкование стихов и прозы. Но в тот же год на12 13
  8. 8. министерском сочинении результаты их были достаточно скромны. Между тем по существующим в школе расценкам именно хорошосдающие и отвечающие предпочтительнее. Так же, как и учитель, у 1которого хорошо сдают и отвечают. О работе школьника и о работе учителя судят по тому, насколько ясно сказано с трибуны XXVII съезда партии: «Патриотическое древо несоответствуют они тем требованиям, которые ныне существуют. Но мало принесет ожидаемых урожаев, если и дальше будут обрубаться на немкогда задумываются над тем, соответствуют ли сами эти требования быстро плодоносящие ветви. Таким древом была и навсегда останется нашаизменяющейся жизни. И вот и школьник, и его учитель вольно или отечественная культура!» Слова эти были встречены аплодисментами всегоневольно начинают приспосабливаться к существующим, но давно зала.изжившим себя нормам и критериям. Передачу по радио (она вышла в эфир 11 июня в полдень) я не Из уроков прошлогоднего экзамена я сделал необходимые выводы. С слышал, хотя был дома: не знал. Позвонила подруга дочери:первой же недели занятий в десятом классе, в том, где я был уже и —Вы слышали, как только что выступали по раклассным руководителем и успехи которого, естественно, меня особенно дио?затрагивали, я не только занимался литературой, но и — назовем вещи —Нет. А что я там говорил? Что осталось от всегосвоими именами — понемногу натаскивал на билеты. Вот, кстати, и еще мною сказанного?почему я рвался из больницы на экзамен: жаждал реванша за —Всего не помню. Но одна ваша фраза запомнипрошлогоднее поражение. лась. Вы сказали, что служенье муз не терпит суеты. Экзамен сдали на редкость хорошо. Не помню, чтобы у меня наэкзамене по литературе было такое количество пятерок, хотя спрашивалимы строго и требовательно. Но я понимал и понимаю, насколькоопасен этот путь и как легко соскользнуть с него на совершенно ложную На устный экзамен по литературе пришла инспектор роно. Слушаядорогу. ответы, она знакомилась с документацией. «Вот этих девочек,— сказала Уже и сейчас большая беда преподавания литературы в том, что она, назвав две фамилии,— можете к медалям не представлять: у васизучение литературы в школе рационализируется: не сопереживание в даже не возьмут документы». Я похолодел. Но сначала об этих двухпроцессе чтения и дальнейшего постижения художественного девочках.произведения, а некий логический вывод из него, выраженный в точных Я вынужден в некоторых случаях заменить подлинные имена напонятиях и рассуждениях,— вот что часто выходит на первый план, а то и вымышленные. Но им оставим их собственные имена. Начнем с Люды.просто подменяет собой нравственно-эстетическое проникновение в мир Она пришла к нам из другой школы. Соблазнило ее объявление похудожественных образов. А ведь это может свести на нет воздействие ли- радио: в нашей школе занятия по мастерству актера, сценическая речь,тературы на духовный мир человека. В условиях же цейтнота эти углубленное изучение литературы. Из характеристики я узнал, что училасьнегативные тенденции не только усилятся — под угрозу встанет она ответственно и серьезно, что в восьмом классе была комсоргом, чтополноценное постижение русской классики. много читает, что с успехом занимается в школьной театральной О том, насколько все это опасно, было достаточно студии. А дальше прочел то, что нечасто читаешь и пишешь в школьных характеристиках: «Людмила чувствует ответственность за все, что14 происходит вокруг. Способна удержать товарищей от проступков. В коллективе Люду знают как принципаль-ного комсомольца. Честность, прямота, трудолюбие — вот отличительные черты характера Людмилы. В классе пользуется авторитетом и уважением». В нашем классе Люда долго была почти что чужой. Чувствовала себя в нем неуютно. Дома даже плакала 15
  9. 9. первое время. Кончались уроки — сразу же уезжала домой. жанность к внутреннему миру души. И здесь не ее — моя вина. Лишь к концу года постепенно стала входить в класс. Летом впервые Когда я начал посещать своих учеников на дому, к ней пришел в первуюпоехала с нами за город. И ее гитара, ее голос, ее песни стали звучать все очередь. Я не могу рассказывать о том, что не должно выходить за границычаще. Но это все будет в конце года и летом. семьи и дома. Скажу лишь, что боль и горечь жизни Люда с детства Как учитель литературы, я сразу увидел ее душевную углубленность и пережила сполна. Но мама ее, трудясь на двух работах, делала все, чтобыстрастность, серьезный интерес к литературе и постоянный взгляд через смягчить удары судьбы и чтобы дочь имела все то, что имеют сегодня еелитературу в жизнь. Приведу выписку из ее сочинения, написанного в конце подруги.девятого класса на тему «Что меня волнует в русской классической Тогда-то я и узнал, почему Люда так стремительно после школылитературе и что оставляет равнодушной». Я и в дальнейшем широко буду убегает домой. Оказывается, не домой, а в старую свою школу, сцитировать сочинения учеников, уверен, что это такой же документ, как театральной студией которой она жила одной жизнью.и письма, дневники, интервью, беседы, которые наша очеркистика и Когда я собирался уходить, Люда попросила меня: «Побудьте ещепублицистика уже давно освоила и к которым мы привыкли. немного». Но было уже поздно, надо было ехать на другой конец города, Мне кажется, если бы как можно больше людей горели, как Антон Павлович Чехов, и завтра уроки, да еще нужно гулять с собакой — я, сославшись назажигали других, если бы в нашем двадцатом веке было больше ищущих, чем неподготовленные уроки, ушел домой. Теперь понимаю, что не мог, не дол-успокоенных людей, протестующих, чем молчаливых соучастников, меньше было бы жен был уходить, когда так просят. Увы, такие вещи мы часто понимаемпьянства, конкуренции, злобы, наплевательства, формализма, жестокости. Оглянемся слишком поздно.не на век назад, а в сегодняшний прожитой день: как еще много «довольных, счастливых Слишком поздно разобрались в Люде и товарищи по классу. В маелюдей»! Какая это подавляющая сила! Тех, которые и сейчас «днем едят, ночью спят, классное бюро вместе со старостой и мной обсуждало оценки по поведению.женятся, старятся, благодушно тащат на кладбище своих покойников», но которые не У нас в школе эти оценки обсуждают классный руководитель, бюро,хотят видеть вокруг себя страдающих людей. Они не собираются противостоять злу, староста, а затем классный руководитель представляет их педсовету.идущему даже от простых дворовых компаний; они только чешут языки, охают да Причем, если хотя бы один учитель голосует против «примерного»ахают... Мы не должны сейчас просто потреблять, просто есть курицу, когда вокруг еще поведения, то эту оценку ученику не ставят.тысячи тоскующих и одиноких душ, просто сидеть и гадать, будет война или нет, когда Примерное же поведение ставят не только за поведение и дисциплинумир на грани катастрофы!.. Вот почему так близки мне по духу творчество Чехова и его в узком смысле слова (здесь Люда была Образцова и безупречна), но и загерои, которых угнетают тишина и спокойствие, для которых нет более тяжелого зрелища, активное участие в общественной жизни, комсомольской работе. Люда же,чем счастливое семейство, сидящее вокруг стола и пьющее чай. «Не успокаивайтесь, не как мы уже говорили, еще жила общественной жизнью своей старойдавайте усыплять себя! Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро!» Пусть школы. Бюро без всяких споров рекомендовало по поведению оценкуэти строки станут девизом людей нашего времени! «удовлетворительное» (в тот год оценки «хорошее» еще не было). Я согласился. Да, как учитель, я уже многое понимал в Люде. И все-таки как Чем все это обернется, никто из нас тогда не знал да и знать не мог.классный руководитель почти до конца десятого класса так и не смог В десятом классе столь же единогласно Люда получила своепробиться сквозь ее сдер- заслуженное «примерное» поведение. И столь же единогласно его утвердил педсовет.16 После практики в учебно-производственном комбинате Люда уехала в трудовой лагерь, где были так называемые трудные подростки. Откроем ее сочинение, написан- 17
  10. 10. ное в начале десятого класса. Оно стоит того, чтобы его процитировать: все просто стали дружной семьей! Больше ни один не смел прийти в лагерь пьяным, ребята стояли стеной за порядок в лагере. Вечерние советы бригад стали серьезными, мальчишки В первый же день трудового месяца мы. встали перед такой ситуацией: рядом с нами — вполне могли рассудительно, по-мужски разбираться в каждой ситуации. Сорок человек,трудные взрослые, ребята семнадцати-во-семнадцати лет, тяжелые на подъем, не мы прожили бок о бок целый месяц и, как говорится, вместе съели пуд соли. Была ижелающие в лагере сами себя развлекать и обслуживать, твердо настроенные на работа в условиях холода и дождя, когда по колено вязнешь в земляной жиже, сверхувыпивку. А рядом — дети. Наши двенадцатилетние мальчишки и девчонки (их взяли в льет что-то холодное и мокрое, а то, что ты держишь руками, становится на редкостьлагерь как студийцев, в виде исключения). Похабщина неслась вечером из палат, на скользким и неподдающимся.другой день четверо пришли пьяные. Мы собрали экстренный совет лагеря. Как быть? Был и полный радости сбор яблок, когда впервые в жизни москвичи вошли вКонечно, слова пролетят мимо ушей, а кулаками ничего не докажешь. «Ты не должен быть огромный южный сад. Вместе с ощущением попадания в рай на сборе яблок у насплохим, ты должен быть хорошим» — это детский разговор. В лучшем случае тебя сердце обливалось кровью: сколько же пропадает добра, а рук не хватает все этопобьют. Как заставить их работать? Как сделать лагерную смену настоящей, интересной, убрать! Под каждым деревом было по десять — пятнадцать ведер отличных яблок, кото-не как в пионерском лагере, когда тебя развлекают вожатые, а как в стройотряде, когда рые, может быть, и не снились не только жителям глухих северных деревень, но и многимкаждый — хозяин своей работы, своего отдыха? Долго совещались семеро горожанам. А вместо перевозки их в города мы собирали их на откорм скоту, так какшестнадцатилетних девчонок и мальчишек в пустой лагерной столовой и решили, что многие начали портиться. И еще много гектаров осталось после нашего отъезда яблок,поможет работа. которым суждено сгнить здесь, под деревьями. Вот о том, как работа — прополка, скирдование сена, уборка навоза, Однако нужно было со сбора яблок снова возвращаться на прополку, к сену, впомощь в свинарнике,— трудная работа («ложишься в кровать, а перед коровники. Была у нас и самостоятельная работа, когда за тобой никто не смотрит иглазами бесконечные сорняки, сорняки, сорняки») и не только работа, а все, что ты делаешь, лишь на твоей совести. Это — полив. Тебе одному доверяют полевся лагерная жизнь что-то исподволь меняла в ребятах, в отношении к миру капусты, и ты за двенадцать часов с перерывом должен его полить. В твоем распоряжении— об этом и рассказывала эта маленькая педагогическая поэма. И я с лишь лопата и собственные руки, которые уже вполне могут полоть, скирдовать, доить,удовольствием приведу из нее еще несколько тетрадочных страниц. молотить, убирать и готовить. Вот когда на твои плечи ложится настоящая ответственность! Тебе нужно полить целое поле, прорывая канавки и пуская воду в Вечером здорово было посидеть у костра. Песни стали петь, стихи начали слушать. междурядья. Но канавы как назло никак не роются, вода под большим напором про-Чувствуешь, что оттаивает сердце у того же самого заядлого хулигана, и у тебя на душе рывает их, и тебе нечем заткнуть дырки, кроме земли, которую тотчас же размывает.теплее. В середине смены лагерь решил бездельников наказывать не отдраиванием туалета Лопата к концу дня валится из рук, и уж нет сил перекрывать канавы. Вечер. А солнце всеи коридора, а бездельем... Не хочешь работать, уходи с поля. И сидит человек в корпусе один. так же палит. Душно! Невольно вспоминается Москва, вкусный обед, чистая постель, ноСидит день, два, в то время как ребята бегут кто в коровник, кто на уборку сена, кто на ты гонишь от себя эти мысли. Нет! Никогда в жизни уже не променяешь круг друзей,полив, а вечером усталые, грязные, но краснощекие и счастливые идут домой с тяпками сидящих вместе под дождем, на сухую, уютную, но пустую квартиру, работу начерез плечо. Потом человек сам себя клянет и мучается в одиночестве и в конце концов, безделье, неуспокоенность и горячность на равнодушие.поссорясь с самим собой, выходит в поле без спроса. Сначала он угрюм, злой на себя и навесь свет, работает молча, оставляя за собой аккуратно уложенные сорняки и чисто А петом, это будет уже зимой, Людмилина подруга Оля, тожевыполотую грядку. А то, глядишь, и первый приходит к финишу или перевыполняет норму. ученица моего класса, со своими двумя друзьями будет ходить по дворамЕще несколько дней, и он уже счастливый! Да, да, именно от работы, от совместного и обращаться к детям (че-тырех-пятиклассникам) с просьбой помочьтруда, оттого, что он не один, что мы девочке, которая прилетела с другой планеты и которой нужно по-18 19
  11. 11. мочь, а взрослые ей не верят. А дети поверят. И поверят в то, что у этой ли все измеряется прежде всего деньгами, заработком, не станетдевочки есть точно такой же двойник на земле. Как вы догадываетесь, поступать в медицинский. Жизненные ориентации предопределяютобеими будет Люда, которая станет появляться то в одной, то в другой профессиональные.одежде. А затем начнется ежедневная игра, в которую будут вовлечены Познакомимся теперь с Таней. Она тоже пришла к нам из другойчеловек пятнадцать мальчишек и девчонок. Игра с таинственным школы. Но не театральный уклон привлек ее к нам, а то, что у наскристаллом, походами в лес и кафе «Бура-тино»,секретной подготовкой желающим предоставлена возможность более глубоко изучатьдевочек к 23 февраля и тайной мальчиков к 8 Марта (и то и другое у литературу. Люда и Таня во многом полная противоположность.Люды дома), со сложнейшей проблемой, как организовать встречу кос- Сдержанная, замкнутая, немногословная Людмила и порывистая,мической девочки и ее двойника в тот момент, когда перед возвращением импульсивная, словоохотливая Татьяна. Крупная, рослая Люда ина свою планету она должна будет наконец встретиться со своим невысокая, маленькая, на первый взгляд девчонка Таня. Она и заявила вдвойником. И будет хождение, безрезультатное, по жэкам с просьбой школе о себе по-детски: в один из первых же дней съехала с этажа на этажвыделить хоть какую-нибудь комнату для ребят. по перилам. Живущая (в первое время) несколько отдаленно от класса И кончится это тем, что и Люда, и Оля окончательно решат стать Люда и общительная, быстро сходящаяся с людьми, компанейская Таня.педагогами. Причем Люда твердо решит, что работать пойдет только в Точная, обязательная, исполнительная Люда и забывающая порой одетский дом. порученном деле Таня. —Почему именно так? — спрошу я уже после вы Но их объединяло главное — редкостная насыщенность и полнота пускного вечера. духовной жизни. —Потому что они обделены, им нужно больше лас Таня была одарена удивительно щедро. (Я всюду употребляю глаголы ки и тепла, и потом в детском доме и лучше и важнее ра прошедшего времени, ибо пишу о своей ученице, теперь же и для нее, и ботать после уроков, организовать театр. для меня уже настало другое время.) То, что она с первого класса Перечитайте еще раз размышления Люды о Чехове, ее сочинение о училась на одни пятерки, само по себе ни о чем не говорит.лагере, и вы увидите, что выбор цели и смысла жизни стал естественным «Вы не можете оценить ее по-настоящему,— говорил мне учительследствием отношения к жизни, людям, к себе. физики,— потому что она гуманитарий. А если бы вы слышали и могли Когда герои Толстого,— писала Люда,— размышляют, думают, спорят с другими, сами понять, как глубоко, оригинально, всегда по-своему отвечает она пос собой, тысячу раз проклинают себя или восторгаются окружающим, а главное — ищут физике, тогда бы вы ее оценили истинно».смысл жизни, вот тогда от книги невозможно оторваться. Оригинальность мышления, самобытность натуры не могли не отметить учителя и других предметов. К тому же всех поражала стремительность, с Это сказано о Толстом, но это во многом и автохарактеристика. которой Таня отвечала на любой, самый сложный вопрос. Еще не закончил Мы много говорим в школе о профессиональной ориентации, но учитель — уже поднята Танина рука. Ежегодно несколько школьниковпонимаем ее подчас узко. Между тем и психологами, и социологами уже получают после окончания школы грамоты за особые успехи в изучениидоказано, что профессиональная ориентация вторична по отношению к отдельных предметов. Но чтобы получить, как Таня, грамоту по пятиформированию жизненных установок, ценностных ориентации, че- предметам (литература, история, английский язык, физика, математика),ловеческих идеалов. В них — основа, в них — фундамент. Всматриваясь в такого в нашей школе еще не было.37 учеников своего класса, я убеждался в этом, как никогда. Если для А диплом первой степени на олимпиаде по литературе в МГУ! Ачеловека самое главное в жизни зарубежные шмотки, в учителя он не английский язык! Летом, когда мы были в Приокско-Террасномпойдет. Ес- заповеднике, там оказалась япон-20 21
  12. 12. екая дипломатическая машина. Двое молодых людей, мужчина и тересуется тоже собой, а другими — только постольку поскольку, или теми, кто похожженщина, в воскресенье поехали в заповедник, заблудились, вернулись в на тебя, то есть опять-таки собою. Любовь переворачивает и это, и человек, нарушая своюСерпухов, нашли милицию, и милицейская машина проводила их до природу, живет уже не только собой, и от этого на порядок становится и выше, изаповедника. Наш автобус приехал как раз в то время, когда никто с ними достойнее, и красивее. Поэтому способность к любви (а Берг и Борис Друбецкой к ней нене мог объясниться. И только Таня и ее подруга Аня решились переводить, а способны) — своеобразное мерило духовной глубины и возможностей душевных.потом, когда мы пошли в зубров-ник, слушая экскурсовода, они наанглийском языке рассказывали о жизни зубров. А первое место в районе в Вы можете соглашаться и не соглашаться с этими рассуждениями, у вассоревнованиях по медико-санитарной подготовке! А благодарности за иное понимание природы человека, но вы знаете, что без такого страстного,успехи по начальной военной подготовке и за организацию и проведение личностного восприятия и отношения постижения литературы быть неигры «Зарница» на местности! А участие в конкурсах песни, выступлениях может. Что же касается неправильного, ошибочного, ложного, то на то ив Таллине, подготовке последнего звонка! А постоянные, серьезные занятия урок литературы, чтобы в совместном рассуждении и чувствованииживописью и рисунком! продвигаться к истине. Казалось, что все это она делает легко, без всяких усилий, и только Пристрастная Таня, естественно, могла быть и несправедливой в своейнемногие знали, какая работа стоит за ее учебой, ее успехами, как порой пристрастности. Так, в девятом классе не приняла она Достоевского — онвалилась она с ног, как часто не высыпалась. И все-таки с наибольшей придет к ней позже, и она скажет про мир Достоевского: «Ну, не чувствуюсилой Таня раскрывалась на уроках литературы. Отношение к писателям, я его руками, не вижу глазами, и всё тут, а потому не могу дышать егокнигам, их героям было у нее всегда глубоко личностным. Откроем ее воздухом, не могу до конца понять его героев. Они мне — чужие. И этосочинение на тему «Что меня волнует в русской классической литературе и не вам в укор, это все не ваши упущения. Не вы не научили меня болетьчто оставляет равнодушной». теми болезнями, которыми болели герои Достоевского, а я сама не научилась. Или не захотела? Или, наверное, не пришло еще время». ...Базаров — очень крупный, очень сильный. И главное — глубокий. Он немногословен. И полностью не приняла Таня интимный мир героев романаНо каждая его фраза идет от сердца, полна силы, убежденности, веры. Я бы хотела знать Чернышевского «Что делать?»:и любить такого человека, сильного, дерзкого, непокорного, с жизнью, полной великого Досконально анализируя историю любви Веры Павловны, автор пытаетсясмысла, с жизнью, нужной людям. Жаль, не было меня в то время, когда жил Базаров; логарифмировать, интегрировать и т. д. и т. п., то есть подчинить каким-то нерушимымобязательно влюбилась бы в него... законам живое человеческое чувство. Конечно, у «полюбил» и «разлюбил» всегда бывают Вообще в классических произведениях меня очень интересует проблема любви. Меня свои причины, но разлагать любовь на составные не нужно. И вообще Вера Павловна ипоражает и восхищает в классике чистота любви, ее несмешение со всей житейской ее любовь вся насквозь такая рассудочная, что просто тошно. И полюбливает онакутерьмой: лучшие люди в классических произведениях любят в друг друге друг друга —не разумно, и разлюбливает — тоже разумно, с причиной и следствиями. Очень серьезно,его квартиру, не его капиталы, его положение в обществе, его заслуги (как многие — очень разумно и очень солидно. Но сама любовь перестает быть любовью: ей нужнысейчас), а только его самого, любимого. Любовь высока и светла здесь, потому что непременно порывы, безрассудство, иначе это уже не любовь.очищена от корысти, от мелочных житейских соображений. Особенно люблю я любовь уТолстого: она ломает людей, она их и возрождает. Но Тургенев, Чернышевский, Толстой — это уроки, это программа, это У Толстого великолепно показано, что любовь — чувство, способное вообще в корне школа. Особенно же расскрывалась Таня, когда нужно было истолковать,изменить природу человеческую: вообще мы так устроены, что каждый живет, в общем, осмыслить самостоятельно прочитанное, то, о чем на уроках не былотолько для себя и собой, ин- сказа-22 23
  13. 13. но ни слова. Много лет даю я на школьном туре литературной олимпиады в ную контрольную. «Вот это девчонка! — восторженно говорила своей мамедесятом классе для анализа рассказ Шукшина «Срезал». И вот получаю одна из ее одноклассниц.— Отличница, а всем подсказывает». (Конечно, иТанину работу. Для нее это рассказ о психологии и социологии агрессивнойпосредственности. объясняла, и помогала, если надо и до и после уроков.) На этой почве и возникали у нее осложнения с учителями. «Ваша Таня разговаривает на Посредственность всегда была. Она есть. И она, несомненно, будет. И как всякоемеленькое и подленькое зло рядится в яркие тряпки. А ведь в умении с помощью уроке», «Ваша Таня подсказывает», «Ваша Таня...» — приходилось мнепоразительного чутья, не ума, а хитрости унюхать, откуда ветер дует, и тут же ловко нередко слышать в девятом, да и в начале десятого класса.перестроиться на нужную волну, во всем этом посредственности не откажешь. Нынче вот С Таней разговаривали. Тане грозили. Таню увещевали. Танюмодна эрудиция. «Ага, смекает наша посредственность,— даешь эрудицию!» И вот вам обсуждали. Поворот произошел в один из первых месяцев десятого класса,пожалуйста: «Ну и как насчет первичности? Как сейчас философия определяет понятие когда пришлось пригласить в школу маму и папу. Разговор был тяжелыйневесомости?..» Но, увы, эта забавная и безобидная на первый взгляд энтузиастка — для Тани. Мама и папа полностью поддерживали требования школы, ейпосредственность не так уж наивна и простовата, и уж вовсе не безопасна. Ибо, меняя пришлось выслушать много горького и неприятного для себя.обличья, она сохраняет свое извечное, роковое свойство: жестоко, прямо-таки со Шло время, и Таня постепенно училась управлять собой. В девятомзверством, неизвестно откуда взявшимся в славной миляге, она преследует того, кто классе она получила по поведению оценку «удовлетворительно». В концеумен, а не хитер, в чьей голове мысли, а не красивенькая шелуха, у кого сердце, а не десятого бюро без колебаний и единогласно поставило «примерноегубка, пропитанная спиртом, у кого громкий и сильный голос, а не жалкий писк, умело поведение». Педсовет столь же единогласно эту оценку утвердил.замаскированный под бас... И вот теперь нам говорят: документы на этих девочек можете даже не представлять: все равно не возмут, в девятом классе нет примерного И вот так одиннадцать страниц в клеточку, на каждой строке, с поведения.поразительным чувством шукшинского слова, писательской интонации и — Ну это же произвол!—чуть ли не кричал я.— От нас требуют,удивительным для шестнадцатилетней девочки пониманием жизни. чтобы мы воспитывали у школьников правосознание, а сами творят Открытость миру, впечатлениям бытия проявлялась у Тани в беззаконие. Давайте вместе прочтем, что сказано в инструкции оотношении к людям. Душа компании, отзывчивая и сердечная, она всегдаготова была помочь и помогала. Когда у одной из ее подруг сложились награждении золотой и серебряной медалями. Вот, нашел, смотрите, стра-крайне нелегкие обстоятельства дома, она (тут, конечно, и Танины роди- ница 24, пункт 70: «Выпускники всех типов средних общеобразовательныхтели) предложила ей переехать жить к себе. школ и заочных отделений средних школ, имеющие оценки 5 по всем Но при всей ее легкости, открытости (она хорошо чувствуется и в ее предметам за время обучения в IX—X (XI) классах, сдавшие всесочинениях) было с ней очень нелегко. И больше всех, естественно, экзамены на 5, при примерном поведении, прилежании и активном участииперепадало мне, как классному руководителю. Хотя больше всех в общественной жизни школы награждаются золотой медалью «Запереволновался учитель физкультуры в трудовом лагере под Запорожьем, отличные успехи в учении, труде и за примерное поведение». Здеськогда Таня, забыв обо всем на свете, оказалась уже на середине Днепра. сформулированы три требования. Первое, что сразу же и оговорено, Не было в классе гибнущих, пропадающих, к которым Таня охотно не относится к девятым и десятым классам: необходимо иметь все пятерки.спешила бы на помощь. Все и всегда могли рассчитывать на ее Затем сказано об экзаменах. Но ведь экзамен-то в десятом классе.подсказку и ее шпаргалку, даже если ей приходилось для этого Значит, далее инструкция говорит о требовании к десятиклассникам. И вототодвигать собствен- после этого идет пункт о примерном поведении. И дело не только в том, что в нем не сказано, что требование это распространя-24 Л. С. Айзерман 25
  14. 14. ется и на девятый класс. Сам пункт этот идет уже после того, в так, если нужно, смотрите сквозь пальцы на их поведение вкотором шла речь о десятом классе. девятом. Это хуже для дела, да и не справедливо, но иначе, как —Да, инструкция неточная, двусмысленная. Ее мне сказали в министерстве просвещения, «пеняйте теперь на можно трактовать и так и сяк. Но у нас есть указание себя». принимать к рассмотрению документы только при при В Министерство просвещения РСФСР я пошел 6 июня: мерном поведении в девятом классе. через несколько дней истекал срок для представления документов —Но ведь дело не только в форме, хотя и форму на награждение медалью. Меня приняла заместитель начальника нужно соблюдать, а здесь порядок нарушается. А смысл! одного из управлений. Того самого, которое решает все А разум! Ведь школа для того и существует, чтобы вос «медальные» проблемы. Женщина. питывать, формировать, что-то менять в самих учащих Не успел я сказать несколько фраз, как меня перебили: ся. Так что же мы им сейчас будем в строку ставить —Об этом не может быть и речи. Без примерного по прошлогоднее лыко? Тем более в 16—17 лет ребята так ведения в девятом классе медаль не может быть выдана. стремительно растут, меняются и судить конечно же —Но простите, такого требования нет в инструкции, нужно по результату, по итогу, по достигнутому. утвержденной вашим же министерством. —Вы абсолютно правы. (То же самое — «вы пра —Ну и что, что нет. Но мы дали на этот счет твер вы» — я услышу потом и в районном методическом каби дые указания и будем жестоко наказывать тех, кто нас нете, и в районном отделении народного образования, и ослушается. Не можем же мы давать медали ученикам, от инсЀ

×